Далёкие миры 2

***

– борт "Элона"-

– Ну, наконец-то,- негромко и для себя, с облегчением выдохнул Макс. Оба корабля в прыжке с конечной точкой в системе ТХ-22.10-1, не мудрствуя лукаво её выбрали как оптимальную по возможностям, на время, спрятать трофейный десантный транспортник. Облетая ближайшую к её звезде планету, аналог Меркурия, он видел на её поверхности несколько симпатичных ущелий. Как раз таких, куда можно засунуть этот вовремя подвернувшийся корабль. Последние десять часов в системе, когда все словно сидели на иголках, ушли на комплектование его экипажа и подготовку корабля к прыжку. Заправку и прочие предстартовые процедуры. Потом его долгий разгон и, наконец, уход в гипер, и только после этого настала очередь "Элона" покинуть эту систему. Но в конечной точке он будет раньше и почти четверо суток будет ждать тихоходное старое корыто. Разные технологии, скорости и наглядно это продемонстрировано только что: полтора часа разгона против пяти и это не на максимуме тяги. О проведённой операции, по финалу успешной, если не считать четырёх потеряных "Рапторов" и десятка раненых, думать не хотелось. На свежую трезвую голову, скорее всего, завтра, всё посчитают и определят минусы и плюсы, прибыль и потери, а пока, просто отдохнуть от напряжения последних суток.

Глава 5.

– борт "Элона"-

До системы ТХ-22.10-1 "Элону" семь дней в гиперпространстве и это, по меркам нынешних возможностей аналогичных по классу кораблей Содружества, даже беря для сравнения их лучшие образцы, дварфские, или аграфские, для такого большого расстояния очень быстро. Но отдохнуть от проведённой акции, подлечить расшатанные нервы в порядок и подвести нынешние активы отряда к одному знаменателю времени хватало. Двое суток Макс дал экипажу для отдыха в полностью восстановленной зоне отдыха, любителям покупаться в, совсем настоящем, озере, погреться на искусственном солнышке, почему-то фиолетового спектра и полакомиться стряпнёй Миши. Без крепкого алкоголя, но с почти земным шашлыком и привычной закуской. Пару моментов с выяснением отношений что-то не поделивших между собой отдыхающими, мягко успокоили личные охранники Макса, андроиды: Ник и Тим. Назвать по именам их пришлось после изменения внешности Ника, когда андроиды исполнили его, в шутку, высказанное пожелание и теперь перепутать их визуально было довольно трудно. Разве что в темноте, где тёмный, от светлого неотличим. Им он и поручил следить за порядком на этом празднике жизни.

Обид на пресечение драки не последовало и на утро четвёрка нарушителей, все из участников абордажа орбитальной станции, явилась с извинениями за чуть было не случившееся непотребство. С объяснением, что на не совсем трезвую голову вспомнились некоторые моменты штурма. Кто-то не там стоял и не туда стрелял. Обычные мужские разборки после проведённого дела, но Макс видел и это замечали врачи о назревавшем в чисто мужском коллективе психологическом напряжении. Экипажу, уставшему от бесконечной болтанки в космосе, был нужен отдых и не где-то в безжизненных глубинах пространства, а на обитаемой базе, с её барами, местной платной любовью и прочими развлечениями. Чтобы здоровый мужик мог там конкретно заземлиться, бросить якорь, расслабиться на всю катушку и этим сбросить накопившийся негатив. Раньше, во время работы на разведку с этим было проще, частые посещения базы в системе Арда, с её парком развлечений, включая сюда и сексуальные это как-то сглаживали. Вплоть до знаковых событий, после которых оказалось что некуда возвращаться. Женский персонал найти в любой системе легко, в том числе и по этому профилю, но устраивать из кораблей летающие бордели, или семейные общежития не хотелось. Как-то казалось что это не тот путь для стоящих перед ними задач, а вот хотя бы раз в месяц, или в два, побывать в какой-нибудь системе для расслабления, это им подходило.

