Dark Angel

– Не бойся, я не стану убивать тебя. Лишь потому, что поклялся самому себе, что не сделаю это.

Древний наклонился ближе к Айдану и схватил его лицо руками. Валериан заглянул в глаза вампира и втянул его запах.

"Что за...? Он решил облапать меня?" - возмутился про себя Айдан.

Вампир поморщился, но древний применил всю свою силу, чтобы удержать его и не дать сдвинуться с места. Айдан почувствовал себя странно, как будто кто-то пытается залесть в потайные ящики его головного мозга и хочет покапаться в них. Он не мог даже отвести глаз, от проникающего под кожу, взгляда Валериана. Через минуту древний отпустил его и выдохнул:

– Я так и знал!

Айдан несколько раз поморгал и нахмурился:

– Может объяснишь, что за фокусы ты здесь устроил? Решил покапаться в моей голове?

– Хотел посмотреть, истинную причину такого стремления помочь людям

– И что? Увидел? Ублюдок, я не разрешал копаться в моей голове, как в корзине с грязным бельем, - зарычал на него Айдан.

– Ты не оставил мне выбора, Айдан, - спокойно ответил Валериан.
– Мне нужна была причина и теперь я вижу - ты даже понятие не имеешь что происходит с тобой, - древний сделал серьезное лицо.
– Покажи мне ее

Брови Айдана взлетели вверх:

– Что? Кого ее?

– Твою избранную!

От слов Валериана мир стал уходить из под ног, в глазах все помутнело. Айдан пошатнувшись, облакотился об дерево и мрачно засмеялся:

– Валериан, ты древнее этого долбанного леса и не знаешь, что вампиры не выбирают человеческих женщин!

– А твоя голова тверда, как эти деревья, что тебе трудно поверить в это!
– раздраженно ответил он.

Айдан кинул в него расстерянный взгляд:

– Ты прав, эта хрень никогда не волновала меня, но даже самый молодой вампир знает это. Или есть то, что вы скрываете от нас?

– Мы не скрываем, просто не видим смысла говорить об этом, - убрав руки за спину, Валериан стал расхаживаться вокруг Айдана.
– Связь между человеческой и вампирской природой довольно редкая вещь. За мою вампирскую жизнь это случалось трижды. Поэтому, мы посчитали эти знания не нужными для вампира и впервую очередь опасными

– Опасными? Вы испугались, что все побегут искать свою вторую половину среди человеческих женщин?
– усмехнулся Айдан.

– Не вижу ничего смешного, - сверкнул своим грозным взглядом древний.
– Это привело бы к хаосу среди вампиров и появился бы большой риск разоблачения

– Допустим, меня не волнуют остальные. Скажи, что делать мне, раз выходит я оказался бракованным вампиром

– Ничего, - отрезал древний и остановился напротив него.
– Твоя природа выбрала избранную и как подобает вампиру, нужно сделать ее своей!

– А если я не хочу? Не хочу идти на поводу у этих инстинктов? Будь они прокляты!
– разозлился Айдан.
– Мы выбираем пару лишь потому, что эта штука в штанах -о-аллелуя- зашевелилась и мы можем почувствовать себя нормальными мужиками!

– С людьми все по другому, - пронзительно посмотрел на него древний.

– В смысле по другому?

– Я считал что те, кто выбирают человеческих женщин имеют особый дар, - пожал плечами Валериан.
– Я ошибся. Это проклятие. Среди вампирских пар редко встретишь по настоящему влюбленных, те которыми двигают не только инстинкты, но и чувства. С людьми все иначе, инстикты отходят на второй план, здесь выбирает сердце

– Чушь! Ты несешь охинею!
– взорвался Айдан.
– Вампиры не умеют любить, у нас даже сердце ни хрена не стучит!

– А ты послушай, когда находишься рядом с ней!

– Ты сильно ударился головой, Валериан! Я не верю тебе!

– Нет, Айдан! Ты просто не знаешь, что такое любовь и эти ощущения чужды тебе. Ты можешь смотреть на нее часами, она как яркое солнце освещает твой темный и холодный мир, согревая и вдыхая в тебя жизнь. Стук ее сердца самая прекрасная мелодия для тебя, а ее голос ты готов слушать вечно. Ее запах самый восхитительный на свете. Ты захочешь чувствовать, как она дрожит в твоих руках, прижаться к ней всем телом, слиться с ней в одно целое. Ты не в силах устоять перед ней, отказать в чем-то или причинить ей боль, потому что теперь весь мир крутиться вокруг нее. Ты будешь гореть от желания сделать ее своей и убьешь любого, кто притронится к ней. Только единственный, главный и опасный враг, с которым ты будешь бороться каждый день - это твой зверь. Если ты любишь в ней все: ее глаза, ее улыбку, каждое слово, каждое движение, любишь даже воздух, который она вдыхает. То зверь любит в ней лишь одно - ее кровь. Эта битва будет намного страшнее любой другой, потому что если ты хоть один раз проиграешь, ты потеряешь ее навсегда! Ты становишься ее тенью, в то время как она становится твоим солнцем!

– Остановись!
– крикнул Айдан, не в силах больше слушать Валериана.
– Кончай нести эту чушь о клыкастом принце на белом коне! Я сыт этим по горло, Валериан! Просто скажи как мне избавиться от этого наваждения

– Я сказал никак или просто жди когда придет ее смерть, но предупреждаю, она будет умирать в агонии!

– Что?
– с ужасом произнес Айдан.

– Избранные человеческие женщины уже с рождения предначертаны быть супругой только вампира. Эта женщина только твоя и несмотря на то, что может иметь толпы мужчин, любить она будет только тебя, а ты ее.

– А если я сдохну?
– спросил Айдан.

– Она будет продолжать жить до тех пор, пока не придет ее время. Говорю сразу, от нее будет сложно отказаться, если вампир любит - это навечно!

– Я не люблю ее!
– выкрикнул Айдан.

– Ты думаешь, что не любишь, твой мозг кричит тебе об этом, но сердце, которое оживет рядом с ней, будет кричать совсем о другом, - мрачно покачал головой Валериан.
– Выбор за тобой, Айдан. Ты выбираешь ее и признаешь, что любишь или оставляешь умирать в мучениях на смертном одре, когда придет ее час.

– О каком выборе ты говоришь? Она смерта, я бессмертен!

– Ты вправе обратить ее, - пожал плечами Валериан.

– У меня нет выбора. У нее есть мужчина и я ее возлюбленным становиться не собираюсь! Мне легче научиться танцевать в балете, чем полюбить кого-то.

– Твое право, Айдан! Узнав правду, я не осуждаю тебя, ты борешься за спасение жизни своей любимой и ее ребенка. Это благородно для вампира. Но остановить Флавиуса мне не под силам. Скоро он выступит и будет здесь. Ты можешь забрать женщину и ребенка и спрятаться вместе с ними. Оставь Флавиусу Арионцев, а сам спасайся, иначе будет битва, в которой я не буду на твоей стороне!

– Я не могу, Валериан!
– устало потер глаза Айдан.
– Не могу оставить их, мне сложно объяснить почему. Я просто должен и все.

– Айдан, ты обрекаешь себя на верную смерть!

– Лучше умереть в битве, чем с позором сгореть на солнце!

Валериан печально смотрел на него и положил руку на его плечо:

– Каждый из нас сам выбирает путь, как ему умереть.

– Ты однажды его выбрал, - заглянул в глаза древнего Айдан.

– Да, но ты не дал мне сделать этого, - усмехнулся Валериан.