Дар Менестреля
Шрифт:
— Что еще ты знаешь?
— Я много чего знаю, но скажу ли я? Все равно ты меня изгонишь отсюда, так какой мне резон? Впрочем скажу, скажу. Он, — старик кивнул на Дастина, — еще не знает, что трое больше, чем один, но иногда трое и есть один. И не скоро узнает, — счастливо улыбнулся он, проделывая какие-то манипуляции под полой одежды — Конечно, тогда нам будет несладко, но это еще так нескоро… Hо и тогда еще ему придется учиться арифметике. Скажем, как к трем прибавить один, — старик опять ухмыльнулся, и добавил, — и еще один, и где взять для этого знак сложения, — последовала небольшая пауза, — или хотя бы вычитания! — и комната наполнилась громким бульканьем, заменявшим здесь смех, — Да уж, кого-то ему придется прибавить,
— Принцесса? — воскликнул Ильмер.
— Та самая, та самая, дружок. Ох, еще будет вам всем от нее неприятностей… Да и тебе тоже, — старик кивнул в сторону Ильмера, — Ты-то думал она померла, хи-хи, а она и не думала. Чего только не сделаешь, чтоб замуж не идти… Чего же ты время терял, а? — продолжал он, смотря на Ильмера, и непереставая рыться в складках одежды — Хотелось ее? Так попросил бы, она бы не отказала… А ты… в церковь ее хотел тащить… Нехорошо… Так что теперь уж в Ирнаре ее ищи, вот он — старик кивнул головой на Онтеро, — он знает. Они с Вейергом старые друзья. Переддин вообще много кого знает, только прикидывается. Правда, Переддин?
Онтеро поморщился и резко спросил:
— Прекрати болтать, а не то сам знаешь, что я могу с тобой сделать. Быстро говори, чего же ему не хватает?
— Чего ему не хватает? — вновь забулькал старик, — Ему много чего не хватает… Например, одной вещи, Переддин, она чем-то похожа вот на… да где же она… — И старик с серъезным и совершенно смирным видом вытащил из складок одежды кинжал и вдруг быстро прицелился, чтобы метнуть его в менестреля.
— Дарм эоло прану, Крупцифаг! — вскрикнул Онтеро, старик издал истошный вопль и упал без сознания.
— Что случилось? — спросил Дастин.
— Демон вселился в Бальнеро, он управлял им и пытался до нас добраться. Я его изгнал. Все-таки, хитрый поганец! Знал ведь, что я рисковать не могу. Вот и пригрозил кинжалом. Вряд ли он тебя убил бы, ты им, похоже, живым нужен, а все-таки…
— А что значат его слова? — спросил тут же высунувшийся Тич.
— Hе знаю… Эх, был бы здесь Аргвинар с Эст-Арви… — рассеянно добавил Онтеро, — Ладно, может еще придется до него добраться, ох, нелегкая дорога нам предстоит. Давай, помоги мне привести старика в чувство, он теперь вряд ли что помнит, зато это снова старый добрый Бальнеро…
И правду, черты лица его изгладились, спина и шея выпрямились, и он уже даже в бессознательном состоянии не походил на того уродливого тролля, который встретил их недавно на пороге этой хижины.
Глава 7
В сердце Белых гор к серой скале, скрывающей монастырь илинитов, приближался израненый рослый путник в старом заляпанном плаще, из-под которого торчали не менее грязные и потертые сапоги… Солнце клонилось к закату и человек кутался в плащ и как мог торопливо шагал по горной тропе, приближаясь отвесной скале, с которой свисали веревочные лестницы. Стоявший возле одной из них монах в черном плаще с капюшоном пошел навстречу путнику и встретив его на тропе сказал:
— Здесь ждут Вас. Меня послали проводником.
Путник странно взглянул изподлобья и спросил:
— Как меня могут здесь ждать, когда не знают, кто я?
— Мы знаем, кто Вы, Корджерсин-из-Меретарка.
— Вот как… И куда же меня приглашают?
— Сначала мы поможем Вам залечить раны и снять последствия неосторожных заклятий, которые видны вокруг Вас. А затем с Вами хотел бы поговорить Его Святейшество.
