Делирий

— Но у меня есть задание по наркотрафику.

— Наркотрафик потерпит, им занимаются хорошие специалисты. Собирай команду, изучай местность и подходы к Байкалу. Дополнительные данные получишь через Михеева, он в курсе. Кстати, он полетит на Байкал вместе с тобой.

— Есть! — вытянулся Афанасий. — Когда вылет?

— Отбываете завтра вечером, вас проводят и встретят. Ваша задача только заглянуть под воду, всё остальное — не в твоей компетенции.

— Слушаюсь. На месте знают о. гм, нашей специализации?

— Ни к чему это. Вы получите аккредитацию, так сказать, как химики, специалисты по газогидратам. Почитай соответствующую литературу.

— Почитаю, — пообещал Афанасий.

Но до чтения трудов по химии газогидратов дело не дошло.

Сначала пришлось изучать материалы по Байкалу, потом по конструкции «Миров», по комплексной экспедиции, исследующей глубины озера, а потом формировать команду экстрасенсов, давно ждущих интересную командировку.

Восемнадцатого августа Афанасий попрощался с Шехерезадой, огорчённой его отлётом на неопределённое время (с неделю, как оценил он сам), собрал походную сумку и отправился на аэродром в Кубинку, где федералов ждал красавец «Белый лебедь», готовый доставить их в Иркутск, на побережье Байкала.

Команда сенсов прибыла в полном составе: Зюма, Джокер, Крист, Петяй и Зяблик. Они уже знали причину вылета и жаждали показать себя с лучшей стороны.

— Если так будет продолжаться и дальше, — сказал порывистый худенький Петяй, — мы скоро будем знать всю географию России.

— Вас что-то не устраивает? — поинтересовался майор Эрик Шаймиев, за спиной которого Афанасий чувствовал себя как за каменной стеной во всех бытовых вопросах.

— Наоборот, я благодарен судьбе, что изучаю страну так интенсивно. Хотелось бы и за рубежом побывать, экзотики хлебнуть.

— Ты имеешь в виду Карибы? — хмыкнул Джокер.

— Почему именно Карибы? Мой племяш слетал в Новую Зеландию, изучал найденные следы лемурийской цивилизации. Ведь Новая Зеландия — остатки затонувшего древнего материка Му.

— Пошлют — полетим и туда, — пожал плечами флегматичный Крист.

Заняли привычные места в грузовом отсеке бывшего бомбардировщика. Взлетели почти в двенадцать часов ночи. Поскольку лететь до Иркутска предстояло всего два часа с минутами, никто не стал заводить длинные разговоры. Соседи — шесть человек из оперативного Управления во главе с полковником Михеевым — сразу же устроились спать. Глядя на них, задремали и подчинённые Вьюгина.

Уснул и он, обнимая в мыслях жену.

В Иркутск прилетели в шесть часов утра по местному времени.

Споро пересели на борт новенького «Ка-226» и снова уснули, пока вертолёт летел над тайгой к берегу Байкала. Зато проснулись при посадке почти бодрыми и с удовольствием принялись осматриваться.

Вертолёт сел на невысоком холме с плоской вершиной, обозревающей окрестности: береговые откосы, галечные осыпи и песчаные косы Байкала, и устье небольшой речки с необычным названием Голоустная. Впрочем, с названием разобрались сразу, потому что устье реки и в самом деле оказалось голым и каменистым, будто его прорубали в скалах топором.

Присутствовала здесь и грунтовая дорога, упиравшаяся в холм, построенная ещё в советские времена, когда тут располагался рыбацкий посёлок. Никакого посёлка в настоящий момент не существовало, стояли три брезентовые палатки, а к берегу приткнулись утлые баркасы в количестве двух штук и два вполне современных катера типа «Блэш», очень ходких, быстрых и пригодных для эксплуатации в тяжёлых природных условиях. Афанасий знал, что катера изготовляются на отечественном заводе «Прогресс» в Саратове и пользуются большим спросом не только у рыбаков и любителей водного туризма.

Первый катер имел имя «Летящий», второй — «Неотразимый».

Август на Байкале не зря считается комфортным месяцем для всякого рода экспедиций и походов. Температура воздуха на побережье в это время года нередко доходит до двадцати пяти, а то и до тридцати градусов. Хотя, если задует береговой бриз, одеваться придётся серьёзно, ветер пронизывает насквозь. Однако в этот день ветра не было, солнце светило вовсю, температура держалась в районе двадцати двух градусов по Цельсию, травы зеленели, лесные дали ещё не тронула седая желтизна осени, и члены группы Афанасия сняли штормовки.

— Не понял, — подошёл к нему щуплый, незагорелый, несмотря на почти прошедшее лето, Петяй, — а где же наши батискафы?

— Работают, — бросил Джокер, глядя на то, как молодые рослые парни из группы Михеева грузятся в один из катеров. — Ты думал, что они будут ждать нас здесь?

— В данный момент оба «Мира» находятся по центру Байкала, — подтвердил Афанасий. — Вместе с базой, с которой их опускают в воду. Садитесь в катер.

— «Неотразимый», — прочитал Петяй. — Мне больше нравится второй — «Летящий».

— Садись во второй, — предложил Джокер.

— Шутники, — проворчал Шаймиев. — Занимайте места.

Сенсы подхватили свои сумки, потянулись мимо палаток к причалу, роль которого выполнял дощатый мостик.

Афанасий подошёл к Михееву.

— Мы сходим в Листвянку, — сказал худой жилистый полковник. — Уладим кое-какие дела с местными ребятами. Потом догоним вас. Вы же сразу идите к «Метрополии».

Афанасий кивнул, речь шла о специальном судне, с борта которого осуществлялись спуски «Миров» и управление подводными аппаратами.

«Летящий» затарахтел мотором, отошёл от причала, увеличил скорость. За ним вздулся водяной бурун.

Афанасий проводил его глазами, передёрнул лопатками: показалось — из глубины озера кто-то мрачно посмотрел на него и на всех, кто с ним прибыл. Такое случалось уже не раз — ощущение взгляда в спину, поэтому он отнёсся к новому «взгляду» почти спокойно, понимая, что заговорила интуиция. А это, в свою очередь, означало, что необходимо готовиться к каким-то не слишком приятным событиям.

К нему подошёл вышедший из палатки мужик в брезентовой куртке, в таких же штанах и в сапогах, усатый, сухой, морщинистый, представился:

— Зиновий Алеут. Сотрудник экспедиции и по совместительству ваш проводник.

Афанасий назвал себя.

Усатый кивнул.

— Мне сообщили. Обедать будете?

— Пока до базы идём, как раз и перекусим, у нас с собой сухпай. Так что не

волнуйтесь. Чаем разжиться у вас удастся?

— А чего ж? — усмехнулся Зиновий. — Вода дармовая, чистая пока, из озера пить можно.

Расположились в катере, сверкающем чистотой и хромированными деталями.

Кроме Зиновия на борт поднялся и рулевой, молодой веснушчатый парень в тельняшке. Звали его Котя. Он сразу скрылся в кокпите, и больше пассажиры его не видели.