D/Sсонанс
Шрифт:
Я судорожно прикрыла грудь руками, с трудом подавив сдавившие горло рыдания. Ужас достиг максимума. Я даже не могла пошевелиться. Посмотреть в его обезумевшие глаза тоже.
– Убери руки! Сцепи их за спиной.
Его голос действовал как обволакивающий, безапелляционный гипноз. Не подчиниться было невозможно.
– Молодчинка. Начинаешь понимать, кто ты есть! Дима вновь захватил в кулак мои волосы. Я непроизвольно замотала головой в ожидании неминуемой боли.
– Нет!.. Прошу тебя!..
– Вот одного не могу понять, - он не причинил мне боли, вместо этого
Я даже не нашлась, что ответить. Это был ступор.
– Ошейник будешь носить постоянно. Как знак твоей принадлежности мне. Впрочем, наручники тоже. И ради бога, не пытайся сама их снять. Не хотелось бы травмировать такие тоненькие запястья.
Несмотря на ужас, я уловила в его голосе нотку иронии. Помимо воли сознание уцепилось за нее, словно утопающий за соломинку. Это словно что-то поставило обратно на свои места, вернув мне прежнего Диму на какой-то миг... Надо взять себя в руки. Это его очередная игра для щекотки нервов. Бояться нельзя, стоит показать, что меня это скорее забавляет чем ужасает, и он потеряет к этому интерес... Я подняла глаза. Он держал наручники в руках, ухватив пальцами за два браслета.
– Что ты собираешься со мной сделать?!
– Все, что захочу. Для начала, думаю, неплохо будет познакомить тебя с плеткой. 44 хвостика. Я считал. Он подошел ближе, неожиданно резко сжал мой подбородок пальцами, отведя голову в сторону. Хватка была сильной. Кто разрешил так дерзко смотреть на господина?! У тебя, запомни, больше нет на это права!
– Прости, - растерянно пролепетала я. Это слабо походило на игру, но я продолжала убеждать себя в этом из последних сил. И тут же вздрогнула от хлесткой пощечины. Простите...
– Что?!
Я недоуменно посмотрела на него. Паника возвращалась.
– «Простите, Господин». Повтори это.
Вчера мне казалась, что я буду хохотать до упаду над этим пошлым шаблоном. Сейчас же Я сжала губы и упрямо замотала головой.
– Что ж, придется тебя сегодня воспитать как следует. Дима хрипло засмеялся и зашел за мою спину. Руки за спину! Выше!
Я не подчинилась, и тогда он резко вывернул мои руки. Холодная сталь браслетов закрылась с глухим щелчком. Я резко дернулась, не противясь желанию их сорвать, и тут же опешила. От осознания собственного положения я, беспомощная, на коленях. Со скованными за спиной руками, во власти сильного мужчины по коже словно пробежали мелкие разряды незнакомого прежде нереально сильного сексуального возбуждения...
– Дрожишь, - я не видела его глаз, но в голосе ощущалась улыбка. Это правильно. Истинная сущность соврать не даст.
Я что-то прошипела, все еще не веря в природу возбуждения.
– Проще для тебя будет сразу уяснить. Игрушка это вещь. Вещь. У нее нет права говорить без приказа, есть без приказа, смотреть мне в глаза, - вообще ни на что нет права. Право только одно быть послушной. За непослушание плетка.
Или побои. Или изнасилование. Или вынужденная диета. Это как хозяин решит. Так что прекращай рыпаться, куколка!– Ты совсем охренел! Отпусти сейчас же!!!
Меня ужаснули его слова. Мелькнувшее желание начало быстро убывать. Страх возник не из-за угроз сделать больно или изнасиловать, - я не вполне представляла, что такое возможно, - но ледяной цинизм его спокойного голоса вызвал панику, которая сметала все на своем пути и рушила мою последнюю спасательную иллюзию иллюзию безобидной ролевой игры... Но тут же мой характер, забыв про безопасность, показал себя во всей красоте. Я Юлька Беспалова, я ломала и не таких сосунков в своей жизни! И все они ходили у меня по струнке! Все без исключения!!! И этот, мать его так, тоже будет!!! Думает, я забыла его 46 неотвеченных, его избитые «скучаю-целую» и орхидеи ведрами!!!!
– Освободи руки, лузер гребаный, и я тебя убью!
Моя пламенная речь не произвела на него ровно никакого эффекта. Об этом красноречиво свидетельствовало спокойствие его голоса.
– Неправильный ответ. Я думал, ты умнее. Я почувствовала щелчок расстегиваемого ремня. Кровь отхлынула от лица когда я осознала, что это означает. Мне не надо было даже смотреть на него, я чувствовала кожей, как ему понравилась моя реакция. Прижми голову к полу.
Я не соображала, что говорю. Надо было вырваться... надо... но у меня не было сил.
– Нет, только без боли!!! его руки сжали ремень, слегка оттянув его. Я уже теряла контроль над собой. Дима, прошу тебя, прекрати!!! Хватит! Давай обойдемся без этого! Я не выношу сильную боль!
Грань между игрой и реальностью стерлась... Нет. Ее никогда не существовало. Я почувствовала, как слезы медленно побежали по моим щекам.
– Головой в пол, Юля. Я не послушалась. Все еще не осознав реальной угрозы... и в тот же момент его нога прижала мою шею к полу. Я оцепенела от ужаса. Одно только его резкое движение, его усиленный нажим на позвоночник и...
Что-то сломалось глубоко внутри меня с отчетливым щелчком, открывшим всю глубину понимания. Я уже не замечала ничего вокруг от чувства отчаянной, безысходной покорности высшей силе. Все, что было до, утратило свое значение его власть была всегда. При первом знакомстве... при головокружительном романе... при последующих событиях...
Его ремень опустился на мою обнаженную спину. Я завизжала от боли. Но ведь это было не больно! Аспект этих ударов... Он был совсем в ином..Резко дернулась, пытаясь откатиться, но его нога по-прежнему удерживала меня в таком уязвимом положении.
2....3... По-моему, я охрипла от крика. Шок оказался моментальным. Я не помнила, сколько же раз он меня ударил, удары не были сильными, но просто в какой-то момент я перестала замечать что-либо, кроме жара разгоряченной кожи. В горле стоял комок, который мешал связать слова между собой, глаза уже ничего не видели за пеленой непрекращающихся слез, и я даже смутно не осознавала, что его пальцы зачем-то настойчиво сжимают мое плечо, а голос что-то спрашивает с обеспокоенной настойчивостью.