Цифрогелион
Шрифт:
Пока я не имел ни малейшего понятия о том, как же мне найти причину и место появления чудовищ. Точнее какие-то общие идеи у меня, разумеется, были, но ничего конкретного. Для начала нужно попробовать найти Чарли и второго детектива — у них может оказаться какая-нибудь ценная информация, ведь они провели в Старом Городе куда больше времени.
Если они погибли, что вполне вероятно с учётом крайней недружелюбности местного населения и наличия опасных чудовищ, то даже их мёртвые тела могут быть полезными, ведь при них могут оказаться записи: всех детективов учат тщательным образом документировать ход расследований и делать это регулярно, прямо во время работы, не откладывая на вечер и уж тем более на период после окончания дела. Я бы и сам вёл записи, но мой дневник остался в саквояже вместе со всем
Если же мне не удастся отыскать ни детективов, ни их мёртвых тел, то придётся собрать всю возможную информацию о нападениях и отправиться к исследователям в поисках информации, которая сможет помочь мне в дальнейшем расследовании. Правда, исследователей ещё тоже нужно найти — по словам бармена, они никогда не сидят на одном месте и вообще предпочитают работать на воде, подальше от остальных людей…
Погрузившись в свои мысли, я брёл по улицам Старого Города около часа. Дорога, по которой я шёл, называлась среди местных «торговый путь». Толя рекомендовал идти именно ей, так как на ней действовало правило безопасного прохода: нападать на путников было запрещено, а за головы нарушителей местный Губернатор объявлял награду. Бармен предупредил меня, что правило безопасного прохода не сделало эту дорогу абсолютно безопасной, и мне всё равно стоит быть осторожным.
Так что я держал коломёт в кармане, будучи готовым в любой момент выхватить его и защитить свою жизнь от внезапного нападения бандитов. В левой руке, для подстраховки, я сжимал рукоять купленного на рынке ножа. При этом моя задумчивость не мешала мне внимательно смотреть по сторонам, а подходя к поворотам и аркам, предусмотрительно обходить их чуть поодаль, чтобы снова не получить дубиной по лицу…
Неудобств доставляла и дорога, затопленная густой грязью, чавкающей под ногами, из-за которой приходилось идти медленно и крайне осторожно, чтобы не поскользнуться или не распороть ногу о какой-нибудь осколок стекла, торчащий из куска оконной рамы, скрытый от глаз коричневой жижей. Идя так, я с ужасом вспоминал вчерашнее утро, когда мчался по точно таким же улицам, совершенно не думая о том, насколько это может быть опасным. Или всё же думал, но посчитал риск оправданным? Чёрт его знает…
Наконец вдалеке показалась высокая стена, преграждающая дорогу. Ещё минут через двадцать я оказался достаточно близко, чтобы хорошенько её разглядеть. Она была сооружена из грубых необработанных досок, полностью перекрывая дорогу. Разумеется, она сильно уступала в размерах границе, возведённой Губернатором, но была достаточно высокой и доставала до окон третьего этажа примыкающих зданий. В центре стены разместились массивные высокие ворота — сейчас они были закрыты.
Стена не стала для меня сюрпризом — бармен упоминал и о ней. Её возвели для обороны от бандитов, которые частенько нападали на этот район, так как тут жили состоятельные, по меркам Старого Города, люди, и у них было что отобрать. Подобные стены перекрывали каждую дорогу, ведущую в Губернаторские районы.
Остановившись у ворот, я громко постучал кулаком о деревянную створку.
— Кто там и по какому вопросу? — почти сразу откликнулся громкий голос с той стороны.
— Я ищу своих коллег, — громко сообщил я. — Какое-то время назад они отправились в ваш район и пропали. Они пришли из Северной Столицы. Как и я.
Зашумел засов, и ворота со скрипом приотворились, открыв узкий проём, достаточный для того, чтобы я мог в него протиснуться.
Пройдя за ворота, я оказался в просторном хабе: огороженном трёхметровым деревянным забором, пространстве, заставленном повозками и экипажами. Как я понял, хаб занимал весь перекрёсток — отсюда на каждую прилегающую улицу вело по арке со шлагбаумом. За воротами меня встретило четверо людей, одетых в серую форму городского патруля Старого Города. Форма патрульных была поношенной и мятой, но носили её в строгом соответствии с уставом, застёгивая китель на все пуговицы, заправляя штаны в высокие коричневые сапоги и плотно подтягивая ремень. Кроме патрульных, в хабе никого больше не было, даже посты у трёх других арок были пустыми.
