Декан Слизерина

Значит, есть вероятность, что зельевар все-таки не сунулся в дымную пелену, понимая, что ничем помочь не сможет?

Или все-таки решил проконтролировать?

Мдя. Логика поступков Снейпа воистину непредсказуема, кто его разберет, что он там решил...

Сев усмехнулся. Он уже понял, что вся противоречивость натуры Северуса исходит из сочетания взрывного характера и эмоциональности и холодного рассудка. Да не то, что холодного – ледяного! Как говорится, буквально «холодный разум и горячее сердце». Раньше Сев считал, что подобная характеристика есть лучшая похвала человеку, но сейчас понимал, что, к сожалению, это не похвала, а констатация печального факта. Две противоположности, заключенные в одной личности, рано или поздно придут в конфликт, и только чудо не позволит обладателю этой личности сойти с ума. Или не чудо, а железная воля... Что ж, Снейпу стоит посочувствовать!

Однако вместо сочувствия в душе поднималось уважение. Эмоциональный Гарри Поттер прекрасно знал, что такое бешенная ярость или глухое раздражение, которые удержать фактически невозможно. Более сдержанный Сев понимал, насколько тяжело удерживать эмоции в себе, но не душить их на корню, а вполне осознанно переживать – и при этом сохранять ясность мышления. Но учитывая, что Поттер по сравнению со Снейпом был образцом спокойствия... Да-а. Это о многом говорило.

Сев не удержался и хмыкнул. Как легко навешать ярлыки на человека! Пять долгих лет он был уверен, что профессор зельеварения последняя сволочь. И всегда был таким, наверное, с самого рождения. Едва акушерка взяла на руки черноволосого малыша, как тот, презрительно скривив губы, сухо поинтересовался, какого черта его родили – он вроде как не просил и склерозом не страдает. А потом добавил с неподражаемой интонацией: «Минус двадцать баллов Гриффиндору». Но почему-то юноша ни разу не задумывался, за что же все-таки полюбила эту «сволочь» Лили Эванс. Ремус Люпин когда-то говорил, что Лили умела видеть в людях красоту, даже тогда, когда другие наотрез отказывались ее видеть. Значит, в Снейпе эта красота была, но вот какого она рода... За что можно было полюбить худющего мрачного мальчика, уже тогда отпустившего патлы по плечи и вечно пропадающего в лаборатории? За знания по зельеварению и Темным Искусствам? Это вряд ли. За видимую сдержанность, под которой прячется дьявольский огонь?.. Гадать можно долго, но факт есть факт. Что пробудило любовь в юной девушке, Сев даже не брался предполагать, но его самого поразила именно сила духа зельевара, благодаря которой он раз за разом избегал разоблачения как шпиона. А сейчас, раздумывая о своем наставнике, декан по-настоящему осознал, с каким трудом даются профессору уроки: та холодная язвительность, которой зельевар поливал своих студентов, всего лишь слабый отголосок того, что он мог бы сказать. Зря Снейп иронизировал после того памятного первого урока, ох как зря! Ведь он действительно справляется – не со студентами, а с собой.

Легкий ветерок, невесть откуда взявшийся в замке, отвлек Сева от размышлений.

– Мне показалось, или дым рассеиваится? – удивилась МакГонагалл.

– В таком случае, мне кажется то же самое, - усмехнулся декан Слизерина.

Напор ветра усилился, отгоняя белую пелену назад, и вскоре преподаватель смогли смутно различить силуэты друг друга. Еще через несколько минут дым рассеялся настолько, что можно было спокойно передвигаться, не боясь случайно запнуться обо что-то или налететь на доспехи. На другом конце коридора обнаружился Флитвик, вместе с профессором астрономии Синистрой разгоняющий пелену воздушными потоками.

– О! – воскликнул он, увидев деканов. – Северус, Минерва! А мы вас уже потеряли.

– Не дождетесь, - буркнул Сев, вытаскивая палочку. Что ж, решение проблемы как всегда оказалось простым до невозможности. – Где студенты?

– В гостиных. Когда прогремел взрыв, старосты мгновенно сориентировались и увели всех, - ответила Синистра.

– Очень на это надеюсь, - пробурчала МакГонагалл. Дальше профессора работали молча, неторопливо отгоняя дымную пелену в холл, а оттуда – на свежий ветер.

Северус выскользнул из кабинета директора вслед за подопечным: он знал, что Дамблдор даже в таком состоянии сможет почувствовать чужое присутствие и рисковать не хотел. Да и если честно, то делать анимагу там было нечего – он выудил из разговора новую информацию, которая заставила его крепко задуматься. То, что директор не лгал, было очевидно, но тогда выходит, что Дамблдор вовсе не такой, каким показался Снейпу. Да, абсолютно ясно, что он умело рассчитал какую-то комбинацию, конечным итогом которой должно стать уничтожение Темного Лорда, да, он пожертвовал ради этого человеческими жизнями. Но судя по тому, что директор сказал Поттеру, он куда человечнее, чем думал Северус. Волнуется за Гарри, стыдится того, что сделал жизнь парня сущим адом... Нет, это какое-то слишком дикое сочетание: холодный расчет и проснувшаяся совесть. Оксюморон, если хотите. Не может быть такого!..

