CUPHEAD. Гора проблем
Шрифт:
– Ух ты, настоящий город-призрак, – сказала Чаша. Не только потому, что лагерь действительно выглядел как настоящий город-призрак, но ещё и потому, что увидела настоящего призрака.
Он сидел на скамейке и читал утренний выпуск «Самых ужасных новостей» (это единственная газета, которую любят привидения). Не желая показаться невежливой, Чаша подошла и поздоровалась.
– Добрый день, – сказала она. – Мы просто…
– Вечер, – перебил призрак.
– Что, простите?
– Сейчас не день, а вечер, – ответил он и продолжил читать газету.
Чаша нахмурилась. Она уже позабыла, как могут
– Хорошо. Добрый веееееееечер, – сказала она, нарочито подчеркнув это слово. – В общем, мы только что приехали на автобусе, и нам хотелось бы что-нибудь узнать о лагере. Вы здесь живёте?
– Я привидение. Я нигде не живу, – сказал призрак.
Чаша закусила нижнюю губу.
– Я имею в виду не «живёте» в смысле «вы живой», – ответила она. – Просто подумала, что вы, может быть, знаете, куда нам сложить вещи. Мы приехали сюда на новую смену.
– На смену?!
Призрак побелел как полотно. А может быть, и нет – с привидениями это понять довольно сложно.
– Нет-нет-нет, это невозможно! – сказал он. – Этот лагерь занят, и делить его мы ни с кем не намерены.
– «Мы»? – смутилась Чаша.
– Конечно, мы, – ответил он. – Я здесь со своим отрядом. Мы фантом-скауты.
Если вы никогда не слышали о фантом-скаутах (а вы, скорее всего, не слышали), то это организация, которая зачем-то заставляет привидения больше бывать на природе. Зачем, Чаша так и не поняла – привидения ведь ненавидят солнечный свет, а свежий воздух им вообще не нужен, но раз уж они из-за этого хоть на время покидают город, она была совсем не против.
Но она была резко против того, что они захватили её лагерь.
– Это нечестно! – воскликнула она. – Мы с друзьями проделали такой долгий путь!
– Ну, значит, вам повезло как утопленникам, – ответил призрак. – Мы приехали первыми. К тому же у нас и путёвки есть. И ещё: правильно не «мы с друзьями», а «я и мои друзья». Это никак не связано с ситуацией в лагере, но меня как-то напрягает.
Ой-ой-ой. Ну всё. Чаша хмурилась, пока её глаза не сузились настолько, что стали шириной с прорези для монет, а лицо красным, как перец. Если какой-то призрак-всезнайка думает, что может ей указывать, как говорить и что говорить, и где ей проводить лето, он совершает большую ошибку.
Она устремила на бестактного бесплотного брюзгу свой самый свирепый взгляд.
– Слушай, раз уж ты такой вумный, как вутка, – проговорила она сквозь стиснутые зубы. – МЫ С ДРУЗЬЯМИ устали! МЫ С ДРУЗЬЯМИ голодны! МЫ С ДРУЗЬЯМИ ждали этого целый год, и МЫ С ДРУЗЬЯМИ будем жить здесь, в лагере Вопплер-Крик!
Батюшки-светы. Такого порыва чувств от Чаши никак нельзя было ждать – она очень гордилась тем, что никогда не грубит незнакомцам, даже привидениям, которые жутко раздражают. Но, посмотрев на бесплотную фигуру, Чаша заметила, что призрак вовсе не оскорблён её словами – более того, он, кажется, обрадовался.
– Ты сказала «Вопплер-Крик»? – спросил
он.Чаша удивлённо подняла бровь.
– Если и да, то что?
– То есть это не лагерь Жуттер-Крик?
– Жуттер-Крик? – переспросила она. – Нет, конечно.
– О, слава страху, и да будут велики глаза его! – воскликнул призрак, вскочил со скамейки и бросился к ближайшему домику. – Эй, друзья, хорошая новость! Мы попали не в тот лагерь!
И едва эти слова слетели с его уст, Чаша услышала громкий шум по ту сторону стены: визги, вопли и завывания. Привидения, конечно, всё время так делают, но очень редко эти крики бывают настолько радостными. Через мгновение духи всех форм и размеров вылетели из домика через трещины, щели и водосточные трубы, быстро-быстро собрали вещи и загрузились в призрачный автобус.
Да, кстати, на стоянке действительно был припаркован призрачный автобус.
– Надеюсь, вам понравится в этом лагере, – сказал призрак, забираясь в странную парящую над землёй машину. – Хотя меня лично сюда можно будет снова затащить только через мой труп.
И с этими словами бесплотные туристы поплыли вниз по дороге, к лагерю Жуттер-Крик, в который привидения хотят попасть, даже если это будет последним, что они сделают в загробной жизни. Автобус уже почти исчез вдали, но тут из окна высунулась маленькая улыбающаяся голова.
– А, вот ещё что! – крикнул призрак. – Опасайтесь проклятия горы!
Потом он весело помахал на прощание всему отряду – кроме Кружека, который забился в свой же рюкзак.
Чашек закатил глаза.
– Да не слушай ты этого глупого призрака, он просто пытается нас напугать, – сказал Чашек, вытаскивая брата за ноги. – Я же тебе говорил, это просто дурацкая байка. А теперь пойдём. Если мы хотим, чтобы наше лето было полно веселья и приключений, пора уже начинать!
Добрый, милый Чашек. Он всегда искал в ситуации что-нибудь хорошее, даже если найти это очень трудно. И несмотря ни на что он верил в слова Старины Чайника, что лагерь Вопплер-Крик – самый чудесный лагерь в мире. Нужно просто присмотреться повнимательнее, вот и всё. Хотя, что скрывать, было бы неплохо, если бы кто-нибудь рассказал, что здесь к чему и почему.
– Пс-с-с-с-с-ст, – раздался чей-то шёпот.
Чашек огляделся, но вокруг никого не было. Затем шёпот снова вернулся, и на этот раз Чашек с Кружеком поняли, что он доносится из обшарпанного домика, дверь которого приоткрыта где-то на дюйм. И из-за двери на них таращился глаз.
– Эй, вы, – шепнул глаз. – Привидения ушли?
– Да, только что ушли, – ответил Чашек.
Дверь вдруг распахнулась, и братья оказались лицом к лицу с большим и очень дружелюбным компасом.
– О, это замечательно, просто замечательно! – воскликнул компас. – Эти призраки просто ужасные. Всё время поправляли меня – мол, я говорю неправильно! Но теперь-то всё в порядке. Позвольте представиться. Я Север Нетам, директор лагеря.
«Директор лагеря!» – подумал Чашек. Это всё меняет. Уж директор лагеря-то точно позаботится, чтобы они провели лучшее лето в своей жизни – для этого же директора и нужны! Обрадовавшись, он созвал остальных. Директор оглядел их, расхаживая туда-сюда, словно проводил инспекцию.