Дети Разума

И все же некоторой властью я обладаю", - подумала она.

Она просто обязана обладать силой, иначе с чего бы он говорил с ней так открыто? Они абсолютно незнакомы, и тем не менее он сразу открыл ей свое сердце? Почему? Зачем? Не только потому, что она должна была быть посвящена во все тайны. Наверное, почему-то еще.

Ну да, конечно. Он говорил с ней так открыто, потому что она никогда не встречалась с Эндрю Виггином. Может, Питер действительно всего лишь частичка природы Эндера, он - то, чего Эндер боится и что презирает. Но она не могла сравнивать их друг с другом. Каким бы Питер ни был, кто бы его ни контролировал, она была его ЛИЧНОЙ наперсницей.

А стало быть, она снова стала чьей-то служанкой. Она однажды уже была наперсницей Цин-чжао.

Она содрогнулась, как бы отбрасывая в сторону это грустное сравнение. "Нет, - упрямо заявила она себе.
– Это не одно и то же. Потому что этот бесцельно бродящий среди луговых цветов юноша не обладает надо мной властью. Он может лишь поведать мне о своей боли и надеяться на мое понимание.

И то, что я дам ему, я буду дарить от всего сердца, сама".

Она закрыла глаза и прислонилась к двери. "Да, - подумала она, - отныне я буду дарить сама. Но что я собираюсь дать ему? Именно то, чего он добивается, - мою преданность, мое почитание, мою помощь? Я растворюсь в нем. Но почему я иду навстречу его желаниям? Потому что, как бы он в себе ни сомневался, он все-таки обладает способностями привлекать людей на свою сторону".

Она снова открыла глаза и направилась через высокую, достающую до пояса траву к нему. Увидев ее, он остановился и стал ждать. Вокруг жужжали пчелы; над цветами пьяно порхали бабочки, в самый последний момент резко сворачивая в сторону, чтобы не врезаться в человека. Неожиданно взмахнув рукой, она поймала пчелу в сложенную чашечкой руку, а затем быстро, прежде чем та успела ужалить ее, кинула насекомое прямо в лицо Питеру.

Тот, совершенно ошеломленный и растерянный, принялся отбиваться от разъяренной пчелы, уклоняясь и отступая. В конце концов ему даже пришлось пробежать несколько шагов. Наконец пчела оставила его в покое и, сердито жужжа, снова вернулась к своим цветам. Кипя от злости, он повернулся к Ванму:

–  Это еще что за шуточки?!

Она захихикала. Не смогла сдержаться, настолько смешно он выглядел.

–  Замечательно, смейся, смейся. Вижу, я подобрал себе замечательную компаньонку.

–  Сердись сколько пожелаешь, - ответила Ванму.
– Но я вот что тебе скажу. Неужели ты думаешь, что где-то там, на Лузитании, айю Эндера внезапно подумала: "Ой, пчела!" и заставила тебя махать руками и прыгать, как клоуна?

Питер закатил глаза.

–  Ага, очень умно. Что ж, мисс Владычица Запада, ты определенно решила все мои проблемы! Теперь я вижу, что всегда был настоящим мальчишкой! А эти желтые башмачки с самого начала могли перенести меня обратно в Канзас!

–  В какой такой Канзас?
– спросила она, посмотрев на его ботинки, которые были отнюдь не желтого цвета.

–  Так, еще одно воспоминание Эндера, которым он со мной милостиво поделился, - проворчал Питер Виггин.

Сунув руки в карманы, он внимательно оглядел ее.

Она, не произнося ни слова, сцепила руки перед собой и наградила его таким же изучающим взглядом.

–  Ну, так ты со мной или нет?
– в конце концов поинтересовался он.

–  Ты должен постараться не грубить мне, - ответила она.

–  Этот вопрос урегулируй с Эндером.

–  Мне плевать, чья айю управляет тобой, - заявила она.
– У тебя есть собственные мысли, которые несколько отличаются от мыслей Эндера, - ты испугался пчелы, а он в этот момент даже не думал о ней, и ты это знаешь. Так что, какая бы часть тебя ни отвечала за твое поведение и каково бы ни было на самом деле твое настоящее "я", на передней стороне головы у тебя имеется рот, посредством которого ты будешь общаться со мной. Если хочешь, чтобы я помогала тебе, постарайся вести себя повежливее.

–  И пчел больше не будет?
– уточнил он.

–  Не будет, - кивнула она.

–  Тогда договорились. К счастью, Эндер подарил мне тело, которому наверняка будет больно, если пчела его" ужалит.

–  Пчеле тоже придется несладко, - заметила Ванму.

Он ухмыльнулся.

–  Знаешь, а ты мне нравишься, - проговорил он.
– И это меня бесит.

Решительным шагом он направился к кораблю.

–  Пошли!
– крикнул он ей.
– Посмотрим, что за информацию сможет выдать нам Джейн. Как-никак этот мир мы должны подчинить одним ударом.

Глава 2 "ТЫ НЕ ВЕРИШЬ В БОГА"

"Когда я следую вьющейся в половице тропе богов,

Мои глаза видят каждый изгиб жилки,

Но тело мое движется прямо к цели,

Поэтому те, кто смотрит на меня, считают, будто путь богов прям как стрела,

Тогда как я живу в мире, где нет прямых дорог".

Хань Цин- чжао, "Шепот Богов"

Новинья отказалась выходить к нему. Добрая старая настоятельница выглядела искренне расстроенной, сообщая Эндеру это известие.

–  Она вовсе не сердится, - объяснила настоятельница.
– Она просто сказала, что…

Эндер кивнул, понимая, что женщина сейчас разрывается между состраданием и честностью.

–  Не бойтесь, говорите все напрямую, - сказал он.
– Она моя жена, я уж как-нибудь снесу.

Настоятельница прикрыла глаза:

–  Насколько вам известно, я тоже замужем…

Конечно, ему об этом известно. Все члены ордена-Детей Разума Христова - "Ос Фильос да Менте де Кристо" - имели либо супругу, либо супруга. Таково было правило.

–  Я замужем и несколько разбираюсь, что можно говорить, а что нельзя. Вашей супруге известны такие слова, которых вы снести НЕ СМОЖЕТЕ.

–  Прошу прощения, тогда я скажу по-другому, - покорно согласился Эндер.
– Она моя жена, и я твердо намерен выслушать ее слова. Не имеет значения, переживу я их или нет…

–  Она говорит, что ей нужно закончить прополку, а на всякие глупые беседы у нее нет времени.

Да, Новинья вполне могла сказать такое. Она, наверное, твердит себе, что сейчас примеряет на себя одеяние Иисуса, но, ведь именно Христос поносил фарисеев, именно Христос жестоко высмеивал и издевался над своими врагами и друзьями. Не всегда он был мягким, обладающим бесконечным терпением человеком…

Но Эндер за свою жизнь выслушал немало колких слов.

–  Тогда чего мы ждем?
– пожал плечами он.
– Покажите, где у вас лежат мотыги.

Несколько секунд старушка-настоятельница изумленно взирала на него, но потом улыбнулась и провела Эндера в сад.

Вскоре, в рабочих рукавицах и с мотыгой под мышкой, он уже стоял в конце грядки, на которой работала его жена. Новинья, согнувшись под палящим солнцем, не отрывала глаз от земли; цепляя мотыгой корни сорняков, она вытаскивала их из земли и бросала рядом, под лучи жаркого, иссушающего солнца. Она; направлялась к нему.