Дары Бога

– Косой! Косой! – дразнила его Алена. – Таких не берут в космонавты! – подначивала она.

– Ничего, посмотрим, как ты добежишь назад! – Ленька был зол и унижен перед своими друзьями, которые осторожно хихикали вслед словам Алены.

Следующая била Марина. Удар был слабым, и мяч приземлился всего в нескольких метрах от нее, значительно уменьшив шансы добежать до подруги. Она рванула с места, не обращая внимания на ребят, которые стояли на пути, но не имели права задерживать. Ленька снова выхватил мяч и со всех ног побежал за Мариной. Отведя руку в сторону, он прицелился в Марину и вложил всю силу в удар. До заветной черты оставалось всего несколько шагов, но мяч успел догнать бегунью, ударив прямо в затылок. От неожиданной боли Марина присела и схватилась за голову. Девочки подбежали к подруге, окружив ее со всех сторон, и помогли ей встать. Алена в три прыжка оказалась рядом с Ленькой, на ходу замахиваясь на него рукой. Он увернулся и схватил ее за запястье, с силой сжав его в своей детской, но цепкой ладони. Вывернув ей руку, он толкнул Алену на землю, и девочка больно ударилась. На локте сразу проступила кровь.

– Будешь знать, как кривляться и драться! – крикнул он, отходя в сторону.

– Ты труп! – прорычала Алена.

Ленька демонстративно рассмеялся ей в ответ.

– Ой, напугала! Боюсь-боюсь! – он сделал вид, что трясется от страха.

Алена поднялась с земли, отряхивая испачканные джинсовые шорты и вытирая кровь с локтя.

– Мы больше не будем с вами играть, – сказала она, – и проход на нашу улицу с этой минуты для вас закрыт.

– Это не тебе решать! Я буду ходить там, где захочу, – усмехнулся Ленька и сделал несколько шагов в сторону «чужого» переулка. – Вот, я уже на вашей улице, – он медленно поставил сначала одну ногу, наблюдая за реакцией, а затем вторую. – Ой, ничего не происходит! – Забияка начал танцевать на месте, дразня Алену и ее подруг. От движений детских ног песок поднимался вверх, постепенно превращаясь в песчаную бурю. Ленька так увлекся победным танцем, что не заметил, как к нему подскочила Алена и рукой провела по его лицу.

– Что ты делаешь, дура! – он вскрикнул от неожиданности. Ленька провел рукой по щеке, и его пальцы окрасились в кровавый цвет. – Ты меня поцарапала?

– Нет, тупица! Это моя кровь! Это будет тебе напоминанием о том, что девочек трогать нельзя!

Он растеряно смотрел по сторонам, судорожно пытаясь вытереть кровь с лица, но только еще больше размазывал ее, пачкая щеки и руки.

– И еще, – Алена развернулась к обидчику, – если хочешь разобраться со мной – разбирайся, но Марину не трогай! – она кричала на всю улицу. – Ты понял меня? Иначе в следующий раз там будет твоя кровь! – она так разозлилась, что была готова в любую секунду расплакаться от переполнявших чувств. Алена крепко сжала кулачки, вонзив ногти в кожу и не давая эмоциям вырваться наружу.

Следующие два часа подруги играли в «Испорченный телефон», сидя на ковре из зеленого клевера и одуванчиков, который застилал возвышенность рядом с дорогой, и краем глаза наблюдали, как мальчишки на своей улице играют в футбол.

– Марина, где тебя носит? – на углу улицы появилась бабушка Яня, держа под мышкой Тяпу.

Девочка подскочила и побежала к ней.

– Вот деньги, сходи в магазин, – бабушка Яня протянула несколько купюр, скрученных в трубочку. – Купи молоко, хлеб и батон.

Марина молча взяла деньги и, кивнув подругам, скрылась на соседней улице, где играли ребята. Алена грустно посмотрела ей вслед и метнула молнию в сторону уходящей бабушки Яни. Сначала девочка подумала догнать Марину и сходить с ней, но не захотела встречаться с Ленькой и его компанией. Даша как раз пародировала его, взбив волосы на голове и строя рожицы, как любил это делать он сам. Все девочки дружно смеялись, валяясь на траве. Алена не выдержала и подскочила к Даше, помогая ей дополнить образ своего врага. Она складывала руки на груди, задирала подбородок вверх и с важным видом ходила туда-сюда, раздавая девочкам указания. А те катались со смеху по земле. Когда Алена выдохлась, то повернула голову в сторону, где был слышен стук мяча, и увидела, как Ленька, сложив руки на груди и вздернув подбородок, молча смотрит на нее. Он все понял, угадав, кого она показывала, и, сама того не понимая, победив в их игре. Еще немного постояв, он развернулся и скрылся за забором. Алена махнула рукой и плюхнулась на землю.

Валя и Таня принялись что-то чертить на земле, Саша с Дашей играли в мяч, а Алена лежала на животе и наблюдала за девочками. Она не рассказала им о своем похождении к Жене и о том, что узнала от бабушки. Она чувствовала, что должна молчать, что, возможно, подружки не поймут ее и будут смеяться над Женей.

С ухода Марины прошло минут двадцать. Магазин, единственный на всю округу, располагался в конце улицы, и медленным шагом до него было минут десять ходьбы. До следующего нужно было идти заметно дольше, петляя по многочисленным улицам. Прошло еще десять минут, Алена встала с земли и сказала девочкам, что пойдет навстречу подруге. У нее было плохое предчувствие, как будто среди ясного неба должен был разразиться гром. Алена ускорилась и перешла на бег. Не успела она повернуть за угол дома, как услышала крик. Это был голос Марины. Испуганный, полный ужаса и страданий. Алена бежала с такой скоростью, что почувствовала боль в ногах. Девочки, бросив игру, помчались за ней. На траве за высоким забором лежала Марина. Ее руки держали Архип, младший брат Леньки, и их друг Дима, который жил через дом. Рядом на земле валялся разорванный пакет с продуктами. Хлеб и батон лежали на песке, а стеклянная бутылка с молоком медленно катилась по улице. Марина извивалась и кричала. Слезы лились из ее глаз, а тело дрожало от страха. Ленька, задрав девочке платье, пытался снять с нее трусы, но она так сильно отбивалась ногами, что у него ничего не получалось. Он ухватился за резинку и со всей силы дернул ее, разорвав белые трусики. Схватив трофей, Ленька ловко вскарабкался на фонарный столб, повесил на него добычу и приказал товарищам отпустить свою жертву. Алена, застыв в ужасе, смотрела на лежащую подругу, она так сильно испугалась, что не могла сдвинуться с места. Ее тонкие, как спички, ноги налились свинцом, а по щекам потекли слезы. Уже тогда девочка понимала, что никогда не сможет забыть это мгновение и не простит себе то, что так и осталась стоять в стороне, глядя, как издеваются над ее подругой. Валя среагировала первой. Она подбежала к Марине и, оттолкнув Архипа и Диму, помогла ей подняться и собрать разбросанные продукты. Затем она снова подбежала к мальчишкам и принялась колотить их руками и ногами что было силы. Они едва успевали укрываться от ударов.

Валя, десятилетняя подруга Алены, была крепкого телосложения и невысокого роста. Ее светло-русые волосы на затылке держал тугой хвостик, а лицо было местами перепачкано песком и землей. Во время драки ее шлепки слетели, и бойкая девочка босыми ногами продолжала лупить мальчишек по щуплым телам. Ее старшая сестра Таня подбежала и оттащила Валю от ребят, которые лежали на земле, свернувшись калачиками. Алена продолжала стоять на углу улицы и наблюдать за происходящим. Свинец в ее ногах понемногу начинал плавиться от высокой температуры тела, давая возможность пошевелиться. По лицу девочки без остановки текли слезы, прячась под воротником майки. В тот момент ей казалось, что детство закончилось, сменившись суровой взрослой жизнью.

Валя и Таня, взяв Марину под руки, повели ее в сторону дома. Рыдания стихли, но Марина продолжала периодически всхлипывать, не успев еще освободиться от испуга. Алена, наконец, сдвинулась с места и посеменила за подругами. Затем она развернулась и, подбежав к столбу, вскарабкалась и сняла с него трусики. Не говоря ни слова Леньке, который молча наблюдал за происходящим, Алена побежала за девочками.

– Бабушка Яня! Бабушка Яня! – Валя, опередив девочек, бежала по улице. Женщины сидели на скамейке, и Анна Владимировна тоже была там. Услышав встревоженный голос Вали, она интуитивно подскочила на месте.

– Бабушки! – Валя остановилась, переводя дыхание. – Ленька с друзьями напали на Марину и сняли трусы. А потом повесили их на фонарный столб.

Анна Владимировна сглотнула подступивший к горлу ком. Когда она взглянула на Марину, то ее сердце, казалось, разорвалось, как мина на поле боя, разбросав останки по всему телу. Женщины усадили Марину на скамейку и принесли ей воды.

– Куда ты уже вляпалась? – со злостью спросила бабушка Яня. Она взяла из рук Тани хлеб с батоном, которые были черные от земли и песка. – А где молоко?

– Бутылка выкатилась на улицу, и кто-то из мальчишек специально наступил на нее и раздавил.

Бабушка Яня пыталась отряхнуть с хлеба песок, но все было тщетно.

– Теперь только курам его скормить!

– Яня, опомнись! – резко сказала Анна Владимировна, закипая от злости. – О чем ты говоришь? Иди к его родителям и разберись! Это нельзя оставлять просто так! Совсем уже ополоумели от безделья!

Алена сидела на корточках и рисовала палочкой по земле, аккуратно выводя линии. Анна Владимировна подошла к внучке и присела с ней рядом.

– Ты чего сидишь одна?

Алена молчала, выводя на песчаном полотне цветок.

– Ты испугалась? – аккуратно спросила бабушка.

– Бабушка, я очень плохо поступила, – девочка подняла глаза, в которых плескался целый океан. – Я стояла и смотрела. И все. Я ничего не сделала. Понимаешь? – по детским щекам покатились слезы.

– Ты просто испугалась.

– Я не знаю. Это было ужасно. Я стояла и не могла сдвинуться с места, пока они это делали. Я думала, что я смелая, а я обычная трусиха! – Алена закрыла лицо грязными ладошками. – Марина, наверное, больше не захочет со мной дружить. Она не простит меня!