Пока люди отдыхали, не имеющие таких слабостей искины "Элона" работали, что называется, не смыкая глаз. Нор контролировал поведение корабля в гипере, Линни в составе медицинской группы занималась ранеными, которых было десять человек и одиннадцатый андроид. Самое интересное, что поразило врачей отряда, для восстановления, или ремонта его синтетических внутренностей, имелась специальная медкапсула. Но основная работа выпала Керку и помогающему ему Мерту. Готовили место для установки выдранных из орбитальной станции пяти реакторов. Сложность заключалась в их размерах, не вписывающихся по высоте в их штатное помещение и, чтобы не осложнять себе дальнейшую жизнь кардинальной переделкой всего, для них нашли место в грузовом трюме. Переделки и тут хватало: подводка силовых кабелей, устройство самого помещения временной реакторной, вентиляция и отвода излишек тепла, но при всём этом грела мысль о поднятии энерговооружённости рейдера до пятидесяти процентов от максимальной необходимой. Слабая надежда найти на складах разграбленной ими аграфской базы нужные топливные стержни для родных реакторов древнего корабля не оправдалась. И, вовремя пришедшая мысль, об орбитальной станции, её больших по размерам от применяемых на тяжёлых кораблях, но и более мощных источниках энергии, оправдалась полученным результатом. Пятьдесят процентов от максимума давали "Элону" гарантию длительного применения системы свёртки пространства и, в нужное время, задействование всего наличного вооружения.

Единственное из трофеев, что сейчас находилось на "Элоне", это груз "Дромара", все артефакты хранилища и оба искина базы, командный и военный. Последними занимался Чен, удалял им же запущенный вирус и добирался до их ядра, с целью полного подчинения новым хозяевам. Это было первоочередным заданием, за ним вся информация: связи хозяев, места поставки товаров, да и мало ли что могло храниться в их бездонной памяти. Всё это и, снятая в последний момент, ментограмма с мозга командира базы, того самого аграфа, ещё ждало своего времени. Прежде, надо было разобраться с товаром загруженным ветеранами в, так удачно подвернувшийся им, транспортник и его список сейчас висел на экране перед глазами Макса. И выставлять претензии в его превышении к помолодевшим, но от этого не изменившим своих привычек, старикам, желания не возникало. Наоборот, удачное стечение обстоятельств, в виде наличия строительного комплекса, до захвата корабля уже загруженного в его трюм, было как нельзя кстати. Предстоящее строительство тайной базы всё равно бы заставило искать и приобретать что-то подобное.

Решение о его оставлении на борту принимали Шенк и Фош, поставив в известность Синцова и "Элон" уже позже, как свершившийся факт, но и претензий к ним не предъявишь, всё из согласованного на орбите списка на борту транспортника. После загрузки основного: всех малых кораблей бывших на складе и контейнеров с готовыми к работе звеньями "Идиссов", в ход пошло всё на что падал глаз. Оттого, транспортник был загружен под завязку, во все его помещения, в коридоры жилой зоны, почти до самой рубки, так, что перегонному экипажу, пришлось добираться до неё, протискиваясь между контейнерами. И конечно, при таком раскладе Шенк никому не уступил на нём место пилота, взяв себе сменщиком Сергачёва, двух техников и Соколова на место инженера. На полноценный экипаж людей не хватало, впервые за время пребывания с Содружестве, экипаж растащили по объектам: часть добывает трофеи на корабельных свалках системы ТХ-33,10, часть занята переоборудованием "Элона". Относительно свободно только боевое крыло отряда, уцелевшие абордажники и раненые, надолго выбывшие из строя.

Обсудить итоги рейда, разобрать просчёты и немного похвалить себя, собрались только на третьи сутки и как всегда в каюте командора. Это звание, или должность с появлением киберов "Элона" вошло в обиход повсеместно, даже между акционерами отряда, первым его составом. Сам он относился к этому явлению довольно спокойно, понимая, что отряд растёт и не за горами пополнение, вливание в его состав остатка бывших рабов, команды Шабанова. Главное, что слушают и исполняют приказы, а как называют, как-то по барабану, лишь бы не матом. И сегодня, даже с учётом присутствовавших в каюте искинов и Чена, народу в ней было поменьше, чем обычно, но настроение было благодушное. Способствовало этому довольно удачное завершение плохо спланированной операции по захвату, прокололись с численностью находящегося на базе персонала и слишком доверились вирусной атаке на её искины. Запущенный вирус сработал немного не так и уничтожения искина, по примеру его собрата на "Шёпоте ночи", не произошло. Мыслящее устройство аграфской сборки оказалось крепче и если бы не вовремя вкинутое Ченом дополнение, уже чисто его разработки, с периодично меняющимся кодом, то атака на объекты могла закончиться плачевно.

