ДА. Книга 3

«На Лену, — подумал Люциан. — Ее зовут Лена».

Там, в Академии его накрыло так, что он просто сразу построил портал сюда. Плевать ему было на допуск к экзаменам, на то, что об этом прогуле опять настучат папочке. Этот допуск ему не сдался. Он с закрытыми глазами после десяти бутылок дорнар-оррхар сделает все то, над чем все остальные будут пыхтеть.

Накрывшая его ярость была такой темной, что впору было задуматься о передающейся загадочными способами магии — той самой, из-за которой у них с Леной произошел разлад. Но было и еще кое-что, помимо этой внутренней тьмы, была какая-то странная, щемящая, выматывающая злость и отчаяние. Невыносимой была сама мысль о том, что она с Альгором. Раньше он тоже думал об этом, но совершенно в другом ключе, по-другому, и злость эта была другой. Сопровождалась желанием отомстить, сделать больно, ударить в ответ. Сейчас ничего этого не было, он вообще не представлял, что делать дальше. Ну или представлял, но смутно. В этом «смутно» как раз родилась идея поговорить с отцом.

Только Ферган мог прекратить это безумие.

Ей нельзя быть рядом с Альгором! В качестве ученицы — да, может быть, но не как… его женщина.

Люциан сжал зубы:

— Она была моей невестой.

— Вот именно. Была, — Ферган хмыкнул. Из камня это прозвучало вполне знакомо, а вот у дракона из носа вырвались струйки дыма. — Была твоей прихотью. Очередной. И сейчас все так же. Как только ты снова ее получишь, Люциан, эта девчонка станет тебе не нужна.

— Это не так! — рыкнул Люциан, но тут же сбавил тон. — Да, я понимаю, о чем ты. Я понимаю, как я себя вел, как все это выглядело… но сейчас все иначе, отец. Я действительно всерьез заинтересован в ней. Я не отказываюсь от семьи, я не отказываюсь от твоих перспектив. Просто эти перспективы я вижу с ней.

— С любовницей Валентайна Альгора.

— Хватит это повторять! — Он сжал кулаки.

— Буду повторять столько, пока до тебя не дойдет! — громыхнул Ферган. — Эта девчонка могла подойти тебе, когда ты не был наследным принцем. Хотя я был уверен в том, что ты наиграешься, и оказался прав. Но наследному принцу никогда не подойдет обычная женщина! Тем более женщина, вступившая в любовную связь с темным. Это не просто скандал, это крушение всех устоев нашего мира.

— Так же, как они сокрушились, когда ты женился на Тэйрен Ниихтарн?! — Люциан усмехнулся.

Глаза отца полыхнули золотым пламенем, от волны силы и ярости дракона заломило виски. Тем не менее, когда отец заговорил, голос его звучал спокойно:

— Да. Именно так. Я прекрасно вижу, к чему все идет, и повторить мою историю я тебе не позволю, Люциан. Не за всех женщин стоит бороться, некоторых лучше сразу вышвырнуть из своей жизни. А лучше — еще задолго до этого обходить стороной.

— Со знанием дела говоришь, — процедил Люциан. Им снова овладела нездоровая злость, справиться с которой было ему не под силу. Особенно сейчас, когда он уже почти представлял Лену своей. Когда он почти пропускал ее пряди сквозь пальцы — в своем сознании, когда срывал стоны с припухших губ. Все это отдать Альгору?! Ну уж нет. Озарение пришло внезапно, накрыло его с головой. — Я не откажусь от Ленор Ларо, отец. Что бы ты мне ни говорил. Но мы можем договориться.

Собиравшийся что-то прорычать Ферган снова выпустил дым из ноздрей. Медленно кивнул.

— Ты запретишь им с Альгором быть вместе, и тогда я женюсь на Женевьев. Ты получишь свой идеальный брак, поддержку ее отца. Ленор будет моей неофициально. Я получу ее на своих условиях.

— У меня к тебе встречное, предложение, Люциан, — тут же отозвался отец. — Ты женишься на Женевьев, а я не трогаю Ленор Ларо. Позволяю ей остаться в Академии, позволяю ей спокойно учиться и жить в Даррании. Не высылаю ее в Мертвые земли, где ей самое место.

В первый момент можно было подумать, что камень сломался. Если бы Люциан не знал, что вывести роаран из строя можно, только раскрошив силой дракона.

— Ты угрожаешь мне ей? — очень тихо спросил он.

— Нет, я ставлю тебя в известность, как своего наследника. Ленор Ларо — ходячая угроза всему, что мы долгие годы взращивали. Мировому порядку. Светлой магии. Нашей жизни и содружеству с людьми. Даже моему сыну. Посмотри, во что ты превратился из-за нее, Люциан. Ты всегда был взбалмошным, но ты никогда не был подлым. Ты никогда не пытался давить, играть и манипулировать другими ради своих интересов. Она как яд, который отравляет все вокруг, и самое место ей — там, где она и находится. Рядом с Альгором. Я не закончил! — Отец перебил его еще до того, как он успел выдохнуть первый звук. — То, что началось с ее появлением в Академии — это цветочки по сравнению с тем, что может быть. И как правитель я буду любыми способами избавляться от угрозы, которая способна изнутри разрушить мою страну, мое общество, моих подданных и моего сына. У тебя есть время до выходных, когда будет объявлена помолвка Сезара и Софии Драконовой. Отец Женевьев не в курсе твоего отказа, поэтому я снова даю тебе еще одну возможность и время подумать.

— Чем ты лучше меня? — усмехнулся Люциан. — Зачитал мне тут мораль о манипуляциях, а сам?

— Я правитель. — Камень даже завибрировал, как и стены — от рычания. — И если ты меня плохо слушал, это твои проблемы. Но в одном ты прав. Мы с тобой действительно очень похожи. Я тоже не хотел никого слушать и слышать. Я тоже не хотел ничего знать, когда появилась Тэйрен. Я сходил по ней с ума, забыв о том, кто я, какой на мне долг, о том, что несмотря на все, она несет в себе угрозу. Страшную угрозу. Я впустил эту угрозу в наш род и до сих пор расплачиваюсь за это. За это заплатили мои родители. Жизнями.

— Что?!

— Об этом не знает никто, — Ферган понизил «голос», хотя они находились под мощнейшим cubrire silencial. — Когда сила Тэйрен вышла из-под контроля, хотя я бы сказал — когда проявилась ее истинная сущность, мне и родителям пришлось объединить силы, чтобы вышвырнуть ее из Даррании. Чтобы справиться с ней. Ты никогда не видел темного наследника в полной мощи боевой силы? Я видел. И эта женщина, которую я называл любимой, эта женщина, которая родила мне сына, убила моих отца и мать. У меня на глазах. Мне не хватило сил ее убить, но, к счастью, хватило отправить ее туда, где ей самое место. В самое сердце Темных земель.

Отец замолчал, но Люциан не представлял, что сказать. Для всех бабушка и дед выбрали существование в драконоформе и ушли на Драконьи острова — туда, где общество состояло только лишь из драконов, совершивших безвозвратный полный оборот. Что ж, в таком случае неудивительно, что отец издал закон, отменяющий возможность полного оборота лишь по решению главы рода и полностью взял этот процесс под свой контроль. Боялся, что рано или поздно эта история вскроется?

Для дракона было закономерно закончить существование в одной форме и уйти в зверя. Сменить не только образ жизни, но и сознание, отпустить часть себя, которая всегда, с рождения, была сильнее. С островов никто не возвращался, и эта территория была нейтральной, она даже Дарранийской не считалась. Все считали, что бывшие тэрн-арх и тэрн-арха ушли на покой.

Но… такое?!

— Ленор не Тэйрен, — произнес он. — Не стоит судить всех по своему неудачному опыту.

— Ошибки на то и даны, сын, чтобы на них учиться. И больше не повторять. — Ферган дернул крыльями, и по залу прокатилась волна жара. — Я не просто так ушел в драконоформу после гибели твоей матери. Я принял этот обет, поскольку ее смерть — тоже моя ответственность. Я считал, что Сезар другой, что он все изменит, но ты сам видишь, к чему это привело. К чему привела моя вера в то, что один темный способен помочь другому темному. К чему привела моя вера в то, что темное может стать светлым. Сезар закончит обучение, женится на Софии Драконовой, и спустя несколько лет у него появится задание на границе с Темными землями. Я уберу их с супругой как можно дальше от Хэвенсграда, как можно дальше ото всех, кому он может навредить. Не думай, что это касается лично тебя или что это мое желание указать тебе, где твое место. Как я уже сказал, это всего лишь забота. Забота о мире, о тех, кто мне доверяет. О тех, кто находится под моей властью и под моей защитой.

— И о своей чешуйчатой заднице, — хмыкнул Люциан.

Прежде чем воздух раскалился добела от отцовской ярости, он поднял руки вверх:

— Я тебя понял. Услышал. Я сообщу о своем решении.

— Надеюсь, что услышал, — сухо отозвался Ферган. — Потому что я не шутил.

— Да, с чувством юмора у тебя всегда были проблемы.

Развернувшись на пятках, Люциан сунул руки в карманы и вышел, оставив правителя Даррании в привычном ему состоянии одиночества и величия.

Чего он ему не сказал, так это того, что есть женщины, за которых стоит бороться. Лена — одна из них, и он будет бороться за нее до последнего. С Альгором. С самой тьмой. Со всем миром. И, если потребуется, даже с отцом.