Детка

Ничего. Спокойная жизнь того стоит.

Стараясь не загружать голову предстоящим вечером, я занялась основательной подготовкой. Для начала – спа– процедуры: пилинг, скрабы, маски, массаж, ванночка для ног, ванночка для рук, обертывание. В какой-то момент я даже немного задремала, сладко похрапывая от удовольствия. Счастье, конечно не в деньгах, но , сука, как же хорошо иметь возможность вот так разнежиться под умелыми руками профессионала.

Потом – салон красоты. Прическу я решила подобрать к стилю платья. Мне сделали замысловатый пучок, из которого выпустили несколько легких прядей, скользящих по шее. Челка неизменно прямая, немного прикрывающая линию бровей. Косметики минимум. Я знаю, Воропаев на дух не выносит «нарисованных» женщин. К тому же мои серые глаза, обрамленные длинными ресницами, итак привлекают внимание на фоне смуглой загорелой кожи. Немного блеска по губам, чтоб они сочетались с мерцанием страз на платье. Никаких кроваво-красных тонов, которые я так люблю. Сегодня все исключительно для Дена, только под его вкус.

Долго пришлось выбирать в магазине обувь. Она должна была идеально подходить к наряду. В итоге я остановилась на серебристых закрытых туфлях с таким высоким каблуком, что в какой– то момент засомневалась, возможно ли вообще в этом передвигаться. И наконец, негоже девушке по октябрю налегке бегать. Пришлось посетить известную сеть, занимающуюся изделиями из кожи и меха. Легкое манто из серебристого песца было куплено без малейших сомнений, потому что теперь образ выходил идеальным.

Закончив все приготовления ровно к назначенному времени, я вышла из гостиницы, и сразу увидела Леху, который, слава богу, догадался подогнать машину как можно ближе, иначе пришлось бы мне, задрав подол, скакать через лужи горной козой.

Мы проехали несколько кварталов ,остановившись напротив абсолютно нелепого, на мой вкус, здания в современном стиле, название которому трудно подобрать. Какое-то нагромождение кубических форм и полых сфер. Если архитектор что-то пытался донести окружающим своим творением, то мысль его, видимо, была слишком глубока.

На ступенях Большого концертного зала, которым значилась эта архитектурная страсть и где, оказывается, должно было состояться благотворительное мероприятие, уже маячил Забелин, нервно затягивающийся почти истлевшей сигаретой. Волнуется, бедолага.

Увидев знакомую машину, он щелчком пальца отправил окурок в ближайшие кусты и, опередив Леху, протянул руку, помогая мне выбраться из машины.

Я аккуратно выставила одну ножку, отчего разрез платья распахнулся до бедра, и позволила генеральному насладится открывавшейся картиной, а затем полностью вылезла из машины, элегантно явив свой лик миру. Королева даже посрать ходит по-королевски, а все люди, видевшие меня в эти дни, должны запомнить, что Елена Сергеевна Маслова конченая сука, но сука императорских кровей, которая ничего неподобающего сделать в принципе не может, ибо «не царское это дело».

– Значит так, – давала я последние инструкции кавалеру, – Не надо меня тащит к Воропаеву с настойчивым желанием представить. Мне нужно другое. Он подойдет и ты, Ванек, ненавязчиво нас познакомишь.

– С чего Вы взяли, что он подойдет? Мы с ним не настолько хорошо знакомы.

Я оставила вопрос Забелина без ответа, потому что, как только мы вошли внутрь просторного холла, где уже крутились представители местной элиты, и на руки услужливого кавалера упало меховое манто, мужик громко сглотнул за моей спиной, осознав, насколько был глуп несколько минут назад.

– Ваня. – Бросила ему через плечо, – закрой рот. Ты упустил свое счастье, отказавшись жениться.

Генеральный тряхнул головой, отгоняя наваждение и, вспомнив, что за красивым фасадом притаился злобный монстр, под локоток повел меня к основному месту событий

По залу, заставленному фуршетными столами со всевозможными яствами, прогуливались парочки местного бомонда, периодически образуя небольшие группы по интересам, а затем снова передвигаясь в хаотичном беспорядке…

Наше появление, естественно, привлекло всеобщее внимание. Большая часть мужчин с ненавистью уставились на Забелина, завидуя его сомнительному счастью и попутно гадая, откуда этот не хватающий звезд с неба мужик притащил такое чудо.

