Демон в чёрном бархате
Шрифт:
–Пожалуй, может теперь, расскажешь мне про этого парня?
Алевтина, будто с испугом посмотрела на Кейси. Движение получилось резкое и дёрганное.
–Парень, – повторила Алевтина, будто старалась вспомнить о ком идёт речь, – Я нашла его на дороге. Он лежал без сознания. Из носа текла кровь. Я позвонила в «скорую», но никто не отвечал. Я повезла его домой, а потом…
Алевтина скорчилась от боли, схватившись за голову одной рукой. Кейси выхватила из другой руки кружку с уже допитым чаем и поставила его на столик.
–Ал, что такое?
Алевтина не отвечала. Звон в ушах нарастал, будто старался
Кейси не могла ничего сказать. Её тело будто парализовало. Она в первый раз так сильно чего-то испугалась. Когда Алевтина облегчённо упала на подушку, Кейси также села на стул, не отводя от подруги взгляд.
–Я не могу вспомнить, – проговорила Алевтина в потолок, – Я стараюсь, но голова начинает трещать по швам, будто, что-то разрывает её изнутри.
–Ладно, забудем пока что про это, – прошептала Кейси, стараясь прийти в себя, – Главное, чтобы ты сейчас отдохнула. Я побуду пока что с тобой. А то знаю я тебя. Опять найдёшь какого-нибудь незнакомца.
***
Алевтина проснулась от яркого света, который падал на её лицо. Глаза не хотели открываться, поэтому девушка перевернулась на другой бок. Слышались какие-то звуки из кухни. Алевтина поняла по шагам, что это точно не Кейси.
«Кейси ходит, как слон. Её всегда отчётливо слышно. А эти шаги лёгкие…»
С огромным трудом Алевтина поднялась с кровати, заставив своё тело проснуться. Неприятная ноющая боль заставила вспомнить вчерашнее состояние.
–За что? – саму себя спросила Алевтина и поплелась на кухню.
Облокачиваясь на стены, она кое-как дошла до нужного места, но тут же её тело застыло на месте.
–Мама? Что ты тут делаешь?
На кухне готовка шла полным ходом. Мама Алевтины сидела за кухонным столом и что-то внимательно изучала в телефоне. Заметив свою дочь, она сразу же подскочила к ней и аккуратно посадила за стол.
Женщина выглядела очень молодо. Квадратное лицо делало её образ более строгим. Кожу не затронули проблемы с морщинами. Она всё так же сияла, а на щеках был лёгкий румянец. По её глазам можно было понять, от кого Алевтина переняла насыщенный зелёный цвет. Короткие каштановые волосы опускались чуть ниже ушей. Лишь её худоба выдавала усталость и не совсем правильный образ жизни, завязанный на перелётах и работе.
Анна очень внимательно вглядывалась в свою дочь. Её грудь вздымалась очень часто и резко. Алевтина не выдержала немой паузы и спросила:
–Как ты всё-таки здесь оказалась?
–Мне позвонила Кейси, – её голос был груб, что уже не вязалось с её образом, – Сказала, что ты неважно себя чувствуешь. Её вызвали на работу, поэтому за тобой нужно было приглядеть. А кто как не я, сможет это сделать?
–Да, пожалуй.
–Как так произошло?
–Я не знаю, – отчеканила Алевтина, боясь, что приступ снова вернётся к ней, как только она начнёт вспоминать. К тому же она была уверенна, что Кейси рассказала уже более, чем всё.
–Как себя сейчас чувствуешь?
–Намного лучше. Голова болит только.
Анна кивнула, будто и ожидала это услышать. Алевтина нахмурилась, а затем закинула голову и тяжело вздохнула.
–Твою ж….
–Алевтина?
–Как
же так? – рыкнула Алевтина, – Дьявол! Похороны Рафаэля… сегодня.–Рафаэля? Он…
Алевтина положила голову на руку и покачала головой. В голове сразу пробежали воспоминания, связанные с ним. Как и всегда, когда умирает близкий человек, Алевтина не могла до конца осознать, что его нет. Этого разгильдяя и идиота, который любил потусить и хорошо выпить. Но при этом был прекрасным другом, который смог бы приехать после дикого похмелья, в любую погоду, при смерти, если вдруг, кто-то из его близких попросит его. Вечные шутки, подколы, которые всегда поднимали настроение. Теперь его нет…
–И не будет… – тихо озвучила конец своих мыслей Алевтина, – Кретин!
–Это конечно будет звучать эгоистично, но может ты бы лучше отдохнула дома? Не хватало бы, чтобы ты упала в обморок прямо там.
–Я не могу не пойти. Нужно быть сильной. Но знаешь, иногда я не могу сдержать порывы слабости. Я хочу просто зарыться где-нибудь в углу, укутаться в одеяло и просидеть там, пока всё не вернётся в нормальное состояние. Хочу, чтобы всё это был сон… – Слёзы начали вырываться из глаз Алевтины, хотя она сама это не заметила, – Мне страшно, мам. Я боюсь.
Анна прижала к себе Алевтину, поглаживая её по растрепавшимся кучерявым волосам.
–Страхи нужно высказывать, чтобы стало лучше. Ты всегда можешь прийти ко мне и рассказать всё, что ты держишь в себе. Я пойму всё, что ты скажешь. Даже если эти мысли будут ужасны, они будут разделены на двоих.
Несколько раз Алевтина пыталась позвонить Кейси, но все попытки оказались безуспешными. Слышались долгие гудки, а после записанный заранее голос, который повторял одну и ту же фразу: « Абонент не отвечает». Тогда Алевтина кинула телефон на стол и медленно начала собираться. Состояние относительно её радовало, потому что ноги держали её, а голова не кружилась. Единственное, что беспокоило девушку, было отсутствие Кейси. С ней Алевтина чувствовала бы себя намного лучше. По крайней мере, ей так казалось. На подобном мероприятии сложно чувствовать себя хорошо.
Сидя за трюмо с подсвеченным зеркалом, Алевтина заметила, что слова о мертвеце были не таким уж преувеличением со стороны Кейси. Глаза потухли, щёки впали, а на цвет кожи страшно было смотреть. Прошло не больше десяти минут, как Алевтина была полностью собрана. Несколько минут она просидела в одном положении, смотря куда-то в одну точку. В голове гуляла пустота, что всё больше подавляло Алевтину.
Анна стояла в дверном проёме, когда увидела свою дочь в таком состоянии. Она села на кровать и грустно вздохнула. Женщина хотела уже начать разговор, но Алевтина перебила её.
– У меня такое странное чувство, – казалось, что она говорит сама с собой, – будто кто-то за мной наблюдает. Непрерывно, каждую секунду.
Она повернулась всем телом к матери и положительно закивала головой.
–Нужно идти, пока я окончательно не погрузилась в свои размышления.
Анна одобрительно улыбнулась.
Солнце всё также ярко светило в глаза Алевтине, как и утром. От такого света девушка окончательно проснулась, и чувство некой отчуждённости на время пропало. Городской шум помог отвлечься от того, куда направляется Алевтина. Ноги сами вели её в нужном направлении.