— Что ж, идем. В конце концов я и шел сюда подлечиться, и может быть…
Оба подошли к веревочной лестнице, по которой Корджер с помощью монаха поднялся на уступ, за которым открывался проход внутрь.
Пестрый отряд из Дастина, Онтеро, Ильмера и Тича потихоньку добрался до пристаней
на южной оконечности города. Там они воспользовались советом старого Бальнеро, который хотя и освободился от злобного духа, захватившего его в плен, отнюдь не забыл, где можно достать лодку, чтобы тайно переправиться на другой берег. Добравшись до кривоватого мостика, под которым был спрятан плот, друзья слезли с повозки и огляделись. Вокруг не было ничего подозрительного, обычный гам пристаней торгового города, имевшего удачу оказаться возле реки, по которой ежедневно сплавлялось множество товаров.Дастин с Ильмером осторожно полезли под мост, где была спрятана лодка, на которой они собирались переправиться через реку, а Онтеро и Тич остались караулить сверху. В темноте под мостом мало что можно было разглядеть, но Дастин каким-то шестым чувством заметил блестящий клинок и отпрыгнул за минуту до того, как холодная сталь взвилась и ударила в то место, где он должен был только что оказаться. Герцог среагировал мгновенно и нападавший тут же свалился в реку, но навстречу выскочило еще двое. Первый набросился на Ильмера, но нагнулся и швырнул его на землю. Дастину досталось хуже, его противник оказался ловчее, а может сказалось отсутствие боевой выучки, но кинжал чуть задел левое плечо, и если бы не подоспевший герцог, мог бы попасть и пониже… Получив передышку оба бросились наверх, вскочили в повозку, а Онтеро, уже понявший, что внизу творится что-то не то, тут же хлестнул коня, и пыль взметнулась за друзьями, отправившимися по северо-западной дороге. Через минуту на дорогу выскочили несколько человек в мокрых серых плащах с капюшонами, но все что они могли сделать — это в бессильной ярости проводить глазами клубы пыли, оседающие за ближайшим поворотом. Один из них вскочил на привязанную невдалеке лошадь и ускакал в противоположном направлении, а остальные закутались в свои плащи и быстрым шагом отправлись по следам телеги.
Уже выехав из города Дастин спросил:
— Так что делать-то теперь будем?
— Что, что! — Проворчал недовольный Онтеро, — В Ирнар, а оттуда на Эст-Арви, к Аргвинару…
— Ты ж хотел в Теренсию? — Встрял Тич.
— Мало ли что хотел, сами что ль не видите — не пустят нас туда. За нами погоня, пока мы найдем место для переправы, нас догонят. Так что все, что нам остается — это как можно быстрее двигаться в Ирнар.
Ильмер задумчиво покачал головой. Казалось, герцог Хоркнарский, несмотря на свое происхождение, принял это негласное руководство старого волшебника. Но временами он, как и все остальные, затруднялся даже себе объснить, что же им руководило и почему он согласился с авторитетом этого лысоватого старого толстяка.
В большой комнате в глубоком подземелье заброшенной башни, возвышавшейся почти на самом берегу Иглинга невдалеке от причалов Ирнара, сидело двое далеко немолодых людей в плащах с капюшонами. Рослого и лысого неопытный наблюдатель мог бы принять за монаха илинита, по его черному плащу и аскетическому лицу в окружении благородной седины на висках. Второй не походил на монахов ни бордовым цветом своего плаща, ни жестоким, злобным лицом, ни таким же голосом:
— Говорю же тебе, они если не здесь, то скоро здесь будут. Мы их спугнули в Кельде от южного направления, и они пустились вниз по реке.
— Как ты был, Егард, бестолочью еще в Гланте, так и остался. Ничего тебе поручить нельзя! Столько попыток и никакого результата… — голос лысого также не отличался добротой, и если бы не сквозящее в каждом слове раздражение, был бы жестким и холодным.
— Не я один, между прочим, — огрызнулся Егард, — С Кельда твой любимчик их тоже догнал. И тоже без толку. Только с бабами и умеет обращаться.
— Зато он с монахом справился. А насчет баб… Чего?
— Да он с собой ту шлюху из Джемпира потащил, которая у нас в связных со Жрицей была.