Dark Angel

Рамольд всегда был уравновешенным вампиром и Велимир часто завидовал его спокойствию и самоконтролю. Велимир даже представить не мог, что эта ситуация выведет его из себя, до такой степени, что он в буквальном смысле оторвет голову кому-то из своей расы. Рамольда словно подменили, его спор с Дмитрием подлил масла в огонь. Зак встал на защиту друга и тем самым лишился собственной головы. Велимир должен был сразу схватить Рамольда и отослать его к Древним, но он не сделал этого. Он позволил Дмитрию отомстить за друга, позволил совершить самосуд. Рамольд был расстерян и потрясен. Он понял, что совершил, но было уже поздно. В этот момент Дмитрий в дикой ярости набросился на него.

Велимир навсегда запомнит, как Дмитрий напрыгнув на Рамольда, с силой оторвал голову семисотлетнему вампиру. Все прекрасно понимали, что ожидало Рамольда по возвращению в замок. Он мог предотвратить смерти Зака и Рамольда, но ярость затмила его разум. Он сам был готов убить Волкодава, который руководил группой до его прихода. Чувство вины поселилось в груди Велимира. Впервые ситуация выходила из под его контроля и он расстерявшись, не знал как поступить. Он был трусом, самым обыкновенным трусом.

– Велимир, это не ваша вина, не карайте себя!
– Ливия дотронулась до его руки, вырывая из воспоминаний.

Велимир медленно потянулся к волосам Ливии и нежно заправив локон за ухо:

– Я думал о вас, все время. Думаю всегда, с тех пор как..., - но Ливия остановила Велимира легким прикосновением пальцев к его красивым губам:

– Не надо, прошу вас!

– Вы редко улыбаетесь. Ваши страдания и терзания мучают меня. Соединитесь со мной, позвольте забрать вашу боль, - Велимир скользил пальцами по щеке, медленно спускаясь к губам Ливии.

– Велимир, - отвернула лицо Ливия.

С силой сжимая подол своего роскошного платья, женщина опустила глаза. Приятная дрожь прокатилась по ее телу от прикосновений Велимира, но они не были такими восхитительными, когда к ней прикасался Айдан.

Айдан - ее мужчина, ее вампир, ее суженый. Рядом с ним весь мир переставал существовать. Был лишь он и так будет всегда. Пусть ее выберут десять вампиров, она никогда не сможет ощутить то, что чувствовала рядом с Айданом.

Звук, доносившийся из другой части замка, заставил замереть обоих.

Ливия вскочив на ноги, взволнованным тоном произнесла:

– Саманта, позови сюда прислужников и Ричарда! Немедленно!

Паладин тут же скрылась за дверью.

– Я должен проверить, что там происходит, - поклонился Велимир и направился вслед за Самантой.

– Мы проверим вместе, Велимир, - остановила его Ливия.

– Вам лучше остаться здесь. Судя по звукам это может быть опасно, - обеспокоенно ответил он.

– Вы забыли кто я, Велимир?
– подняв бровь от удивления, спросила Ливия.

– Никак нет, моя госпожа. Просто...

– Ваша обеспокоенность мне понятна, но вы пока не в лучшей форме, чтобы строить из себя героя и защитника!
– оборвала его Ливия.

Буквально через минуту появился Ричард в сопровождении двоих прислужников.

– Госпожа!
– произнесли все в один голос и поклонились.

– Ричард, оставайся здесь. Никого не впускать и не выпускать. Если с девушки упадет хоть один волос, ты лишишься головы, - грозно проговорила Ливия.

– Да, госпожа!
– снова поклонился Ричард.

– Вы останетесь за дверью и будете охранять снаружи, - обратилась Ливия к прислужникам.

Те поклонились и скрылись за дверью.

Оставив Ричарда в своей спальне, Ливия, Саманта и Велимир отправились в другое крыло замка. Голоса и душераздерающие крики, были близко и заставляли даже вампиров дрожать от страха.

– Я убью каждого Арионца и вырежу всю их армию! Разорву их на куски голыми руками!
– орал Флавиус, вихрем кружа по залу.

В большом зале, где часто тренировались Флавиус и Рамезес, творился настоящий хаос. Мебель перевернута и разбросана по всему залу. Оружие, с которым оба вампира любили посоревноваться друг с другом, воткнуты в стены. Некоторые мечи были вбиты огромной силой в пол по самую рукоядку.

Паладин Флавиуса, забился в самом углу зала. Выглядели оба вампира, как будто пережили атомную войну. Одежда висела клочьями, глубокие раны на руках, ногах и лицах. Их внешний вид был ужасен.

Рядом с паладином на полу лежали два черных мешка. Паладин с ужасом смотрел на мешки, в глазах которого читался дикий страх. Такая картина предстала перед Ливией и Велимиром, когда они зашли в зал.

– Что происходит, Флавиус?
– громко спросила Ливия.

Флавиус остановился и посмотрел на них, искаженным от ярости и боли лицом. Через разорванную одежду виднелись ссадины и раны, которые уже начинали затягиваться.

– Арионцы убили Рамезеса!
– подняв голову вверх, снова заорал он.

Ливия от ужаса закрыла рот рукой. Велимир, потрясенный стоял неподвижно и смотрел на мешки в углу зала.

Он знал что в них. Тела убитых вампиров, вернее то, что от них осталось. Он посмотрел на паладина Флавиуса и нахмурился:

– Как это случилось?

– Как случилось? Я скажу вам, как это случилось!
– злобно выплюнул Флавиус, подходя ближе к Велимиру.
– Мы пробрались на их базу. Цезарь их подери! Эти людишки были такими слабыми и не подготовленными к борьбе с нами. Мы с легкостью ломали, раздирали их плоти и это было увлекательно. Мы знали, что среди этих сопляков был их командир - настоящий воин с родословной. Рамезес схватил его, но он всегда любит поболтать с жертвами перед тем, как убить. Арионец воспользовался этим и запустил свой адский механизм.

– Адский механизм?
– переспросил Велимир.

– Да, или как эти черти его называют, - нервно ответил Флавиус.

– Бомба, мой повелитель, - послышался голос паладина.

– Да! Эта штуковина разнесла на куски Рамезеса и его паладина!
– указывая на мешки, прорычал Флавиус.

– Нужно придать тела огню, - проговорила Ливия, проглатывая огромный ком горечи, застрявший в горле.
– Велимир, прикажите солдатам сжечь тела.

– Нет! Рамезеса не трогать!
– зарычал Флавиус.
– Я сам похороню его, как достойного война.

Ливия кивнула и повернулась к Велимиру:

– Паладина сожгите. Я попытаюсь сообщить Валериану.

Их становилось все меньше и меньше. Это поистине пугало Ливию. Люди, которых они считали намного слабее, с легкостью убивают самых сильных из них. Валериан прав, не нужно не дооценивать Арионцев. Сила духа и выносливость этих воинов была в сотни раз выше, чем у вампиров. Валериан будет в ярости. Мы теряли не простых рядовых вампиров, а членов Совета. Внутри Ливии зарождалась ненависть к Арионцам. Теперь им не спастись от ярости Флавиуса и Валериана. Наверняка, охотники понимали, что бросили вызов самым древним вампирам, которые придут к ним, чтобы отомстить. Но они не представляют насколько страшной и беспощадной будет их месть.