День Дракона
Шрифт:
Ярга взвалил бесчувственную Власту на плечо, быстрым шагом прошел по коридору, на мгновение замер у входной двери, зло усмехнулся и резко ударил по ней ногой. Он не использовал магию — до сих пор Ярга лишь закрывался от наблюдателей, оставаясь невидимым для опытных врагов, — просто ударил по двери изо всех сил, и металлический прямоугольник вылетел на площадку, сбив с ног стоящего за дверью чуда.
Первый!
Он еще не убит, только оглушен, но пару мгновений безопасен.
Следующий противник у лестницы. Продемонстрировав чудеса ловкости,
Второй!
Дверь отлетела в сторону, но освободившийся чуд успел только встретить свою смерть. Ярга ударил в него «Черной плетью» — небольшим вихрем, вырвавшимся из пальцев, — и разорвал пополам.
Опасность снизу!
Фаты почуяли кровь, но отступать не собирались. Они выставили перед собой магический щит и теперь поднимались по лестнице, стремясь узнать, что же произошло.
Третий!
Мощный удар черного облака поглотил защиту зеленых ведьм. Идущая первой Ольга дико закричала, попав под рой «Эльфийских стрел», и осела на пол. Зелеслава попыталась ответить ударом на удар, но…
Четвертый!
Еще один выпад «Черной плети», и Ярга, потеряв всякий интерес к умирающей противнице, торопливо вызвал портал.
— Спящий, глупый ты и незрячий, что же здесь произошло? — Урбек, поднимающийся по лестнице, прикрыл ладошкой рот.
Идущие следом дикари помалкивали. Смотрели на трупы, но от комментариев воздерживались.
Сначала зеленая ведьма. На лестнице. Изуродованная, с черной дырой в районе сердца. Жуть! Затем еще одна, на площадке, истыкана «Эльфийскими стрелами», как дуршлаг, кровавые отметины по всему телу. Рядом чуд. Лица не разобрать — дыра. Дверь в квартиру сорвана с петель, валяется на площадке. Входи кто хочет… Но перед порогом еще один труп. Чуд, разрубленный напополам.
Идущий последним Маркер стал тихонько подвывать.
— Тренер, а убегать еще не пора?
Дрожащий голос вывел Урбека из оцепенения.
«Конечно, пора! Чуды или ведьмы наверняка сообщили, что вступают в схватку. А если и не сообщили, то пропустили время связи и скоро их хватятся. Значит, счет идет на секунды. Пора!»
Но трусливые слова не успели сорваться с губ шаса.
«Деньги!»
И все остальное отступило на второй план.
— Сейчас сбежим, — пообещал он и, переступив через чуда, прошел в квартиру.
Дикари проводили Урбека уважительными взглядами.
— А ты говорил «опоссум», — прохрипел Маркер. — А он, смотри, — чиста фюрер.
Булыжник только крякнул. Его мутило, если честно, но признаваться в этом уйбуй не хотел. Мало ли что подумают подчиненные?
Тем временем Кумар прошел в комнату и облегченно вздохнул: вожделенный тюк с деньгами стоял в самом центре помещения и ждал хозяина.
«14–69».
«Сколько мучений!»
Пластик разорван, но предусмотрительный Урбек не забыл взять с собой скотч и, торопливо затянув поврежденную оболочку, крикнул:
— Булыжник!
— Что?
— Сюда! Живо!
Дикари
боязливо втянулись в комнату, но тут же завопили:— Нашелся!
— Наш ящик!
— Не ваш, а мой! — сварливо уточнил Кумар.
— Я так и сказал, — не стал спорить уйбуй.
— Тащите его в фургон, и пулей на Левобережную. Понятно?
— А то!
Конечно, лучше было бы не доверять дикарям транспортировку столь ценного груза, а использовать увеличивающее силу заклинание, дотащить ящик до машины, укрывшись от челов мороком, и везти на склад самому. Но в том-то и дело, что мороком можно отвести глаза только челам да Красным Шапкам, если у них нет различителя. А маг сквозь морок посмотрит и увидит, что тащит почтенный скупщик краденого подозрительный тюк. Заглянет из любопытства глубже — маг при желании и сквозь пластик посмотреть может — и… вот они, денежки! Появятся вопросы. Нет, пусть тюк лучше в фургоне едет. Пусть без морока и с Красными Шапками, зато любопытства дикари ни у кого не вызовут.
«А что здесь произошло… пусть Сантьяга разбирается!»
Урбек тоскливо посмотрел на тела магов, вздохнул и поспешил за бестолковыми помощниками.
Витольд опять не успел. Пока он ловил такси, пока ехал к дому, пока ощупывал двор, почувствовав повышение магического фона…
А потом он увидел моряну. Черную. Только на этот раз она не угрожала чуду, а просто стояла рядом. И ее взгляд показался Ундеру презрительным.
«Я опоздал?»
Зазвонивший телефон он подносил к уху дрожащей рукой:
— Да?
— Здравствуй, мальчик.
Витольд похолодел.
— У меня немного изменился голос, но, я думаю, ты понял, кто тебе звонит. Понял?
«Скорее — догадался».
— Да, — прошептал молодой чуд.
— Мне пришлось убить кое-кого, поэтому там, где ты жил, скоро появится много взрослых дядей и тетей и тебе придется отвечать на кучу неприятных вопросов. А потом просто — отвечать. Понимаешь, о чем я?
— Да.
— Ты мне всегда нравился, мальчик, ты догадливый.
«Проклятый дух!»
— Что ты хочешь?
— Думаю, тебе будет интересно знать, — Ярга проигнорировал вопрос чуда, — что мне составляет компанию одна симпатичная белокурая девушка. Подумай об этом, прежде чем совершить следующую глупость.
«Власта жива! Он убил не ее!! — Витольд едва не задохнулся от радости. Но тут же опомнился: — Она жива, но она в опасности!»
— Я должен что-то сделать для тебя, — понял чуд.
— Для начала убирайся подальше от дома и отыщи своего дружка, — приказал Ярга. — Я перезвоню.
Витольд сложил телефон и угрюмо усмехнулся, глядя, как Красные Шапки вытаскивают из подъезда тюк с деньгами.
Все пошло не так…
— Ольга еще дышит! — крикнула лекарь.
— Так помогите ей!
— Воевода, — прохрипела фата. — Воевода…
Милана наклонилась к Ольге, поднесла ухо к самым ее губам, прикрыла глаза и положила свою ладонь — де Лаэрт отчетливо это видел — на руку раненой подруги. Жест утешения. Жест поддержки. Жест извинения.
— Жаркий был бой, — угрюмо произнес Гуго. — Но быстрый.