День Бури

– Набирай силу! – велел эльф.

– Ой, мамочки мои! – выпалила Блистер. Кендерша протискивалась сквозь толпу, собравшуюся на палубе, работая локтями, пока не оказалась рядом с Ашей.

– Я думала, завтрак пригорел! Ой, а что это там делает Риг? И Ворчун? Там Ферил! И Алин!

Кендерша замолчала и принялась шарить по многочисленным карманам и мешочкам на поясе, пока не вытащила пращу. Она зарядила свое оружие кусочками мрамора, и через мгновение рыцарей, атакующих морехода, осыпали каменные осколки.

Ветер крепчал.

– Еще сильнее! – Голос эльфа становился все тверже. Море бушевало, волны захлестывали черный корабль.

Ферил спешила к Ригу, ее босые ноги скользили по мокрой палубе. Мореход сдерживал трех рыцарей, а на подмогу уже спешил четвертый, с трудом сохраняя равновесие. Эльфийка толкнула его плечом и сбила с ног.

Когда волна обрушилась на палубу, мореход отступил назад и вцепился в фальшборт, чтобы не упасть, а двоих нападавших унесло в море. Последний рыцарь бросился вперед, бешено вращая мечом. Риг упал ничком и несколько раз перекатился, избежав серии ударов. Улучив момент, он резко взмахнул саблей, и отрубленная рука противника вместе с клинком отлетела в сторону.

Мореход поднялся, глубоко вздохнул и, увидев Ферил, улыбнулся ей. Но в этот момент позади эльфийки возник пожилой рыцарь. Риг, понимая, что не успевает, вложил саблю в ножны и сунул руку за пазуху. Враг заметил это движение и, переключив внимание на капитана, бросился в его сторону, но хлынувший из-за борта вал остановил рыцаря.

– Благородство – удел глупцов! – проскрипел зубами мореход и метнул кинжал, который молнией блеснул в воздухе и вонзился в плечо воина возле шеи. Второй кинжал прошил его горло, и старик упал к ногам Алина, поднимающегося на палубу.

Догорали последние искры пожара, дым рассеивался. Ферил оглядывала своих друзей, оставшихся на палубе. Мер-Крел, проходя мимо, приобнял ее за плечи.

– Неплохая утренняя разминка, – заметил он. – Ничто так хорошо не помогает поддерживать форму.

Появились Дикий и Ворчун. Эльфийка освободилась от объятий Рига и направилась к ним. Волк вертел мордой и отряхивался. Полулюдоед пробил кулаком грудь последнего державшегося на ногах рыцаря. Тот упал и забился в агонии.

Риг взглянул на «Наковальню» и усмехнулся, разглядывая нижнее белье Палина.

– Что? Не дали выспаться?

Палин смутился и покраснел.

– Пойду, оденусь, – обратился он к Аше, – потом обсудим случившиеся. – Маг направился на нижнюю палубу, откуда как раз поднимался Джаспер Огненный Горн.

– Что опять за шум? Никогда толком не отдохнешь на этом корабле, – проворчал гном.

Когда Палин вернулся, то нашел Джаспера ухаживающим за ранеными. Гном бинтовал раны морехода, а Ворчун наблюдал за его работой и ожидал своей очереди. Потом полулюдоед мужественно терпел, пока Огненный Горн ощупывал и осматривал его ребра, приговаривая:

– Да, тебе тоже не помешает носить оружие. Впрочем, ты все равно меня не слышишь.

– Похоже, что это Риг затеял заваруху, – сообщила Блистер Палину.

– Я это начал?! – возмутился капитан. – Это они начали. А я-то как раз закончил.

Палин посмотрел на темнокожего моряка и спросил:

– Что же все-таки произошло?

– Я проснулся довольно рано. Мы с Ворчуном увидели рыцарей. Похоже, их корабль причалил прошлой ночью вскоре после нас. Твой сын сказал, что ему тоже не спится, и присоединился к нам. Мы немного поболтали. Я поначалу и внимания не обратил на эту лоханку, пока не разглядел, что рыцари ведут людей из города к пристани. Тихое, светлое утро, когда все горожане должны спокойно спать. Мне показалось это подозрительным. – Риг замолчал и аккуратно поправил повязку.

– А дальше? – подбодрил его Палин.

– Дальше спросил их, что они собираются делать. Они и не думали отвечать. Вот я и решил – наверняка они захватили новых пленников для затей Келлендроса.

– И ты напал на рыцарей?

– Ну… не совсем я.

– А кто же точно?

Было заметно, что капитану не нравятся все эти вопросы. Он поднялся, проскользнул мимо колдуна и сошел по тралу на причал, где Ферил, Гилтанас, Аша и Алин разговаривали с освобожденными.

Палин вздохнул и последовал за ним.

– Риг не нападал на них, – сообщил Алин отцу. – Это сделал я.

– Ты?

– Риг велел им отпустить пленников, а рыцари сказали, что мы сейчас сами к ним присоединимся. Тогда я пригрозил разрушить их корабль. Но они в это не поверили. Глупцы!

Палин опять вздохнул.

– Помнишь то несложное заклинание, вызывающее огонь, которому ты научил меня пару лет назад? Я немного усовершенствовал его и решил испытать на парусах шхуны.

– Конечно, это им не очень понравилось, – добавил с усмешкой Мер-Крел. – Вот когда рыцари потянулись за мечами, я тоже решил не оставаться в долгу. – Он погладил рукоятку сабли. – Просто заставил попотеть некоторых из них.

– А ты нас не мог разбудить, когда дело приняло такой оборот? – вмешалась Ферил. – Я могла бы чем-нибудь помочь. Может, кто-то из рыцарей и остался бы в живых.

– Да, но все произошло слишком быстро, и мы просто не успели никого позвать, – объяснил Алин ухмыляясь.

– Вам повезло, – ответил Палин. – А если бы огонь перекинулся на «Наковальню»? А если бы вас убили или…

– Но этого не случилось, – перебил его сын, – и все живы. Зато сколько людей мы спасли от участи пойти на обед дракону или даже от более страшной.

– Ты – Палин Маджере, великий маг? – спросил молодой человек с буйными рыжими волосами, пробираясь в передние ряды толпившихся на пристани.

– Да, это я, а…

– Ты – один из самых могущественных чародеев на Кринне, – продолжал молодой человек.

Стоявшие позади него начали возбужденно перешептываться, указывая на Палина.

– Палин Маджере. Он сражался во время Войны Хаоса, – улыбалась самая полная женщина. – Он победил Хаос.

– Это не совсем так, – пытался поправить Палин, – я только…

– Твой отец – Карамон, один из Героев Копья, – добавила ее соседка.

– А его мать – Тика! – продолжала толстуха. – В свое время она тоже была очень известна! Могу поспорить!

– Палин обучался вместе с Рейстлином, величайшим колдуном Кринна! – послышался чей-то голос. – Они родственники, Палин и Рейстлин. Кажется, двоюродные братья.

– Он мой дядя.

– Нет. Палин – самый великий маг на Кринне, а не Рейстлин. Мой отец говорил, что если бы не он, волшебства вообще бы не существовало. Да и Кринна бы не существовало, если бы он не сражался в Абиссе.