Цифровик
Шрифт:
***
Ланч. Кафе. Чёрный пёс пробежал между столов никем не замеченный и, обернувшись молодым человеком, сел на соседний стул.
– Асмодей, здравствуйте! Что вы здесь делаете?
– Да вот решил зайти, посмотреть, как у нас дела.
– Ну и как у нас дела?
– Попыток семь тысяч четыреста сорок две. Результат – ноль. Угостите меня ланчем.
– Асмодей! Ну зачем вам эта еда? Вам чего, делать нечего?
– Да не… Дел полно. Просто приятно с вами поболтать. Знаете, я верю, что вы справитесь.
– Вы это о чём?
На столе возникли стакан сока
– Вы найдёте того, кто скажет вам спасибо от всего сердца. После этого вы вспомните, откуда вы, вспомните своё имя и найдете дорогу домой.
– Да, конечно, я даже не представляю, откуда я.
– А хотите, подскажу? Но вы должны мне за это организовать молочного поросёнка и бутылку красного вина.
– Асмодей! Это уличное кафе, вы представляете, как будет выглядеть здесь молочный поросёнок!
– Плевать. Жареного, с яблочком печёным в зубах.
Чистой воды хулиганство. Но любопытство – мой порок. Этот парень знает всё. Его знания мне не помогут, но он может дать мне кусочек головоломки. Я буду бережно хранить его в памяти, зная, что это – моё. Что это часть моей прошлой жизни.
На указательных пальцах он вырастил по здоровенному когтю и, не обращая внимания на столовые приборы, начал разделывать несчастное животное. Первым делом он вынул яблоко и аккуратно кинул его на асфальт:
– Рассказываю. Жила-была далеко отсюда ведьма. Как-то раз она разозлилась на другую ведьму. Она наколдовала вихрь. Вихрь поднял деревянный дом. А потом этот дом упал на голову той самой другой ведьме. При этом в том мире был нарушен баланс сил, а граница осталась без прикрытия.
– Какая граница?
– Неважно. – Поросёнок исчезал с невероятной быстротой. – А в том доме была маленькая девочка, совсем ребёнок. Ей потом пришлось целый месяц бомжевать в незнакомой стране в компании с такими же, как она, отверженными. Того, кто во всём этом был виноват, наказали. Ну пока!
– Подожди. А дальше?
Куча костей, пустая бутылка. И никого. Вот так всегда!
***
– Я вас умоляю! Отворожите! Денег дам, сколько захотите.
Ещё один неудачник в буквальном смысле валялся у меня в ногах.
– Я ведь вас предупреждала.
– Да! Я помню! Вы говорили, что это до добра не доведёт. Но вы же можете отворожить. Господи-и-и-и-и-и. Вы не поверите, какая она тупая! И какая она ленивая. А я на неё ору, а она смотрит и улыбается.
Две недели назад я его предупреждала. И уже тогда знала про эту особу всё.
Сейчас придётся огорчить парня ещё больше.
– Нет. Я не могу отворожить.
– Почему? – Парень невольно сорвался на крик. – Почему не можете?
– Всё просто. Каждому по желанию в меру разумного, от каждого благодарность в меру возможного.
– Не понял…
Ну вот что тут скажешь…
– Вам не надо…
Имеется в виду – понимать не надо. Жалко было смотреть на него.
***
Можно лечить людей в деревнях. Можно учить людей в городах. А когда надоест, можно просто давать объявления в Интернете.
Например:
Исполню одно разумное желание.
Бесплатно!!!
Запись на собеседование по телефону:
6666666.
***
– Мне нужно, чтобы он умер.
Молодая девушка, по виду и не скажешь. Однако вот все доказательства.
Фотография, адрес, клок волос и личная вещь. И даже расписка, написанная кровью. Самое страшное, что эта девушка на самом деле будет мне благодарна. Она молиться будет за меня, если я избавлю её от этого подонка. Она ноги мне будет целовать. Но убийство – против правил…
– Извините, – говорю я. – Но я не могу.
Она всё понимает. Она собирает со стола все предметы и уходит в гости к менее щепетильным.
Просто она не видела, что такое Ад.
Аутизм
– А ты уверен, что нужно идти налево?
– Не издевайся! Сам пишу игры, сам в них и играю. Налево – здесь!
Красный шарик словил бонус и стал синего цвета. Теперь какое-то время он будет незаметным для «врагов», таких же синих и круглых.
– Ты когда закончишь-то?
– Да хоть сейчас! – Я нажал на «паузу». – А что?
– Да я там у себя порнуху новую закачал. Пиво опять-таки…
– Какое, на фиг, пиво? Какая порнуха? Пиво, небось, из реактивов? – Я опять нажал на «паузу», и шарик резво покатился по зелёному полю к переходу на другой уровень. – Ты бы лучше весь намеченный ряд опытов провёл. Тебе за что деньги платят?
– Да вот за то мне, наверное, платят, что я тебя пинаю, чтобы ты мои расклады математикой проверял. Не дождёшься от тебя этого. Вась! Заканчивай! Я уже вторую неделю наблюдаю за этим, блин, аркадромом. Тебе где зарплату платят?
Да что он мне удовольствие портит!
– Пётр Глебович! Зарплату мне платят здесь. Только осталось мне всего два месяца, и после этого меня тут не будет. Меня достала эта Сибирь, меня достала эта база, меня достал этот завод! И вообще, я на игрушках в этом месяце уже больше заработал, чем мне тут зарплату начислили.
– Значит, всё-таки сваливаешь? – Пётр пододвинул свободный стул и присел рядом. – А как же наша Нобелевская премия?
– Да пошла она!
Шарик опять стал красным, но успел поймать очередной бонус и теперь был в защитном поле. Синие налетели со всех сторон и, толкаясь, не давали пройти к воротам. Придётся бомбу потратить.
– Мне конкретно за тридцать, да и тебе тоже. У всех мужиков тут давно семьи, только мы холостые. Ну её, эту Нобелевку. У меня квартира в Москве! У тебя в Питере. А мы тут сидим в ебенях и фигнёй страдаем! А то мы в центре работу не найдём! Сколько ты наркотиков изобрёл за последние два года? – Я скосил на него глаза и решил сменить пластинку. – Да ладно тебе! Я ж пошутил. Ну не получается у нас. Но мы ж экспериментаторы!
– Да вот в том-то и дело, Василий, что мы тут экспериментируем. А все остальные – шесть тысяч человек персонала и охраны – просто помогают нам тратить деньги. Тебе не стыдно будет уйти, не закончив последнюю тему?