Дайлети. Принц

– Обязательно. Когда поспишь и наберешься сил!

Кирим хотел возразить, но не сумел. Веки потяжелели, и Принц Семи Миров откинулся обратно на подушки, засыпая совершенно нормальным целительным сном.

Росана тоже отдыхала, и потому пропустила момент пробуждения своего приемного сына, зато теперь вовсю суетилась у пледа, расстеленного на берегу, расставляя на нем закуски и напитки. Ривран предложить доставить Кирима на берег на флайере, но тот наотрез отказался. И теперь медленно брел по парковой дорожке, одновременно и желая гордо оттолкнуть руку поддерживавшего его Риврана, и прекрасно понимая, что в таком случае, скорее всего, не дойдет.

– Потому что мы Им были не интересны, - ответил Суон на давно заданный вопрос.

– От тех, кто представлял для них угрозу, Они избавились в первые же секунды погружения корвета в Их измерение....

– В этом нет твоей вины, мальчик, - покачал головой Король, прекрасно зная, о чем наследник думал в тот момент.
– Никто не мог предусмотреть подобного исхода!

– Да, в этом Вы правы, Ривран, - несколько напряженно согласился Суон.
– Мы ничего о Них не знаем. А те, кто может рассказать - молчит!

– Ты опять за свое?
– правитель Семи Миров остановился и повернулся к Принцу, ловя его взгляд.
– Я верю Тэору, как себе. Он не враг нам!

– Не враг, - кивнул в ответ Кирим.
– Но чьи интересы он соблюдает, Ваше Величество? Семи Миров? Или Единых с Природой?

– Ты бредишь, Кирим. С чего бы Тэору эти интересы разделять? Мы мирно живем друг с другом больше тысячи лет!

– Не будьте так наивны, Ривран! Правителю звездной системы это не идет! Отбросьте предрассудки и привязанности, и подумайте логически! Они появились в нашей Вселенной ради Эльзэдэ. Своей Эльзэдэ. А лучше всего разбираются и управляются с Их артефактами Дайлети. Так какова вероятность, что несколько тысяч лет назад некая третья неизвестная нам раса создала Единых с Природой?!

Король молчал. Он и сам думал об этом. Но гнал прочь подобные мысли.

– Тэор знает правду, - безжалостно продолжал его наследник.
– Знает, что за твари пришли по нашу душу! И молчит. По своей ли воле, или по приказу учителя, но он не желает делиться информацией. И я догадываюсь, почему. Все дело в элементарном страхе! Он боится, что люди узнают правду, и начнется новый виток Чистки!

– Я этого не допущу!
– горячо обещал Король Семи Миров.

– Каким образом? Эти светящиеся твари натравят людей на Дайлети, и посмотрят со стороны, кто кого! А мы ничего не сможем с этим поделать!
– покачал головой Кирим.
– Потому что не знаем, как с ними сражаться! Надавите на Тэора! Заставьте его говорить! Речь идет даже не о благополучии Семи Миров, а о выживании всего человечества в целом!

Ривран тихо и печально вздохнул, потом положил своему приемному сыну руку на плечо, и заговорил:

– Тэор мой друг, Кирим. Лучший, и, пожалуй, единственный. В моем положении очень хорошо, что я могу позволить себе хотя бы это. Я знаю его больше половины своей жизни. Неужели ты думаешь, что мы не могли поговорить откровенно все это время?

Суон смутился. Он ведь знал, насколько Ривран принципиален в вопросе исполнения своего долга, и память об отрезанных пальцах - лучший тому свидетель. Дружба не станет для него причиной отказаться от Тэора, как от возможного источника информации, щадя его чувства и привязанности.

– И что он ответил?
– все же спросил Кирим.

– Что Дайлети осознают всю серьезность возникшей проблемы и бросят все силы на ее решение. И что люди в данном конкретном случае мало чем могут помочь, а значит, и смысла втягивать их в противостояние нет никакого!

