Четыре йоги

Существуют ли рациональные доказательства теории переселения душ? До сих пор мы обсуждали негативную сторону вопроса, доказывая несостоятельность аргументации против теории. Существуют ли позитивные доказательства? Существуют, и весьма весомые. Только теория переселения душ, и ничто другое, объясняет огромный разброс в способности людей к усвоению знания. Прежде всего рассмотрим сам процесс усвоения нового, обретения знания. Ну вот, я вышел на улицу и увидел собаку. Откуда мне известно, что это именно собака? Восприятие передается в сознание, в моем разуме сгруппированы, как разложены по полкам, различные впечатления от былого. Всякое новое впечатление сопоставляется с материалом на полках, пока не отыскивается группа сходных впечатлений. Теперь я знаю, что вижу собаку, ее образ совпал с ранее приобретенными образами. Если я не обнаруживаю ничего сходного с новым впечатлением, во мне возникает чувство неудовлетворенности. Это состояние ума и носит название «невежества», совпадение же означает «знание».

При виде падения одного яблока человек испытал неудовлетворенность. Затем была найдена сходная группа явлений — все яблоки падают, влекомые силой гравитации. Из этого явствует, что без запаса накопленного опыта новый опыт невозможно усвоить, его не с чем было бы связать. Если, как полагают иные европейские философы, ум ребенка при рождении представляет собой чистую таблицу, то такой ребенок никогда бы не смог подняться до интеллектуальных высот, поскольку ему не с чем было бы сопоставлять вновь обретаемый опыт. Мы все знаем, что люди различаются по своей способности усваивать новое, что говорит о различиях в ранее накопленном опыте, с которым мы рождаемся на свет. Знание приобретается лишь одним путем, через опыт, и не испытанное нами в этой жизни должно было быть испытано в другой. Откуда в нас страх смерти? Цыпленок едва вылупился из яйца, но при виде коршуна он ищет защиты у курицы. Существует классическое объяснение, впрочем, объяснением оно не имеет права именоваться: все дело в инстинктах. Что заставляет едва вылупившегося цыпленка страшиться смерти? Что заставляет едва вылупившегося утенка при виде воды устремляться к ней? Утенок еще никогда не плавал, не видел, как плавают другие. Все это именуется инстинктом. Это красивое слово оставляет нас в той точке, с которой мы начали. Давайте подумаем над этим явлением, над инстинктом. Ребенок начинает играть на пианино. Вначале ребенку нужно выбирать каждую клавишу, но проходят месяцы и годы упражнений, и игра приобретает автоматизм, ребенок играет уже инстинктивно. То, что на первых порах делалось с сознательным волевым усилием, теперь уже не требует этого усилия. Однако это еще не достаточное доказательство, а лишь половина его, поскольку почти любое инстинктивное действие может быть поставлено под контроль воли. Каждая мышца нашего тела поддается управлению, это известно. Из этого двойного метода аргументации следует, что инстинкт есть не что иное, как выродившееся волевое действие. Если это положение распространяется на всю вселенную, если природа единообразна, то инстинкт у животных и инстинктивные действия человека надо считать вырождением воли.

Применяя к микрокосму закон макрокосма — всякий процесс инволюции предполагает и эволюцию, а всякий процесс эволюции — инволюцию, — мы приходим к выводу, что инстинкт — это инволюционировавший разум. То, что мы называем инстинктом в животных или человеке, — это результат инволюции, вырождения волевых действий, а волевые действия невозможны без опыта. Опыт дал знание, и это знание продолжает существовать. Страх смерти, утенок, устремляющийся к воде, все инстинктивные действия человека — это результат прошлого опыта. До сих пор все ясно, и до сих пор у нас нет расхождений с современной наукой. Но дальше возникает затруднение. Новейшая наука сближается с древним знанием, и в этом сближении нет противоречия. Наука признает, что и человек, и животное рождаются с неким фондом опыта и что ум действует на основе прошлого опыта. Но, вопрошают ученые, какие основания приписывать прошлый опыт душе? Почему не согласиться, что этот опыт связан с телом, и только с телом? Почему не объяснить это наследственностью?

Действительно, почему не предположить, что весь опыт, с которым я родился на свет, есть суммарное следствие опыта, накопленного моими предками? Я несу в себе сумму опыта от комочка протоплазмы до высокоразвитого человека, но этот опыт передавался от тела к телу путем наследования. В чем тут затруднение? Резонный вопрос, и мы согласны признать за наследственностью определенную роль. Но в чем ее роль? В поставках материала. Мы сами своими прошлыми действиями предопределяем свое рождение в определенной телесной оболочке, материал которой поступил от родителей, заслуживших рождение данной души в качестве их ребенка.

