Далёкие миры

То же самое можно было сказать о присутствующих, тех кто действительно видел это впервые.

Смотрели все, Сергачёв, с двумя своими, свободными от вахты, не совсем пронимающе из-за недоученных баз, ветераны, внимательно, не пропуская мелочей, ещё и успевая общаться нейросетями.

Совсем неожиданно, первый вопрос задал Трейм:

— Кто стрелял и что это за корабли?

Ткнув лазерной указкой в застывшее изображение Макс пояснил:

— Перед вами попытка захвата Имперского курьера, а стреляли мы, развалив надвое главного загонщика. Вот этот крейсер.

Пятнышко лазерного луча упёрлось в яркое, даже в изображении, пятно взрыва и держалось на нём до следующего вопроса, на этот раз Шенка:

— Что это за крейсер? Чей?

Наступал интересный момент, реакция ещё непосвящённых в тайну присутствующих и Макс попросил Чена зафиксировать её. С целью посмотреть на досуге, кто как воспринял.

— Крейсер двенадцатого поколения постройки дварфов «Неркус», собственность клана «Коготь Стронга», разведка империи Агр. Имя лорда Ли, Шохриэля вам ничего не говорит?

Последние слова Макса прозвучали в полной тишине, нарушаемой, разве что, немного посвистывающей вентиляцией.

После минуты тишины, переварив услышанное, Шенк поинтересовался:

— Потому и работа на разведку, в надежде на защиту?

— Не совсем, — ответил Макс:

— Совершенно случайно, обследуя крейсер в поисках трофеев, в одном из сохранившихся помещений обнаружили избитых Форни с капитаном. Это предложение полковника, поработать на них, за защиту конечно. И чтобы не возвращаться к этой теме, аграфская техника вызвавшая столько вопросов, это те трофеи, проданные нами флоту.

— Так значит вас ищут? — негромко, скорее для себя, протянул Шенк, через секунду вернувшись к теме:

— А патент «Вольного охотника» каким образом тут? как-то не вяжется у меня эта последовательность.

Народ, осознавший уже давно висящую над отрядом угрозу и не от кого-то, а от клана «Коготь Стронга», постепенно оживился, попросив ещё раз прокрутить ролик с уничтожением «Неркуса», и как Макс понял, уже из профессионального любопытства. Хотели понять последовательность действий обоих противников.

Но на вопрос о патенте отвечать было надо и для этого пришлось применить вчерашний экспромт Чена, проявить его присутствующим.

— Прошу любить и жаловать, мой помощник Чен, — проговорил он, перекрывая поднявшийся шум.

Появление незнакомца, в пустом до этого кресле, стоящем справа от Макса, вызвало переполох у присутствующих. Вплоть до хватания за оружие у абордажников и слова Макса о помощнике постепенно успокоили, до момента, когда Чен поднялся и, резко прижав кулак правой руки к сердцу, представился:

— Вирт-лейтенант восьмого имперского флота, подразделение Ка. Готов ответить на вопросы.

Уже успокоившийся Шенк, приглядываясь к незнакомой для него форме, пробурчал:

— У нас нет восьмого флота, только думают создавать.

На что получив неожиданный ответ:

— Флота империи Джоре.

Вполне ожидаемо вызвавший тишину в каюте, стоящую до вопроса от, быстрее пришедшего в себя, Фоша:

— Искин?

И получив утвердительный кивок Чена, механик удовлетворительно хмыкнул, возможно, своим мыслям.

Пояснения Чена о их общем понимании ситуации, в которой пресловутый патент не более чем высококласная наживка, выданная исключительно для выполнения этого рейда. Раскрыв для этого штабные планы по готовящемуся превентивному удару в системе Уллис, с лордом Корди куратором, прибывшим конкретно с этой целью.

Вопреки ожиданиям Макса о недоверии, или неприятии искина, слушали его внимательно и как было заметно находясь в конференц диалоге между собой. Относилось это к ветеранам и от их имени последовал вопрос Шенка:

— Ваша специализация во флоте?

Услышав от Чена о диверсионном направлении, старый пилот на пару минут замолк, обдумывая мысль, выразившуюся в его последнем вопросе:

— Аграфскую технику продали, не рассчитывая на наше возвращение?

Вопрос ожидаемый и ответ Чена был жесток простотой изложения проблемы:

— Как сказать, уверен, что этот рейд мы завершим безо всяких сюрпризов со стороны имперских спецслужб, не зря же нас усилили аграфской техникой, надо думать, только с целью получения результата.

Но надо иметь в виду, что мы списаны со счетов и главная причина этого — наши последние трофеи. Мы сами отдали в их руки информацию о появлении третьей силы и с того момента стали опасными для империи, как ненадёжное звено, наёмники находящиеся в розыске у разведки империи Агр. Обижаться на это не надо, такова специфика этой работы и любая спецслужба поступит также.

После этих слов в помещении какое-то время стояла тишина, нарушенная Мольтке, которого интересовало задание по поимке живого аргумента, последнего доказательства.

— Нет, ловить никого не будем, — ответил Макс и коротко распорядился:

— Чен покажи.

И когда в воздухе повисла малосимпатичная морда Грорха с комментарием Чена о трудности, точнее невозможности этого без специального оснащения, народ какое-то время рассматривал её, изредка задавая уточняющие вопросы.

Наконец тема исчерпала себя и только Шенк, кивая на Грорха, спросил в завершение:

— Со службой делиться не будешь?

И увидев гримасу отрицания на лице Макса, удовлетворился этим.

Тем самым несказанно удивив Макса, ожидавшего, именно от него, требования немедленно отправить в империю эти материалы. Молчали и остальные ветераны, успевшие пообщаться нейросетями, и это было хорошим знаком.

Выводить в свет Чена и обнародовать часть его знания, до сих пор не решался только по причине боязни раскола в команде, если конкретно, то потерять ветеранов.

Тема патента и коварства спецслужб себя исчерпала, плавно перейдя к плану перебазировки на Фронтир, для начала в систему Хикски. Находящуюся на территории так называемых Вольных баронств, систем удалённых от центра и империи Аратан, и в силу удачного расположения имеющую множество возможностей добывания кредитов. Легальных и не очень, мотивированных главной целью: подготовку к рейду домой.