День гнева

– Ох! Ох!

Струхнувшая воспиталка поняла, что ничего здесь не добъется и со словами «Вы пожалеете!» кинулась бежать вниз к изолятору. Там имелся телефон.

Серый с Белым вопросительно глядели на своего вожака. Тот сделал отмашку.

– Хорэ! Отбой пока. Так не покатит. По-другому будем...

Заполнившие лестницу нападающие снова спустились на площадку и стали тихо совещаться.

Наверху царила атмосфера тревожного ликования. Не принимавшие участия в драке ребята столпились вокруг «героев обороны». Те с заслуженной гордостью внимали восторгу друзей, вытирая кровь с разбитых губ и носов. Ребята вовсю праздновали свою первую победу, осыпая насмешками облажавшихся врагов.

– Что, не все так просто? Обломали зубки-то?

– Эй, Акела, поправь повязочку! А то головка заболит.

– Черныш, так сколько будет пятью пять? ...

Те не обращали внимания на обидные выкрики и продолжали «базар». Распаленные свободой слова ребята уже не могли остановиться и высказывали «зверью» все, что о них думали. Вдруг в стане врагов началось движение. Шакалы всей толпой побежали в ближайшую палату. Раздался грохот, и они появились снова, волоча еще одну кровать. Подтащив ее к площадке, стали разворачивать к последнему пролету. Волки тоже рьяно впряглись в дело.

Защитники цитадели уже поняли, что сейчас начнется новый, возможно последний штурм. Шутки сразу смолкли. Тревожными глазами они смотрели на грозные приготовления. Видя, как копошатся их враги, разворачивая застрявшую дурынду, пацаны осознавали, что до сих пор были просто цветочки. Ягодки сейчас появятся... Вдруг снова раздалось бравурное пение Шевчука.

Сегодня самый лучший день!

Пусть реют флаги над полками...

Ребята смотрели друг на друга горящими от боевого задора глазами. Один за другим они начинали подтягивать знаменитую «Битву».

Как много лет любой из нас От них терпел и боль и муки Но вышло время – пробил час И мы себе развяжем руки...

Нападающие уже выставили свой «таран» на исходную позицию и теперь занимали места по его краям, готовясь к приступу. А сверху дружным хором гремела вещая песнь победы.

Друзьям раздайте по ружью Ведь храбрецы средь них найдутся Друзьям раздайте по ружью И дураки переведутся !!!

– Поехали! – скомандовал Акела. Истошно заорав, карательная команда рванула наверх. Первый удар тарана был неточен. Нападающие взяли слишком низко, и ножки кровати зацепились за железную раму барьера. Раздался громкий удар. Таран остановился. – Назад, назад! – Безудержно матерясь, «черепаха» стала отходить на исходную позицию. Тем временем защитники также вернули на место свою отброшенную баррикаду.

– Давай!!!

Задрав нос кровати как можно выше, звери снова пошли на приступ. На этот раз все получилось как надо. Увидев несущуюся на них железяку, ребята отшатнулись. И передняя часть тарана с разгону въехала под самый потолок. – Майна! – кровать с грохотом и лязгом опустилась вниз, зацепившись ножками за железо. Еще раз дернулась, будто живая, и встала намертво.

– А-а-а-а! ... – злорадно завыла осадная армия. Теперь имелся самый настоящий мост в стан «мудрецов». Все, их песенка спета.

– Мочи их! Зиг хайль!!!

Опередив всех, Черныш словно обезьяна взлетел на самый верх. Вслед за ним уже карабкались остальные бойцы. Шакалов пока оставили внизу – придерживать кровать.

Сплотившись плечом к плечу, ребята молча смотрели, как надвигается на них авангард вражьей армии. Все понимали, что именно сейчас и начнется самое главное сражение в их жизни. Битва, в которой проигравшим не будет пощады...

* * *

Приняв вызов из лесной школы, дежурный по «ноль-два» схватился за голову. – Твою мать! Опять там заварушка. Да что у них там такое?! Сроду тихо было, а тут... – Немного поразмыслив, он решительно щелкнув тумблером на пульте.

– Володя, давай наряд ОМОНа в санаторно-лесную. Буза там крупная.

– ОМОН в школу?! Да ты что, шутишь?

– Какие на хрен шутки! В этой лесной такие грибочки растут – одним ударом замочить могут. Забыл что ли? Сказали, очень большая драка. Так что давай, срочно туда ребят. А я в «скорую» буду звонить, наверняка понадобится.

Глава 47

– В-в-а-а-а!!!

С яростным воплем Черныш сиганул сверху прямо на плотную толпу «ожидавших» его ребят. Мгновенно возникла куча-мала. Принявшие на себя бросок ребята попятились, не в силах удержать тяжеленный «гостинец». Со всех сторон на него посыпались беспорядочные удары, впрочем несильные, поскольку не было возможности как следует прицелиться. А сверху продолжали напрыгивать нападающие. Почти пятипудовый Акела, оттолкнувшись от спинки кровати, бросился на помощь товарищу. За ним тут же последовали и остальные двое волчар. Бросив держать рукотворный мостик, шакалы тоже принялись взбираться наверх.

Сплоченная рать защитников быстро развалилась на составляющие. Чуть ли не половина ребят оказалась на полу, не устояв под натиском обрушившихся тел. Остальные дружно вцепились в волков, облепив их словно пчелы. Началась самая ожесточенная драка. Двое нападающих сумели как-то удержаться на ногах. И теперь они, со всех сторон окруженные врагами, с невероятной скоростью и силой разбрасывали сокрушительные тычки. Сам ихний вожак на пару с Серым катались по полу, пытаясь стряхнуть с себя целую гроздь орущих и визжащих пацанов.

– На тебе, гад! На тебе!

Вцепившись в шею Акелы, Малыш свободной рукой без устали молотил того по ребрам. Вместе с Шарковым и Боковым они единой кучей навалились на волка и прижали к полу. Стоящий рядом Сеча как мог помогал им, вцепившись врагу в волосы. Акела бешено рвался и дергался, отшвыривая от себя пацанов. Но те держали его мертвой хваткой и не давали подняться. Рядом так же неистово бился с численно превосходящим противником Серый.

Какой-то момент казалось, что исход сражения будет неясен. Но тут поперла новая рать. Дико вопя, шакалы остервенело лезли в бой. Они переваливали через баррикаду и с ходу бросались на помощь своим хозяевам. Конечно, они накак не могли сравниться с теми по боевой мощи. Но в почти равном бою явились тем самым грузом, который склонил чашу весов.

Шарков заверещал от боли и откинулся назад. Подбежавший сзади Ромыч рванул его лицо ногтями. Полуослепший, залитый кровью парень на карачках пополз прочь.

– Ты что делаешь, козел?! – заорал на шакала Боков и тут же захлебнулся. Кадя обхватил его за горло и опрокинул на спину. Отшвырнув Малыша в сторону, Акела наконец поднялся на ноги. Дыша как паровоз, он смахнул кровь с лица.

– Отлично, месите их!

Ударив Бокова ногой в живот и показав кулак остальным, он бросился на помощь Серому.