Простая теория наследственности исходит из само собой разумеющегося поразительного предположения, что ментальный опыт может быть зафиксирован в материи, что ментальный опыт может инволюционировать в материю. Когда я смотрю на вас, в озере моего ума поднимается волна. Она потом уляжется, но оставит после себя тончайшее возмущение — впечатление. Мы понимаем, что такое физический отпечаток на теле. Но есть ли доказательства тому, что тело, смертное тело, способно сохранить отпечаток умственной деятельности? Что именно сохраняет его? Если даже предположить, что тело сохраняет все ментальные отпечатки, начиная от первого человека и вплоть до моего отца, и в теле моего отца все это было, то спрашивается, каким образом это перешло ко мне? Через биоплазменную клетку? Возможно ли это? Ведь телесный состав отца не переходит целиком к ребенку. У пары может быть несколько детей, и, согласно этой теории наследственности, которая отождествляет отпечаток и материал, запечатлевший его, при рождении каждого ребенка родители должны утрачивать часть собственных отпечатков, или если родители передают по наследству весь фонд отпечатков, то с рождением первого же ребенка их ум опустошается.

Если биоплазменная клетка заключает в себе бесконечное множество отпечатков с начала времен, то как это происходит? Это кажется немыслимым, и до тех пор, пока физиологи не покажут, как и где живут в клетке эти отпечатки, как они себе представляют ментальные впечатления, дремлющие в физической клетке, их теории нельзя принимать на веру. Пока что ясно следующее — отпечатки остаются в уме, ум рождается, умирает и рождается снова, используя соответствующий ему телесный материал, то есть ум, подготовивший себя для определенной телесной оболочки, вынужден будет ждать воплощения именно в эту оболочку. Это мы понимаем. Затем теоретически роль наследственности заключается в поставках материала, в который может воплотиться душа. Но душа кочует и создает себе тело за телом, каждая наша мысль и каждое наше деяние сохраняются в форме едва приметного отпечатка, готового снова проявить себя в новой оболочке. Вот я на вас смотрю, и в моем уме возникает волна, потом она спадает, становится все меньше, все незаметней, но не исчезает совсем. Она готова снова возникнуть, но уже в моей памяти. Отпечатки скапливаются в моем уме, и когда я умираю, со мною остается их сумма. Представьте себе, что у нас тут есть мяч, каждый из нас берет в руки ракетку, мы начинаем гонять мяч, он прыгает из стороны в сторону и, наконец, выскакивает в открытую дверь. Что остается с мячом? Сумма наших ударов. Она придала ему направление движения. А что направляет душу после смерти тела? Сумма его поступков и мыслей. Если их результат таков, что душа нуждается в новом теле для дальнейшей жизни, она направится к тем родителям, которые подготовлены для предоставления ей подходящей телесной оболочки. И так она будет кочевать от тела к телу, то поднимаясь на небеса, то спускаясь на землю, то в облике человека, то — низшего животного. Это будет продолжаться до тех пор, пока она не завершит накопление опыта и цикл своего существования. К тому времени душа уже познает свою природу, познает себя, освободится от невежества, ее сила проявится, и она достигнет совершенства, больше ей нет нужды действовать через физические оболочки и даже через более тонкие, духовные тела. Душа сияет собственным светом, она свободна от рождений и смертей.

Мы не станем углубляться в подробности всего этого, но я хотел бы обратить ваше внимание еще на один аспект теории переселения душ. Эта теория отстаивает свободу души. Это единственная теория, которая не возлагает на кого бы то ни было вину за наши слабости, что так свойственно человеку. Собственных недостатков мы не замечаем, себя глаза не видят, они видят глаза всех остальных. Мы, люди, неохотно признаем свои слабости, свои недочеты, стараясь найти виноватого в них. Как правило, люди возлагают вину за все беды жизни на других людей или, если уж на то пошло, на Бога, в крайнем случае на выдуманный ими призрак по имени судьба. Где эта судьба, что есть судьба? Мы пожинаем то, что сеем. Мы творим собственную судьбу. Не на кого возлагать вину и некому возносить хвалу. Дует ветер, и корабль, чьи паруса натянуты, наполняет их ветром и идет по курсу. Корабль, спустивший паруса, ветер не поймает. Ветер ли в этом повинен? Или в этом повинен милосердный Отец, чей благодатный ветер веет не затихая день и ночь, чье милосердие не убывает, Он ли повинен в том, что иные из нас счастливы, другие же несчастны? Мы сами творим свою судьбу, а Его солнце светит и слабым, и сильным, Его ветер равно овевает и святого, и грешника. Он владыка всего, Отец всего живого, милосердный и беспристрастный. Не хотели ли вы сказать, будто он, Царь творения, видит ничтожные вещи, наполняющие наши жизни, в том же свете, что и мы сами? Что за нелепое представление о Боге было бы это! Мы, как щенята, мечемся здесь между жизнью и смертью и по глупости думаем, будто сам Бог отнесется ко всему этому с той же серьезностью, что и мы. Он знает, что такое щенячья возня. Как глупы наши старания возложить на Него вину, заставить Его карать и награждать. Он никого не карает и никого не награждает. Его беспредельное милосердие открыто всем, всюду и всегда. От нас самих зависит, как мы им воспользуемся. Никого не вините, ни человека, ни Бога. Вините себя в собственных бедах и старайтесь жить получше.

