Четыре подвала

Следователь подошёл к воротам, остановился возле правой штанги. Пацанов было человек десять, и они не прекратили игры. Петр Васильевич же терпеливо ждал. Прошло минут пять, после этого время истекло. Об этом сообщил толстый пацан, который исполнял роль арбитра, как это понял следователь.

— Ну что выкусили! — громко произнес Максим, обратившись к команде противника.

— Завтра, в это же время. Вот тогда посмотрим. Синицына у нас нет, Чучалова нет. Завтра они будут, вот тогда — ответил Максиму какой-то невысокий белобрысый пацан.

Андрей же смотрел на следователя. Андрей отлично знал, что последний явился по его душу, чтобы… Здесь Андрей мысленно срывал стоп-кран, ему не хотелось продолжения, но и избежать его было невозможно. А следователь не торопился. Мальчишки продолжали спорить, хотя Андрей в этом не участвовал. Он стоял на два метра в стороне, взяв в руки мяч. Порывами налетал ветер, поднимающий вверх пыль и крошечные крупинки песка. На этой игровой площадке песка хватало. Здесь имела место смесь из земли, травы, песка — это не было футбольное поле в прямом и правильном понимании. Петр Васильевич отвернулся, сделал два шага в сторону здания школы и остановился. В какой уже раз он закурил, продолжая слышать, как ребята выясняют то, чего ещё не случилось, а именно завтрашний поединок. Да, вот так интересно выходило. Они спорили о том, чему ещё предстояло произойти. И следователь отметил это для себя. Он ведь частенько занимается тем же самым, в своих размышлениях. Он постоянно думает о том, что ещё не случилось. Но обязательно случиться. Но обязательно нужно быть к этому готовым. Такая вот игра на опережение.

И всё же Петр Васильевич не торопился. Он прекрасно знал, что Андрей никуда не уйдет, что останется здесь, пока милиционер ни подойдёт к нему. Останутся рядом с Андреем и его верные друзья, Костя и Максим. Поэтому пусть спорят о том, что принесет им день грядущий. Пусть пройдет ещё несколько минут.

Что нужно преступнику из будущего от этой нервной, несчастливой женщины? Об этом нужно и должно спросить у них, у тех, кого она уверенно и четко определила будущими преступниками. А не ошиблась ли? Нет, насчёт Андрея — то нет. А насчёт ещё двоих? Каков процент погрешности? Интересно ведь, даже эта женщина, которой думать бы о другом, но ведь и она мысленно оказывается в том пространстве, о котором ни черта не знает, о том пространстве, которое именуется будущим. Мы все этим занимаемся. Все с разной бесполезной долей успеха. Чем дальше это будущее, тем глупее и смешнее мы.

Петр Васильевич сделал ещё несколько шагов в сторону школы. Поднял глаза вверх. Здание выглядело совершенно серым. Не было света ни в одном окне. Всё как будто заснуло. И выглядело нехорошо, наполняло сознание тоской. Потому что это не то место, не место для сна. Здесь крики, смех, жизнь, бьющая через край, по средствам обитателей, учеников. Но не сейчас.

Ребята из другого района, потерпевшие сегодня поражение в футбольном поединке, все вместе пошли в сторону улицы Интернационалистов. Те ребята, которые интересовали следователя оставались на прежнем месте.

И почему Андрей преступник? Для кого он преступник? Кто это знает? Ведь в своем времени, в 2021 году это не так. Там он не преступник, там он явно ничего противозаконного не делает. Это здесь, вернувшись в прошлое, он страшный преступник. О котором знаю я, ещё несколько человек, но и те толком ни в чем не определились. Это смогли узнать убитые им люди, или нет, у них не было такой возможности. Но вот в понимании, которое суть той же Валентины Михайловны Прохоровой, — он не преступник. Есть преступления, но нет дела. Ни одно производство нельзя сделать, используя это. А значит, что и нет никакого преступления. Отсутствие состава преступления. Вот такой сюжет.

Петр Васильевич развернулся, он двинулся навстречу мальчишкам. Те этого явно ожидали, поэтому трое ребят из их компании отделились от Андрея, Кости и Максима.

— Думаю, что я вас провожу. А вы мне кое-что расскажите — произнес следователь, остановившись возле троицы неразлучных друзей.

— Мы ничего нового не знаем — робко произнес Костя.

Глава третья

Андрей и Максим переглянулись. Но ничего к словам Кости не добавили.

— Ничего нового не знаете, согласен, всё новое — это хорошо забытое старое. Хотя может, что и не старое вовсе, а по применимой к вам шкале измерения, это просто позавчерашний день, который прошел незаметно, который был похож на множество других дней — проговорил Петр Васильевич, улыбнулся, остановился, чтобы закурить очередную сигарету.

Мальчишки так же остановились. Мяч сейчас был в руках у Максима. Все вместе они успели покинуть территорию школьного двора, и сейчас находились возле одной из тех новых пятиэтажек, которых было четыре, и крайняя справа из них была той, где совсем недавно следователь разговаривал с добрым дворником.

— Вам знакома некая Прохорова Валентина Михайловна? — очень спокойно, как бы между делом спросил Петр Васильевич.

— Ещё бы — сразу отреагировал Андрей.

— Вы же сейчас на каникулах?

— Естественно, вы и сами это знаете — ответил Максим.

— Тогда вопрос мой такой, когда вы или кто-то из вас в последний раз видел эту тётеньку?

— Тридцать первого мая — четко ответил Костя.

Максим подтвердил сказав: угу.

Лишь Андрей замешкался. Но спустя какие-то секунды произнес.

— Да, в последний учебный день. И вообще было бы хорошо, чтобы её больше не видеть совсем.

— Интересно. Ты бы отдал её на корм собаке Баскервилей? — неожиданно спросил у Андрея Петр Васильевич.

— С огромной радостью — радостно произнес Максим, опередив Андрея.

Следователь же смотрел на Андрея.

— Без всякого сожаления — наконец-то ответил Андрей, только в его голосе не было игривого восторга, сказал свои слова он мрачно и даже зло.

— Я так и думал. Я не ожидал другого ответа — произнес Петр Васильевич.

— Вы зачем её вспомнили, чтобы нам настроение испортить. А говорили, что мы с вами друзья, что будем вместе делать очень важное дело — проговорил Костя.

— Ну, потому что в данный момент персона этой женщины, вашей классной руководительницы, имеет отношение к нашему делу.

— Поверили мы, у неё в голове одни лишь домашние задания, уроки, отметки и прочая дрянь. Ещё она обожает делать другим людям плохо. Чтобы портить им жизнь. Чтобы эти люди стали похожими на неё — иронично произнес Максим.

— Эти люди — это вы?

— Конечно, ещё и другие есть ребята из нашего класса — на вопрос следователя ответил Костя.

— Все ребята?

— Нет, там имеются разные такие — начал Костя.

— Понятно, есть те, кто хорошо учится, имеет по этому вопросу другое мнение — сказал Петр Васильевич и просмотрел на Андрея.

— Скучно это, говорить об этом даже не хочется — произнес Андрей.

— Андрей, а зачем Валентина Михайловна к тебе домой приходила, ведь сейчас каникулы. Я не просто так спросил у вас про каникулы.