– Видишь, Ванечка, как их плющит жаба? А ты разбил мне сердце своим отказом.

– Знаете, Елена Сергеевна, вы, конечно, очень красивая и все такое, но я как-то не уверен, что ваше постоянное присутствие в постели стоит ежедневных нервотрепок и издевательств, а по-другому вы, по-моему, просто не умеете.

Я с уважением глянула на генерального. Силен мужик, не поддается соблазну, не продает дьяволу душу.

И тут от затылка к пятой точке побежали мурашки. Он здесь. Я чувствовала его присутствие всеми нервными окончаниями своего тела. Будь я собакой, шерсть на холке встала бы дыбом. Слегка обернулась, скользя глазами по окружающим.

Воропаев стоял в нескольких метрах от нас, стойко выдерживая висящую на его плече худосочную блондинку. Ясно… вкусы у нас все те же… Ну, прости, пора узнать, что жгучие брюнетки совсем не хуже.

В этот момент наши взгляды встретились. Он вздрогнул, будто не веря своим глазам, и медленно осмотрел меня с ног до головы. Даже, находясь на расстоянии, я видела, как его тряхнуло: скулы напряглись, а зубы сцепились с такой силой, что того и гляди рассыплются мелким крошевом. Рука, свободная от блондинки, машинально сжалась в кулак. Злые глаза испепеляли меня, наглую сволочь, посмевшую посягнуть на светлый образ. Только красиво очерченные губы по – прежнему улыбались холодной дежурной улыбкой, не позволяя окружающим видеть его истинное состояние. Естественно, а кто бы остался спокойным, когда на обычном, не предвещающем подставы мероприятии он вдруг видит непонятную особу, облаченную в платье, которое в принципе должно было существовать в одном экземпляре, и кроме того, было порвано его собственной рукой, еще той ночью, когда рядом была женщина, теперь благополучно обитающая на местном кладбище.

Я окинула Дена высокомерным взглядом, демонстрируя, что такое наглое поведение мне категорически претит, и снова повернулась к своему кавалеру, который, заметив нашу игру в «гляделки», немного напрягся.

– А теперь смотри, Ваня, ответ на твой вопрос, почему я так уверена, что он подойдет сам. Раз… Два… Три… Четыре..

– Привет, Иван Васильевич. Сто лет не виделись. Как дела?

Мурашки не просто бегали по спине, они маршировали, как на параде Победы, четким ровным строем снизу вверх и обратно. Этот голос я не слышала семь лет и глупо надеялась больше никогда не услышать

Дрессировка все же великая вещь. На уровне рефлексов собаки Павлова мое внутреннее «я» рвалось наружу, чтоб крутиться у его ноги, в ожидании вкусной подачки.

С вежливой улыбкой я обернулась к Воропаеву, внешне оставаясь совершенно спокойной.

– Твое появление, Иван, сегодня произвело впечатление, благодаря этой прекраснейшей из прекрасных созданий. Представишь?

– Конечно, – Генеральный четко выполнял мои указания, делая вид, что его не удивляет внезапный интерес будущего слуги народа. – Это – Елена Сергеевна, наш московский партнер. Прибыла вот на несколько дней, да прямо, как говориться, с корабля на бал. А это – Денис Вячеславович Воропаев, надежда города на стабильное будущее.

– Ну что ты, зачем так официально. – Воропаев, наконец, закончив все эти чайные китайские церемонии, обратился прямо ко мне. – Зовите меня просто Денис.

– Хорошо, тогда и вы зовите меня просто Лена. Очень приятно.

Леди протянула ладонь, чтоб по новомодному западному образцу завершить знакомство рукопожатием, однако Воропаев, аккуратно взял мои пальцы своими и поцеловал запястье. Еле сдержав реакцию, я мысленно материлась отборными словами, потому что от места, где коснулись его губы куда-то вниз живота побежал электрический разряд, взорвавшийся всплеском острого возбуждения. Сука! Ну почему ни хрена не изменилось за это время?! Пожелай он сейчас поиметь меня среди всего этого народа, мое внутреннее женское эго с радостью задерет подол.