Дети Предтеч

— Командир, нам не надо срочно обратно, в галактику Стрельца? — дрогнувшим голосом спросил Варяг.

— Кажется, я там что-то забыла, — поддержала его Столярова.

— Голову? — уточнил я.

Однако никто не поддержал мою шутку. В воздухе повисла некоторая напряжённость.

— Значит так, — сказал я. — Форуга, поезжай в больницу. Смирнов, тебе отгул. Твоя задача, как отца, бестолково топтаться под окнами в ожидании, когда тебе покажут ребёнка. Остальные по своим рабочим местам. Всё равно её из больницы не выпустят раньше чем через несколько дней.

Вздох облегчения пронёсся по помещению. И народ действительно разбежался из коридора у инфоцентра, как я понимаю имитировать бурную деятельность. Я же поехал к коменданту Шварцштейну, чтобы договориться о размещении отряда Кузьмичова. Самого Серёгу я решил пока поселить с нами, а дальше будет видно.

Комендант моему визиту обрадовался, так что я немного насторожился. Оказалось, он уже второй день ожидал каких-то данных от нашей разведки. И мы поехали обратно. Помещение он предоставил без вопросов, сказав, что всё построено с очень большим запасом, причём на случай новой галактической войны.

Я только покачал головой. Кажется, мы опять идём по старой колее, как после второй мировой. Ну да ладно, не моего ума дело. Главное, что пока центр даёт ресурсы и выделяет деньги. Не за красивые глаза, разумеется. Потому что мы вроде здесь существуем вроде как в интересах армии, но на самом деле от всей нашей деятельности идёт такая польза народному хозяйству, которую сложно сосчитать.

Во-первых, мы в несколько раз удешевили космические перелёты, а значит, освоение планет Дальнего космоса идёт активнее. Во-вторых, полученные нами знания так продвинули вперёд советскую науку, что знания из разряда теоретических обретают практическое значение. И в третьих — торговля, которая пополняет советский бюджет, обеспечивая не только армию, но и ту же науку.

Кстати, о науке. Едва мы разобрались со Шварцштейном — как оказалось, ему, были нужны какие-то данные о перемещении граждан ФРГ в космосе. Уж не знаю, какой в этой информации практический смысл, а я попросил Веру, чтобы Кузьмичов связался со мной, как моментально нарисовалась Лиза Голобко, которую, после того как она меня втравила в блудняк на Новой Кубе, я не желал видеть.

Столярова скрылась из информационного центра ещё утром, вернее её выгнала Арина Блохина и ей только и оставалось что отправиться с Мариной Стерлядкиной на посадочные кольца, наблюдать за ходом ремонта нашего героического звездолёта.

— Какой-то академик Голобко запрашивает связь с нами, — произнесла Блохина. — А это женщина. Пишет, что уже на планете и просит дать адрес. Товарищ Кирьянов, что с этим делать?

Мы с Дианой поморщились. Странно, девушки с нами на Новой Кубе не было. Хотя стоп! Блоки памяти Артемиды были тогда со мной.

— Елизавета Семёновна могла бы нам помочь в переработке научной информации, полученной из галактики Стрельца, — наконец произнесла девушка.

— И загрузив нас кучей ненужной нам работы, — парировал я.

Арина следила за нашей пикировкой, приоткрыв рот.

— А твоя подружка Рейман была бы рада визиту Голобко, — шикнул я на Арину, которая раскрыла рот ещё шире. — И пасть закрой, а то… что-нибудь залетит.

Девушка лишь хихикнула и вернулась к своей работе связиста.

— Ладно, — вздохнул я. — Пускай прилетает. Пообщаемся.

— Чую, будет цирк с конями, — улыбнулась Диана.

— Ари, пиши адрес. И да, найди Хацкевича, Кинтану, Черепанова и Маркина, пусть идут ко мне в кабинет. Смирнова после обрадуем.

— Точно обрадуем? — спросила Диана.

— Точно-точно, — улыбнулся я. — Легальная возможность улететь на два — три месяца, а то и больше от только что родившей Довнарович дорого стоит.

Словом, Лиза Голобко попала с корабля на бал. В мой кабинет она зашла в сопровождении Вронковской, когда я заканчивал совещание со «старой гвардией». Ну как совещание, я им популярно объяснил, что, как ни крути, а офицерами им придётся становиться. Но они были не против. Тем более что здесь они задачи выполняли почти офицерские. Череп и Жмых не возражали и мысленно подсчитывали прибавку к жалованию. Кинтане был приятен сам факт высокой оценки его способностей, а Вадим пожал плечами и сказал, что у него так будет больше авторитета перед нынешними или будущими новобранцами.

— Ну всё товарищи, закругляемся, — сказал я, едва в дверях показалась Голобко. — Что делать, вы знаете, подробные планы получите у товарища Яковенко.

Будущие офицеры поднялись и стали покидать мой кабинет. Юля хотела было выскользнуть за ними, но я жестом попросил её остаться. Она безропотно прошла к шкафам, готовая в любой момент предоставить мне всю требуемую информацию.

— Здравствуйте, товарищ Голобко, — я даже приподнялся, приветствуя женщину, которая почти не постарела с нашей последней встречи. — Присаживайтесь.

Лиза спокойно села в кресло напротив меня, ничего не сказав, хотя по ней было видно, что она неприятно удивлена.

— Вы по какому вопросу? — спросил я. — Если вас интересует свежие данные из галактики Стрельца, то удобнее было бы обратиться к товарищу Темиргалиеву на Кадмию. Вся информация стекается к нему, а он более компетентен в вопросе, кому и что предоставлять. Я же вряд ли чем-то смогу помочь. Мне придётся отправлять запрос полковнику Тихонову.

— Валера, — тихо спросила она. — Это что комедия?

— Не понимаю вас, товарищ Голобко. Я лишь поинтересовался, чем смог заинтересовать научное светило такой величины, как вы. Лично мои способности к наукам недостаточно хороши, поэтому я и спрашиваю у вас, чем могу помочь.

Веко у Лизы начало подёргиваться. Первый признак грядущей бури и скандала, который она устроит.

— Кончай придуриваться, — раздражённо сказала она. — У меня к тебе дело.

В былое время я бы сдался, но не теперь. Как бы я ни был благодарен Елизавете Семёновне, за то, что она сделала для меня, но требовалось поставить её на место. Иначе так и сядет мне на шею, и ножки свесит.

— Изложите, пожалуйста, своё дело, а потом обязательно передайте товарищу Вронковской его в письменной форме.

Я показал на скромно притулившуюся у шкафа Юлю. Лиза взорвалась. Она орала на меня несколько минут и самым невинным в её речи в мой адрес было: неблагодарная свинья. Потом она устало свесила голову.

— Ты так мне за Ленку мстишь? — спросила она усталым голосом.

Я напрягся и посмотрел на Лизу пристально.

— В каком смысле? — хоть я и старался держаться, но мой голос дрогнул.