Еще полгода назад Кирим честно высказал бы Королю все, что думает по поводу ответа Смотрителя в целом, и о нем самом, в частности. А сейчас промолчал, и даже взгляд отвел от проницательного правителя семи планет. Но это не помогло.

– Говори уже, - вздохнул Король.

– Мне нечего сказать!

Шесть месяцев назад Риврана бы разозлил такой ответ приемного сына. А сейчас он знал, почему мальчишка стоит, понурившись, и молчит: не хочет ранить его словами сомнения, хотя и совершенно с Королем не согласен.

– Не веришь, что Тэор хочет блага и Семи Мирам, и своему народу?

– Нет, Ривран. Не в этом дело!

Кирим медленно зашагал по дорожке, ведущей в сторону от основного пути. Она тоже вела к берегу океана, но немного окружным и - чего уж там скрывать - пологим путем, избавляя Принца от резкого спуска. И давая правителю Семи Миров и его наследнику несколько лишних минут для разговора. Принц шел сам, от предложенной Ривраном руки на этот раз отказался, и даже попытался прибавить шагу, но быстро запыхавшись, оставил эту идею. Разговаривать и идти одновременно, сохраняя прежнюю скорость, он был все еще не в состоянии.

– Я не считаю рыжего врагом. Иначе просто не смог бы ему довериться там, в Их мире, и решиться на то, что мы с ним сделали! Просто я думаю, что его понятие блага может расходиться с моим. А еще очень не люблю действовать вслепую.... Я считаю, что в независимости от собственной полезности или бесполезности в данном деле, люди имеют право знать, что происходит!

– Почему тебе так трудно положиться на свой народ, Кирим?

– Потому что он уже дважды - не мой. Сначала - Изгнание. Потом - человеческое тело. Разве этого недостаточно?

– Думаю, нет!

Ривран придержал перегородившую тропу ветку, давая Принцу пройти. На берегу, среди корней могучего дерева чорри, заботливыми руками Росаны были расстелены пледы и скатерть, на которой едва уместились все принесенные из Дворца лакомства. Королева укоризненно покачала головой и вздохнула, отмечая столь нежелательное в данных обстоятельствах опоздание супруга и приемного сына. Непростой разговор был отложен, заботы временно позабыты, а на первый план выступили бутерброды с маслом из корня клаппи и копченой рыбой, овощные канапе и горячий травяной чай, слегка приправленный коньяком - для вкуса и аромата, не более.

Соленый прохладный ветер с океана придавал всем блюдам особенный неповторимый привкус, благодаря которому оторваться от них было практически невозможно. Кирим подозревал, что, несмотря на питательный бульон и диетическую кашу, чуть ли не насильно впихнутые в Его Высочество Рохосами сразу по пробуждению, такая обильная и питательная пища не пойдет ему впрок. Но он отмахивался от тревожных звоночков, потому что плохо будет потом. А сейчас ему было хорошо: слева его грело плечо Королевы, которая не возражала, что приемный сын к ней привалился, со спины поддерживал изгиб могучего корня чорри, свежий ветер играл с волосами, не решаясь забраться под плед, а почти у самого горизонта резвились в воде морские Драконы. Убаюканный сытной едой и шумом волн, Кирим не заметил, как уснул.

Он не чувствовал и не видел, что, паря высоко-высоко в небе, за ним пристально наблюдает большая птица. Если бы Ривран и Росана пригляделись, они бы заметили, что пернатое создание не относится к эндемикам Мирралина. Но им было не до того....

Эпилог

Кирим сидел в кресле в своем рабочем кабинете, перекинув ноги через подлокотник. Высокотехнологичный предмет мебели изо всех сил старался выполнить свое предназначение и принять наиболее подходящую для этого форму. Спинка отошла назад, а подлокотники разъехались в стороны. Но Принцу было все равно неудобно. Немного поерзав, он поменял позу и положил ноги на стол. Потом свернул все рабочие экраны и прикрыл глаза, пытаясь хотя бы ненадолго отрешиться от навалившихся проблем. Болела голова. Цепочка "Раев - Дайзери - Они" не желала сплетаться до конца. Слишком много было недостающих звеньев.