Или все-таки может?

Снейп подавил желание помотать головой. Попытка объединить в один образ человеколюбие, совестливость, расчетливость и циничность провалилась с треском, и анимаг благоразумно решил повременить с выводами. Все-таки у него не было достоверных фактов, только интуитивные догадки – и, хотя интуиция Северуса еще ни разу не подводила, он предпочитал все подтверждать практически. Да и не до Дамблдора сейчас было, если честно...

Завтра Поттеру придется отправиться на кровавую оргию Темного Лорда. Выдержит ли? Сумеет ли сдержаться? Не сломается?.. Конечно, обычно на Самайн до Снейпа дела никому не было: Пожиратели развлекались с жертвами, Темный Лорд проводил обряды и все, что требовалось от зельевара, это тенью следовать за Волдемортом и молчать. Такова была традиция – тот, кто приносил жертвы демонам, должен был иметь свидетеля. Так уж получилось, что этим свидетелем был выбран Северус, и, хотя сам он никогда не получал удовольствия от лицезрения действий своего хозяина, сейчас он был почти рад этому: меньше шансов, что Поттер сорвется. Хотя, жертвоприношение не самая приятная вещь... и то, мягко сказано.

«Значит, сегодня еще раз потренируемся в окклюменции», - решил для себя Снейп. – «И заодно пусть сварит Укрепляющее, Кроветворное, Восстанавливающее и Успокоительное зелья»

Однако Северус не хотел почем зря гонять подопечного у котла, и отправился в подземелья наводить ревизию в хранилище с зельями. Если нужные варева у него были, то тогда не имело смысла их варить – значит, можно было со спокойной душой еще раз проверить на прочность ментальный блок Поттера, а после – молиться всем богам и демонам, чтобы все прошло благополучно.

До своего кабинета анимаг добрался быстро, правда, пришлось несколько раз прятаться за гобелены от призраков, которых отвлекающими чарами провести было невозможно. Впрочем, привидения были слишком взбудоражены странным дымом, растекшемся в холле и главном коридоре Хогвартса, так что это была скорее мера предосторожности, но Снейп решил зря не рисковать. Выждав, когда Толстый Монах и Серая Леди просочатся сквозь стену, он со всех ног бросился вниз, благодаря небо за то, что никого больше не было. Даже Пивз благоразумно унесся в Астрономическую Башню, не рискуя попасть под подозрение.

Однако у кабинета его ждал сюрприз.

– Северус! – Поттер, неестественно бледный и перепуганный до чертиков, бухнулся рядом с котом на колени. – ОН меня вызвал! Зачем?! Ведь Самайн только завтра!

Декан задрал рукав на левой руке, обнажая предплечье. Метка, до этого выглядевшая изящной, по-готически мрачной татуировкой*, сейчас ожила и налилась черным.

А вот это уже ой.

* - где ни читаю, почти везде Черная Метка описывается как что-то, вызывающее отвращение. Категорически не согласна. Думаю, у Темного Лорда есть чувство вкуса, и весьма неплохое – поэтому в моем видении и знак мрака тоже должен быть по-своему изящным, источающим мрачное очарование.

Глава 8. Лагерь Пожирателей

– Круцио!

Жестокая боль скрутила все тело. Не ожидавший нападения Сев рухнул на пол, путаясь в складках черной тяжелой мантии. Перед глазами полыхали темные солнца, сухожилия и мышцы аж трещали от напряжения, но с губ зельевара не сорвалось ни звука: проклятие пришлось на выдох и воздуха в легких катастрофически не хватало. Силясь не потерять сознание, Сев неожиданно вспомнил, что не спросил у Северуса, кричит ли он во время наказания. Однако ответ пришел почти сразу же: Темный Лорд, хмыкнув, опустил палочку, а сомкнувшийся было круг Пожирателей расступился, освобождая место для новоприбывшего.

– Встань! – скомандовал Волдеморт. Сев подчинился, пытаясь унять бьющую его дрожь и отдышаться. Впрочем, он пришел в себя достаточно быстро: натренированное тело было привычным к Круциатусу. Настолько привычным, что гриффиндорец с ужасом представил себе, сколько же раз нужно было корчиться под проклятием, чтобы привыкнуть к этому... – Ты опоздал.

– Прошу прощения, мой Лорд, - склонил голову шпион, как его учил Снейп. Тот только махнул рукой:

– Здесь все свои, Северус. Мы, разумеется, понимаем, что тебе нужно было не вызывая подозрений уйти от внимательного взора Дамблдора, добраться до границ антиаппарационного барьера и только после этого кулем вывалиться мне под ноги. – Пожиратели загоготали. – Что с тобой, мой юный друг? Ты разучился аппарировать?