Это — единственный выход. Кто возлагает вину на других — увы, с каждым днем растет их число! — несчастные люди, чей ум беспомощен, они собственными ошибками сделали себя несчастными, и, хоть обвиняют в этом других, их положение не меняется. Это бессмысленно. Попытка переложить вину на другого только делает нас еще слабее. А потому не вините никого в своих бедах, стойте на собственных ногах и отвечайте сами за свои поступки. Скажите себе: я сам виноват в своих бедах и страданиях, а значит, и выйти из создавшегося положения я могу только собственными силами. Я могу разрушить то, что сам воздвиг, но мне не разрушить сделанное другими. А потому — поднимайтесь на ноги, будьте смелыми, будьте сильными. Возьмите на себя ответственность за все и помните, что свою судьбу вы творите сами. В вас и сила, и выносливость, в которых вы нуждаетесь. Сами стройте свое будущее, и пусть «мертвое прошлое хоронит своих мертвецов». [210] Перед вами — бесконечное будущее, и вы должны постоянно помнить, что всякое ваше слово, помысел и поступок закладывают его основу для вас. И если дурные слова и дела готовы тиграми наброситься на вас, то есть и придающая уверенность надежда на то, что ваши добрые слова и поступки с силой ста тысяч ангелов готовы помочь вам и ныне, и во все последующие времена.

210

Соотносится с Мф, 8, 22 или Лк, 9, 60 («предоставь мертвым погребать своих мертвецов»).

БЕССМЕРТИЕ

Бессмертна ли душа человека? Какой вопрос задавался чаще, чем этот, какая мысль сильней побуждала человека на поиски ответа, какая тайна ближе и дороже нашему сердцу, какая проблема теснее связана с самим нашим существованием, чем бессмертие души? Тема для раздумий поэтов и мудрецов, священнослужителей и пророков, правителей на тронах и нищих на улицах. Эту загадку стремились разгадать лучшие из людей, на ее разгадку надеялись наихудшие из людей. Интерес к ней не угас и по сей день и не угаснет, пока жив человек. Человечество получало различные ответы. На каждом историческом этапе тысячи людей отказывались от мысли понять эту тайну, а тысячи других вновь брались за нее. Мы будто и забываем о ней в повседневной суете, но вдруг кто-то умер, кто-то из наших близких, и на миг затихает шум и грохот мира, и душа вопрошает — а что же потом? Что дальше?