— Вы очень вовремя, — сообщил патрульный с сержантским шевроном. — Приди вы завтра,
и пропустили бы всё веселье…— Веселье? — не понял я.
— Вам лучше поговорить об этом с Губернатором, — кивнул сержант. — Я провожу вас к нему.
Он жестом предложил следовать за ним.
Мы прошли хаб и вышли через один из шлагбаумов на узкую прилегающую улицу. Тут было тихо и безлюдно, если не считать одинокого дворника, который мёл брусчатую дорогу. Надо заметить — эта улица была самой чистой из всех, что я видел в Старом Городе, честно говоря, она была чище большинства улиц, которые я видел и в Северной Столице тоже…
— У вас тут очень… Чисто, — отметил я.
— О да, — усмехнулся сержант, — Губернатор просто помешан на чистоте. Он тратит уйму ресурсов на поддержание порядка, даже в это непростое время… Правда, уговаривать дворников работать становится всё сложнее… А их услуги стоят всё больше… Губернатор шутит, что если так пойдёт и дальше, то их жалованье превзойдёт плату, которая положена Губернатору, и он тогда он покинет свой пост и сам возьмётся за метлу…
Дорога заняла минут пять. Мы то срезали путь через тесные дворы с новенькими скамейками, подстриженными газонами и ухоженными кронами деревьев, то снова выходили на чистые улицы с аккуратной брусчаткой и свежеокрашенными домами, в которых не было ни единого побитого окна. Чем глубже мы продвигались, тем больше я обращал внимание на то, как мало тут людей. За всё время мы встретили всего трёх человек: мать с ребёнком, как-то опасливо озирающуюся по сторонам и явно спешащую убраться с улицы, и ещё одного дворника, метущего мокрую брусчатку. Я обратил внимание на то, что он тоже нервозно поглядывал вокруг.
Да, чудовища определённо досаждают местным жителям…
Наконец мы достигли двухэтажного серого здания с белыми колоннами и треугольной крышей. Это здание стояло посреди небольшого сквера, огороженного невысоким кованым забором.
— Губернаторский дом, — сообщил мне сержант. — С Губернаторским дворцом в Северной Столице, конечно, не сравнится, но тоже ведь красивый, да?
— Определённо, — честно ответил я.
У входа нас поджидало ещё двое патрульных, вооружённых пружинными коломётами (теми самыми, которые пришли на смену «Обезьянерам»).
— Мы к Губернатору, — сообщил сержант, не сбавляя шаг, ударив себя указательным пальцем по козырьку фуражки. — Наш гость прибыл из Северной Столицы и ищет немедленной аудиенции…
Какое-то время мы шли по тёмному коридору, ориентируясь только на свет дверного проёма далеко впереди. Пройдя сквозь него, мы оказались в просторном зале: тёмный дубовый паркет, серые стены, высокие белые деревянные плинтуса и пятиметровые потолки с массивной лепниной. Зал освещал лишь серый дневной свет, льющийся сквозь многочисленные прямоугольные окна, скругляющиеся под самым потолком.
Из мебели тут было шесть резных диванов, покрытых позолотой и обитых тёмными гобеленами с витиеватыми узорами, выстроившихся у стен; просторный дубовый стол, за которым стояло кресло схожего с диванами стиля; ещё четыре точно таких же кресла стояли полукругом по другую сторону стола; между окнами втиснулись широкие стеллажи с книгами.
За столом сидел молодого вида мужчина с тонкими чёрными усами и небольшой, тоже чёрного цвета, бородкой. Волосы были аккуратно приглажены на бок, а на носу сидели очки с круглыми стёклами, в тонкой серебряной оправе. Одет мужчина был в белый двубортный пиджак с золотыми эполетами и пуговицами, нижнюю часть тела с моей позиции было не видно, но я готов был поспорить, что этот человек носил белые брюки и белые сапоги — это стандартная повседневная одежда для Губернатора. Хотя, если он не ждал гостей, то вполне мог сидеть и в трусах — тогда сейчас, когда придёт время вставать и здороваться, ему станет неловко…
Кажется, Губернатор даже не заметил нашего присутствия, либо сделал вид, что не заметил. Он продолжал что-то писать на лежащем перед ним пергаменте, не поднимая на нас глаз. С другой стороны, возможно, прямо сейчас он судорожно думал над тем, как бы не довести до сведения нежданного гостя тот факт, что он сидит тут без штанов…
— Господин Губернатор, — сержант, остановившись у стола, сделал небольшой поклон и снова ударил себя по козырьку. — К нам пожаловал ещё один детектив из Северной Столицы…