Дама его сердца
Шрифт:
А Брэмур так улыбался мальчику! И Джэнет вдруг увидела в маркизе того юношу, которого когда-то любила. Все-таки она до сих пор не понимала, как же он мог оставить ее, прислав ту ужасную, жестокую записку. И странно, что он так и не женился. Большинство мужчин его положения женятся — если не по любви, то чтобы иметь наследника. Нет, все это очень странно! Брэмур — непонятный человек, и Джэнет решила, что, наверное, никогда не поймет его.
А еще больше она удивлялась себе — своим ощущениям, которые возникали, когда она касалась его или он смотрел на нее. Может быть, она все еще его любит? И никогда не переставала любить? Только этого не хватало! Ведь Брэмур
И не надо огорчаться! Ведь она уже достаточно обманулась в своей жизни. Сначала — полюбив Нила Форбса. Потом — выйдя замуж за Аласдэра. Но тогда, стоя в дверях и глядя на Нила и Колина, Джэнет вдруг подумала, а что, если бы она вышла замуж за Нила…
Да ничего бы не изменилось! Ей нужна только она сама. И, твердя это про себя как заклинание, Джэнет погасила масляную лампу и забралась под одеяло.
13
Нил шагал по комнате и вспоминал разговор с Джэнет. Лихорадка улеглась, но он был еще слаб и сейчас старался хоть немного восстановить форму. Ясно одно: он не может больше бездельничать, не может здесь оставаться дольше. Джэнет тоже не должна оставаться. Но он еще не сказал ей об этом, и вряд ли ее обрадует его решение.
Когда она зашла к нему утром и увидела, что он сидит на постели, ее глаза заблестели.
— Мы с вами очень разочаруем врача. Он, наверное, считает вас уже мертвецом.
— Хороший повод, чтобы жить дальше, — сухо ответил Нил. — Мне надо отправить несколько писем в Брэмур. Дайте мне бумагу, перо и чернила!
— Это просьба или приказание?
Нил понял, что слова его прозвучали слишком резко и повелительно. Неужели он привык говорить таким тоном в Брэмуре? Может быть, поэтому люди в его владениях так настороженно держались с ним? Он всегда ясно видел цель и раздражался, когда не сразу ее достигал.
— Это просьба, — ответил он, — и прошу вас отправить мои письма с Тимом.
— Ну раз это просьба… — Джэнет едва заметно улыбнулась.
— Да, я не очень-то вежливый гость, — сознался Нил. Джэнет некоторое время серьезно смотрела на Брэмура.
— Вы ведете себя лучше, — изрекла она наконец.
— В каком смысле?
— Я имею в виду вашу рану.
— Но не как ваш гость?
— Ну вы не совсем гость.
— Да, я свалился вам как снег на голову.
— Скорее, вас свалили, — поправила его Джэнет. — Кстати, я так и не поняла, почему вас именно сюда привезли?
— Они знали, что я ехал из Лохэна.
— Да, но как они это узнали?
Вот это вопрос вопросов. Может быть, рассказать ей о женщине, которая направила разбойников по его следу, когда он выехал из Лохэна? Между прочим, не исключено, что он об этом ей уже проговорился в бреду. И надо ли ему в подробностях рассказать ей о своих планах? Насколько он может ей доверять? Она, конечно, воспримет его предложение не как просьбу, а как приказ. И, разумеется, воспротивится насильственному переселению из Лохэна, к тому же — с четырьмя детьми. Но здесь ей оставаться опасно. Конечно, он может сейчас сообщить ей о подозрении кузнеца, но он обещал Люси не выдавать ее. Сначала надо поговорить с Кевином и Тимом. А прежде всего — необходимо найти человека, на которого можно положиться, и сделать его своим распорядителем в Лохэне. Пожалуй, Джок подходит больше всех, и придется просить его бросить и свою землю, и родных. Конечно, ненадолго — пока Нил не найдет управляющего, — но Джок все равно не обрадуется. И Джэнет тоже.
— Милорд!
Голос
Джэнет прервал его размышления, и Нил вздрогнул.— Да?
— Так как все-таки разбойники узнали, что вас нужно доставить в Лохэн?
— Их главарь, который назвал себя Уиллом, говорил, что им сообщили из Лохэна о богатом путешественнике, едущем по горной дороге.
— А кто именно сообщил? — нахмурилась Джэнет.
— Не знаю.
— А как он выглядит, этот Уилл?
— Высокий, волосы русые с рыжиной. И шрам через всю щеку.
— Очень странно, что он вам спас жизнь.
— Он не думал, что я выживу.
— И все же…
— По-моему, у него есть какое-то своеобразное чувство юмора. Так или иначе, он забрал мою лошадь и всю мелочь, что была при мне, и я собираюсь затребовать их обратно.
Джэнет широко раскрыла глаза, и Нил нахмурился… Не надо, чтобы она за него опасалась. Ему это не нужно. Ему нужно только одно: чтобы она была в безопасности. Она, ее крошка сын с его ясной младенческой улыбкой и девочки, которые принесли ему цветы.
— Нельзя ли позвать Тима? Я бы хотел послать с ним сообщение в Брэмур… Он знает дорогу.
— Проезжую, надеюсь?
— Да, никаких больше горных тропинок, — подтвердил Нил. — И мне хотелось бы отправить его сегодня после обеда.
— Да, милорд, — ответила Джэнет, повернулась на каблуках и ушла…
Тим мял шапку в руках.
— Милорд, вы за мной посылали?
— Я узнал, что графиня упала с лошади во время верховой прогулки.
— Ага.
— Ты видел подпругу? С ней было что-то не так? Тим отвел глаза в сторону. Нил его очень хорошо понимал: грум не смеет обвинять дворянина.
— Тим?
— Я дорожу своей работой, милорд.
— Работа останется за тобой, Тим, но я должен знать, если графине угрожает опасность.
— Подпругу сразу отнесли кузнецу, и он сказал, что она, скорее всего, была подрезана.
— Ты доложил об этом графине?
— Она ж не спрашивала…
— Тогда я ей об этом скажу.
— А если она меня заругает, что я смолчал?
— Тогда сам ей скажи. Незачем ей лгать. И вот еще что. Я хочу послать тебя в Брэмур. С письмом.
— Милорд?
— Нужно выехать сегодня же. Можешь взять любую лошадь. Найдешь моего управляющего, его зовут Джок. И вместе с ним вернешься в Лохэн.
Тим нахмурился. Что, если это еще один работник на его место?
— Я хочу тебя здесь оставить, — поспешно сказал маркиз, словно прочитав его мысли. — Ты один из немногих, на кого я могу положиться.
— Взаправду, милорд?
— Взаправду. — Нил снял с пальца кольцо с печаткой — гербом Брэмуров. — У меня сейчас нет при себе денег, но это кольцо обеспечит тебе кредит.
Тим почтительно взял кольцо:
— Вы мне это доверяете?
— Разумеется.
Тим улыбнулся какой-то кривоватой улыбкой, а Нил подумал, что, пожалуй, уже начал понимать, как обращаться с людьми.
— Я вас не подведу, милорд!
— Приходи через час за письмом.
— Ага. Пойду седлать лошадь.
Нил рухнул в кресло. Черт побери, даже такой недолгий разговор ему не по силам. Его уже не лихорадило, но рана болела. Надо немедленно отправляться в Брэмур, но Джэнет никуда не поедет, пока здесь не будет надежного человека, который сможет постоять за Энгуса и других арендаторов. Она вообще может не поехать — если не поймет, что опасность угрожает не только ей самой, но и детям, и прежде всего ее сыну. Ведь в случае его смерти титул перейдет к Реджинальду. А кое-кто здесь явно способен пойти на убийство.