Цвета ее тайны

— Я? — недоверчиво переспросила Яне.

— Она? — удивилась Мела. — А что в ней особенного?

— Ее судьба. Раньше такой никому не выпадало.

— Но моя судьба сводилась к тому, чтобы быть заточенной в кристалл, — возразила Яне. — А кристалл у него был не один, так что и судьба моя не уникальна.

— Ишь, какие словечки знает, — хмыкнула Метрия. — Но эту идею тебе наверняка внушил дракон, а драконы наипервейшие вруны.

— Да ну? Я и не знала.

— Это понятно. У тебя ведь нет особого опыта общения с драконами.

— Что правда, то правда, — признала Яне. — Мне даже было невдомек, что люди и драконы говорят "на разных языках.

— Вот к чему приводит воспитание в изоляции, — промолвила Метрия.

— Но, может быть, мой магический талант состоит в умении преодолевать языковый барьер при вербальном общении с чудовищами?

Метрия рассмеялась.

— Ну ты загнула! Манера выражаться у тебя что надо, но талант.., нет, твой талант вовсе не в этом.

— А ты знаешь, в чем он заключается? — заинтересованно спросила Яне.

— Конечно, знаю.

— " А мне скажешь?

— Если ты спросишь, то, может быть, и скажу…

— Так скажи, в чем он?

— ., а может быть, и нет.

Демонесса расхохоталась и растаяла в воздухе.

— Мне надо было предупредить тебя, что она очень любит дразнить смертных, — сказала Мела. — Вполне возможно, она ничего не знает про твой талант.

— Ты хочешь сказать, что демоны похожи на гоблинов? И с ними тоже надо обращаться невежливо.

— Не совсем. В отличие от гоблинов, демоны вовсе не обязательно грубияны, но добрых дел от них ждать не приходится. Правда, Метрия в общем-то особа не злая и особых каверз не устраивает. Просто ей скучно, и она пытается развлечься, наблюдая за смертными. Ей ничего не стоит принять любое обличье, но вот подобрать нужное слово порой бывает трудно, и это ее частенько выдает.

— Я заметила.

— А вот мне хотелось бы знать, почему демонесса назвала Яне самой интересной особой во всем Кеанфе, — сказала Окра.

— По правде говоря, как раз это меня не волнует, — промолвила Яне с подобающей порядочной девушке скромностью.

— Метрия говорила что-то насчет судьбы, — припомнила Мела. — И должна признать, что хоть порой она и несносна, назвать ее вруньей или обманщицей было бы несправедливо. Раз уж Метрия так считает, в судьбе Яне и впрямь должно быть что-то особенное.

— Возможно, это выяснится, когда мы доберемся до замка Доброго Волшебника, — предположила Окра.

Между тем они продолжали двигаться вверх по течению, причем не только в переносном смысле, но и в буквальном — поднимались вверх по склону. Вода по-прежнему оставалась невидимой, но ржавчина на поверхности стала гораздо заметнее, чем в низовьях.

— Неужто ты не устала? — спросила Яне у Окры. — Гребешь и гребешь без передышки.

— Не знаю, — отозвалась огрица. — Я не задумывалась об усталости. Как ты ни о чем не задумывалась, разговаривая с драконом.

— Интересно, — сказала Мела, — а что будет, если мы приблизимся к краю потока? Берегов здесь нет: неужто мы просто выпадем из воды на сушу?

Они попробовали, и ничего особенного с ними не случилось. Окра подогнала лодку к краю, спутницы вылезли из нее и встали на сушу. После этого огрица вытащила на берег и суденышко. Все уже успели проголодаться и принялись искать чем перекусить. Яне нарвала пирожков, Мела, любительница водянистых блюд, отыскала арбуз, а Окра набрала разных фруктов и своим ножиком искрошила их в окрошку.

Поедая свои пирожки, Яне приметила гриб с симпатичной широкополой шляпкой. Вот что нужно, чтобы защитить волосы от дождя и солнца.

— Шляпка — необходимый элемент гардероба всякой порядочной девушки, — сказала она, срывая шляпку с гриба и нахлобучивая себе на голову.

В тот же миг лицо ее побледнело от ярости.

— Что с тобой? — спросила Мела.

— Заткнись, рыбина несчастная! Не твое дело! — она вскочила и, чтобы дать выход распиравшей ее злости, изо всех сил пнула лодку.

Посмотрев на нее с недоумением, русалка вытащила справочник, торопливо пролистала его и воскликнула:

— Ага, нашла! Это бледная поганка. Кто наденет шляпку от такого гриба, тут же бледнеет, и становится такой поганой…

— От поганки слышу! — взвизгнула Яне. — Не смей меня оскорблять!

— Пожалуйста, сними шляпку.

— И не подумаю!

Однако Окра без лишних слов протянула руку и сорвала шляпку с головы девушки.

— Что случилось? — растерянно пролепетала та, изменившись в лице. — Я, кажется, говорила какие-то…

— Ты не со зла: просто случайно надела на голову шляпку от бледной поганки. Это растение придает лицу нездоровую бледность.., и на характер влияет не лучшим образом. Видишь, об этом сказано в моем справочнике.

— О… — теперь бледность сменилась румянцем стыда. — Неужто я могла вести себя таким, образом?! Ведь порядочные девушки…

— Ну, твоей вины тут нет. Я сразу поняла: с тобой что-то случилось. А поскольку ты изменилась, нацепив эту шляпку, стало ясно, что дело в ней.

— Ой, эту гадкую вещь надо выбросить!

— Совершенно не обязательно, — возразила Окра. — Она может нам пригодиться.

С этими словами огрица засунула шляпку в карман. весьма удивив Яне. Не своим поступком, а самим фактом наличия карманов. Весьма любопытным, — поскольку никакой одежды на ней не было.

Вернувшись к невидимому потоку, они поставили лодку на покрытую ржавыми разводами поверхность, сели в нее, и отдохнувшая Окра принялась грести с удвоенной энергией. Яне не переставала изумляться ее силе, хотя то была всего лишь часть родового таланта огров.

Как известно, он заключается в силе, тупости и безобразии, так что Окра обладала им далеко не в полной мере.

Следуя невидимой рекой, они добрались до вполне видимого озера, на гладкой поверхности которого виднелись следы ступней.

— Ну-ка посмотрим, что это за водоем, — промолвила Мела, доставая справочник. — О, пожалуй, нам лучше обогнуть его волоком.

— Почему? — спросила Яне.

В это время по водной глади, истошно завывая и подпрыгивая, промчалась стая каких-то безумного вида существ.