Идея, по сути, не плохая, при должной доработке сулившая им лишнее преимущество перед противником и этой проблемой Чен будет заниматься, и уже начал с приведения к подчинению трофейных искинов, а заодно и проникновением в тайну их стойкости. Ступив на скользкий путь борьбы против всех, невозможно предугадать, что может пригодиться в трудный момент. Вопрос о сокрытии следов могущих навести на них решили заряды ЭМИ устройств и без массовой зачистки оставшихся в живых защитников базы. Тех, кто мог что-то видеть необычное и, Керк с технической стороны, а Линни со стороны воздействия на мозг попавших под это излучение, гарантировали сохранение тайны. По недолгому раздумью, все врачи поддержали свою кибер коллегу заключением, что выжженная нейросеть должна повредить короткую память её носителя. Хорошо если так и хотелось бы надеяться, что расследование произошедшего, а оно гарантировано будет, в поиске виновников зайдёт в тупик.

Всё это, обговорили обстоятельно, с примерным планом дальнейшей работы. Время течёт в одном направлении и через пять суток они должны выйти в обычное пространство в знакомой системе ТХ-22.10-1. Ненадолго только на время дождаться Шенка и группу трофейщиков, возможно на восстановленном "Хороне", а может и на обещанном Керком корабле из центра одноимённой свалки. Оговоренный срок встречи с ними не больше месяца и, казалось, только недавно виделись, а треть его уже куда-то улетела. Трофеи. Их оказалось неожиданно много и если к артефактам ещё не приступали, так и лежали в контейнерах на лётной палубе "Игла", то список находящихся на транспортнике изучили вдоль и поперёк. Примеряя каждый к своему подразделению и одну странность в них первым заметил Фош. -Обратите внимание, ни на одном изделии нет заводского идентификатора,- после этих слов какое-то время в помещении стояла тишина. Каждое изделие, будь то штурмовик, или мелочь вроде кинетического оружия, при погрузке считывалось определителем, стандартная процедура в Содружестве и об этом обычно не говорили. Считали и всё. Заводской идентификатор быть обязан, это закон, и его не сотрёшь, не переваришь панель, как в угнанной машине, эти метки должны быть всюду, на каждом важном узле. И поневоле напрашивался вывод, что всё находящееся на складе базы таким выпущено производителем, а по отношению к военной технике которую они грабанули, по специальному заказу. Только для кого и чего? -Ерунда всё это,- нарушил молчание Чен: - Вооружают кого-то втихаря, а для чего, какая нам разница. Искать всё равно будут.

Ищут с почти первого дня нахождения в Содружестве очень влиятельные силы и к постоянному чувству опасности команда уже привыкла. Теперь бы тайную базу построить где-то в районе фронтира, ориентировочно, поближе к системе Хикски, где у них планируется основная и можно начинать нормально жить. Добывать кредиты различными способами, хотелось бы не криминальными и сколачивать мощную корабельную группу. Пусть не из линкоров, но, для прорыва в червоточину через пиратский заслон, тяжёлые крейсера в ней должны быть. Была ещё одна мысль, что этот кулак может пригодиться им не только для прорыва, что приступить к активным действиям придётся значительно раньше. Только не хотелось заранее, до предварительных расчётов, пугать этой мыслью экипаж и оставив у себя Синцова, Зорга и Чена, а со стороны искинов "Элона", Нора, остальных отпустил отдыхать.

Сразу же, как только дверь каюты выпустила последнего, поставил перед оставшимися уже несколько дней мучивший его вопрос: -Смотрите сюда! В воздухе, на привычном месте демонстрации изображений, повисла картина из ментограммы ящера. Та, что ему показывали искины, с расположением их материнских систем и стрелами экспансии в две стороны. -Что это?- подал голос обычно молчавший Паол и Макс, ожидавший этого вопроса, охотно пояснил: - Это ментограмма из памяти нашего ящера,- пятнышко лазерного луча скользнуло по объёмной картине звёздных систем и, обрисовав небольшое размытое пятно, он продолжил: -Где-то в этом районе Солнечная система, - и скользнув до окончания стрелы сказал главное: -А сюда дошли ящеры.