Все человеческое знание строится на опыте, иного пути для познания у нас нет. Все наши рассуждения строятся на обобщенном опыте, все наше знание есть не что иное, как гармонизированный опыт. Что мы видим, оглядевшись по сторонам? Непрестанные перемены. Семя дает росток, росток превращается в дерево, дерево проходит свой жизненный цикл и вновь возвращается к семени. Животное рождается, живет и умирает, завершив свой жизненный цикл. Так же и человек. Горы неприметно, но неизбежно рассыпаются в песок, реки медленно, но неизбежно пересыхают, дожди поднимаются из водоемов и в них же стекают. Все идет циклично, рождение, рост, развитие и распад следуют друг за другом с математической точностью. Мы наблюдаем это на каждом шагу. Но внутри всего этого, за огромной массой того, что мы зовем жизнью, за миллионами форм и обличий, за бесконечным многообразием форм жизни, от атома до одухотворенного человека, существует единство. Мы чуть не каждый день видим, как разрушается стена, которая предположительно разделяла формы жизни, и современная наука начинает признавать всю материю единой сущностью, проявляющей себя по-разному, в различных формах, соединенных единой жизнью, как цепью, звеньями которой являются эти формы. Это носит название эволюции. Мысль об эволюции зародилась в глубокой древности, почти тогда же, когда появилось человеческое сообщество, но по мере того, как человечество накапливает знания, она кажется все более современной. Однако древние понимали и другую сторону эволюции, еще не вполне осознанную в наши дни, — инволюцию. Семя становится деревом, но песчинка деревом никогда не станет. Отец становится ребенком, но комок глины — нет. Возникает вопрос — с чего началась эволюция? Откуда взялось первое семя? Оно было идентично дереву. В семени заложен весь потенциал будущего дерева, в младенце — потенциал будущего человека, в зародыше таятся потенциальные возможности всей будущей жизни. Что же это такое? Философы Древней Индии отвечали — инволюция. Иными словами: процесс эволюции предполагает также и процесс инволюции. Ничто не может появиться, чего уже не было раньше. И в этом вопросе снова нам на помощь приходит современная наука. Нам известен закон сохранения энергии. Из вселенной нельзя ничего убавить, и прибавить к ней тоже нельзя ничего. Следовательно, эволюция не может начаться с нуля, но в таком случае с чего она началась? Эволюции предшествовала инволюция. Младенец — это инволюция взрослого, взрослый — эволюция младенца. Семя есть инволюция дерева, а дерево есть эволюция семени. В зародыше таится весь потенциал жизни. Добавим к этому первоначальную мысль о преемственности жизни, она едина, от протоплазмы до совершеннейшего из людей. Точно так же, как на протяжении одной жизни мы проходим через несколько фаз — эмбрион развивается в ребенка, ребенок становится юношей, юноша доживает до старости, — единая цепь жизни тянется от протоплазмы до совершеннейшего из людей. Это — эволюция, но эволюция предполагает и инволюцию. Вся жизнь, которая постепенно проявляет себя, эволюционируя от протоплазмы до совершенного человека, до воплощения Бога на земле, все эти превращения есть единая жизнь, и вся она должна была находиться в инволюционированной форме в той самой протоплазме. В ней таилась вся жизнь, включая даже Бога на земле, и медленно, медленно, медленно проявлялась. Наивысшее проявление жизни таилось там в зародыше, следовательно, эта единая цепь является инволюцией космической жизни, находящейся везде. Это единое космическое сознание, которое медленно раскрывается во всем, от протоплазмы до совершенного человека. Но оно не растет, мысль о росте нужно просто выбросить из головы. Идея роста ассоциируется с чем-то поступающим извне, с чем-то внешним, а это искажает истину — Бесконечное, таящееся во всякой форме жизни, не зависит ни от каких внешних обстоятельств. Бесконечное не может возрастать, Оно всегда наличествует, Оно только проявляется.

Следствие есть проявленная причина. Существенного различия между причиной и следствием нет. Причина, измененная и ограниченная во времени, становится следствием. Это нужно запомнить. Значит, жизнь во всех ее проявлениях, от протоплазмы до совершенного человека, должна быть идентична космической жизни. Вначале она инволюционировала и приобрела тонкую форму, затем из этой тонкости, из этой причины, она эволюционировала, проявляя себя в направлении более грубых форм.

Но вопроса о бессмертии это еще не решает. Мы видим: ничто во вселенной не исчезает. Нет ничего нового, никогда не будет ничего нового. Вращается колесо жизни, идут циклы проявлений. Движение всегда волнообразно, нарастание чередуется со спадом. Система за системой развивается из тонких форм, приобретает формы огрубленные и снова будто тает, возвращаясь к тонким формам. Из тонких форм системы возникают снова, развиваются в течение определенного периода и медленно возвращаются к причине. Это касается любого проявления жизни, которое возникает и возвращается к своим началам. Что именно возвращается? Форма. Форма распадается, но потом снова возникает. В известном смысле можно сказать, что форма вечна. Каким образом? Если достаточно долго бросать кости, то комбинация чисел рано или поздно повторится. Перенесем эту аналогию на частицы материи, комбинации которых составляются вновь и вновь. Стакан, стол, графин с водой — все это комбинации, и со временем они распадутся. Но должно наступить время, когда они повторятся в точности — снова вы будете здесь, и все эти формы будут здесь, и мы будем обсуждать эту же тему, и графин с водой будет стоять на том же месте. Это уже было бесчисленное множество раз, и это повторится бесчисленное множество раз. Иными словами, даже физические формы повторяются до бесконечности.