Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Дело о босоногой принцессе
Шрифт:

— Как у нашего Венечки! — воскликнула Лешка.

— Я собиралась передать телефон с Катей еще в мае, но не успела, слишком скоро она уехала. Как только приедешь в Воронеж, сходи в какой-нибудь салон сотовой связи, выбери оптимальный для старушки тариф и договорись о подключении. Деньги я тебе дам. А Катю попроси следить за оплатой счетов.

— Конечно, мы с Катькой все сделаем, — заверила ее Лешка.

Все это время Ромка оставался на кухне. Сначала он приоткрыл духовку, чтобы посмотреть, чем так вкусно пахнет, потом ему захотелось пить. У Дарьи Кирилловны было слабое горло, поэтому минеральная воду и прочие напитки она

обычно ставила в маленький простеночек между стенкой и холодильником. Ромка знал об этом. Вот и сейчас он полез за бутылкой, и вместе с минеральной водой «Меркурий» выудил оттуда толстую папку.

— А это еще что? — удивился он и, открыв титульный лист, начал читать, разбавляя написанное собственными комментариями: — «Елена Никитична Пронина». Это, наверное, автор. «Жизнь моя, иль ты приснилась мне… Сергей Есенин». А это скорее всего эпиграф. «Мои мемуары для потомков рода Истоминых»…

Услышав Ромкин голос, Дарья Кирилловна тотчас вернулась на кухню.

— Нашлись? Где же они были? — всплеснула она руками.

Ромка ткнул пальцем в холодильник.

— Там. А что это такое?

Следом за Дарьей Кирилловной примчалась Лешка и, увидев в Ромкиных руках синюю папку, пустилась в объяснения.

— Я тебе разве не говорила? В прошлый раз Дарья Кирилловна искала воспоминания своей мамы, вот эти самые, да так их и не нашла. А ты у нас и впрямь сыщик, сразу напал на след.

— Так нечестно. Ты мне ничего не сказала о пропавших мемуарах, а ведь обещала запомнить все, что здесь происходило, — обиделся Ромка.

— Здрасьте пожалуйста. Я обещала тебе рассказать то, что узнаю о взрыве машины, но не могу же я помнить все на свете. Может быть, мне надо было еще записать, кто что ел и когда кашлял?

— Ага, верный способ защиты — нападение. Сама знаешь, что не права, но продолжаешь пререкаться.

— Папка пропала, а теперь нашлась, что в этом такого, — пожала плечами Лешка и обратилась к Дарье Кирилловне: — Мы с вами везде искали, а сюда заглянуть не догадались.

— Как она могла здесь оказаться? Ума не приложу, — удивлялась Дарья Кирилловна. — Ну что ж, нашлась — и ладно.

— Если эти мемуары вам так дороги, их надо сканировать и оставить в памяти компьютера. И еще переписать на дискету, а дискету припрятать, — посоветовал Ромка. — Тогда уж они точно никуда не денутся.

— Возможно, я так и сделаю, — кивнула Дарья Кирилловна.

Лешка уселась в кресло и принялась листать синюю папку. В самом начале она наткнулась на большую наклеенную на картонку фотографию, потускневшую от времени, но очень четкую.

— Ой, как интересно! — вскликнула она. Ромка присел на подлокотник кресла рядом с сестрой и вгляделся в снимок.

— «Пикник, 1913 год», — прочел он подпись под фотографией.

Подошла Дарья Кирилловна.

— Вот это моя мама, — указала она на голенастую девочку-подростка. Она сидела прямо на земле и, обхватив колени руками, большими ясными глазами смотрела прямо в объектив фотоаппарата. Рядом с ней, слева, сидел усатый мужчина в белой рубашке навы-1уск.

— А это кто?

— Это ее папа, мой дедушка.

— А справа? — спросила Лешка. С другой стороны стояла девушка с длинными чер-1ыми косами.

— Это мама Серафимы Ивановны.

— А вас, как я понял, еще нет на свете, — констатировал Ромка.

— Мы с тетей Симой люди хоть и древние, но не настолько, — улыбнулась Дарья Кирилловна.

— Надо же, и тогда пикники

устраивались, сколько труда на них собиралось. Раз, два, три… — Ромка добросовестно пересчитал всех, кто был на старой фотографии. У него получилось восемнадцать человек.

— Это последнее благополучное лето в жизни этих людей. Через год начнется Первая мировая война, за ней последует революция, и люди надолго забудут о пикниках. Само это слово выветрится из их памяти.

— Как же давно все это было, почти сто лет назад, — вздохнула Лешка. — А что за женщина стоит в самом центре? Какая красивая!

— Я, честно говоря, не помню, как зовут каждого на этом снимке, хотя мама и рассказывала мне когда-то обо всех. Но имя этой женщины забыть трудно. Ее звали Камилла. Девичью фамилию не помню, а по мужу она была Сташевской.

— Она была богатая, да? — спросил Ромка.

— Разумеется, не бедствовала. Ее отец в Воронеже возглавлял то ли банк, то ли какое-то акционерное общество. Да и замуж она вышла за довольно обеспеченного поляка, видите, вот он стоит рядом с ней.

Возле прекрасной Камиллы и впрямь находился стройный молодой человек с аккуратными черными усиками. По его лицу было заметно, как он счастлив рядом с такой красавицей.

— А потом что-то случилось, и, как мне кажется, Камилла осталась одна. Но это все — дела давно минувших дней, давно никому не интересные.

Однако Ромка не мог оторваться от снимка.

— А серьги у нее из настоящих бриллиантов, да?.. И брошка на платье огромная какая! А рядом священник стоит… он в каком-то высоком церковном сане, потому что у него на шее штука такая висит, па… па…

— Панагия, — подсказала Лешка.

— Она тоже вся в драгоценностях. Священник что, тоже с ними на пикник ездил?

— Вполне возможно, — улыбнулась Дарья Кирилловна. — В доме у Камиллы был светский салон, собиралось много именитых людей. Священника, кажется, Кириллом звали, разумеется, он тоже был туда вхож. После революции его, между прочим, арестовали и обвинили в том, что при конфискации церковных ценностей какую-то их часть он успел перепрятать. Но ничего так и не нашли. А что касается Камиллы, она вряд ли стала бы носить подделки.

Дарья Кирилловна снова вгляделась в снимок.

— Да, если бы в те времена была изобретена цветная фотография, то вы бы сейчас увидели Камиллу во всей красе. Глаза у красавицы были синие и глубокие, как озера в высоких горах, руки — как прекрасные лебеди, а волосы — как водопад в лунном сиянии… Это не мои слова и не мамины. Так цветисто написал о Камилле местный поэт, впрочем, об этом есть в мемуарах, можете прочесть…

Слова Дарьи Кирилловны прервал дверной звонок.

Это пришла Марина. Ромка кубарем кинулся в прихожую и, забыв обо всем на свете, во все глаза уставился на предмет своего обожания. Даже в простой маечке и джинсах Марина была неотразима.

— Ну, здравствуй, что ли, — улыбнулась Марина и чмокнула его в щеку, отчего Ромка зарделся как маков цвет и замер на месте, не проронив ни слова.

— Мариночка, проходи. Андрюша сейчас приедет, у него в редакции какое-то важное совещание, — объяснила Дарья Кирилловна отсутствие внука.

Через какое-то время Ромка сдвинулся с места и предложил посмотреть девушке старинные фотографии из синей папки.

Оторвав взгляд от прелестной Камиллы и ее окружения, Марина вдруг спросила:

— Дарья Кирилловна, а Сергей заезжал?

Поделиться с друзьями: