Дайана Мун

– Ничего подобного! – возразила Лис. – И вообще, кто бы говорил! Кто у нас теперь вздыхает по выпускнику из одиннадцатого класса?

– У него такие красивые глаза и задумчивый взгляд, – мечтательно протянула Ри.

– А вот заговорить с ним духу не хватает! – парировала Лис.

– Да ты что! Как можно? Парень должен первым проявлять интерес, а мне остаётся только мечтать со стороны, – смеялась Ри.

– Это безнадёжно, – махнула на неё рукой Лис. – Ну, а у тебя какие дела? Подружилась с кем-нибудь?

– Есть красивые мальчики? Понравился кто-нибудь? – добавила Ри.

Я сразу погрустнела. Если мои подруги пребывали в любовных настроениях, то я находилась в полном одиночестве.

– Всё так плохо, подруга? – кисло спросила Ри, заметив перемену моего настроения.

– Здесь нет вас, и этим всё сказано, – кратко ответила я.

– Ты ещё не придумала, чем хочешь заниматься? Куда будешь поступать? Всё-таки столица открывает больше возможностей, – переменила тему Лис, чтобы избавиться от грустных ноток разговора.

– Родители настаивают на юридическом, – хмуро ответила я.

– Ну, а ты этого хочешь? – скептически взглянула на меня Ри.

– Я ещё не знаю, чем бы хотела заняться, – задумчиво ответила я, – но уж точно не хочу быть юристом.

– Надо выбирать профессию, которая будет приносить тебе удовлетворение. Только тогда ты сможешь себя реализовать в своём деле и станешь хорошим специалистом, – поучала Лис.

– Я согласна с заучкой, – добавила Ри, тут же схлопотавшая подзатыльник.

– Но как понять, что принесёт мне удовлетворение, – задумалась я.

– Опытным путём, – усмехнулась Ри.

– Дайте-ка подумать, – протянула Лис. – Вообще ты особенно хороша в русском языке и литературе.

–Да-да, точно! – Ри щёлкнула пальцами. – Твои сочинения и изложения всегда были лучшими в школе.

– Ну и что мне с этим делать? – усмехнулась я. – Быть учителем русского языка и литературы уж точно не по мне.

– Ты можешь быть писателем! Стать известной! – воскликнула Ри, и я рассмеялась.

– Это смешно, – возразила я, не воспринимая её слова всерьёз.

– Я бы так не сказала, – задумчиво протянула Лис.

В этот момент я услышала, как в дом вошли родители, вернувшиеся с работы, и, чтобы подруги не услышали ничего лишнего, быстро с ними распрощалась, объяснив, что мне пора бежать.

Стены нашей квартиры были довольно тонкими, что являлось ещё большим наказанием для меня. Теперь я почти каждый вечер волей-неволей слушала, как они ругаются. Этот вечер не был исключением.

Я попыталась сконцентрироваться на истории, но резкие слова на повышенных тонах то и дело долетали до моего слуха, не желая обходить стороной. Тогда я просто прижала ладони к ушам и сидела так несколько минут. Затем приоткрыв немного ладони, я услышала, как мама кричит, и, не выдержав больше ни минуты, подхватила свою сумку и бегом выскочила на улицу. Я бежала и бежала, не зная куда, но лишь бы подальше от этого ада, где два дорогих мне человека поливают друг друга грязью.

Наконец остановившись, я обнаружила, что ноги принесли меня на моё место к склону возле реки. Утерев слёзы рукавом, я села на траву, опершись об иву, и достала из сумки тетрадь. Это были конспекты по истории. Взглянув на слова, выведенные синими чернилами на белой бумаге, пустующим взглядом, я попыталась выплеснуть всю накипевшую горечь, обиду и боль, облекая её в слова. Казалось, сделай я это, дышать станет легче.

Конец ознакомительного фрагмента.