Дева Ки, демон Шо. Том 1

Ки Шо снова посмотрел на колышки и на обрезки ремешков.

— Ты бы оделась, — напомнил он в результате.

— Да какая разница? — поморщилась Минь. — Ихэтуань вернется, все равно разденет. Я ему голая нравлюсь. Ты его не видел? Он на краю рощи сидел, медитировал. Да слушал, как я страдаю. Ему нравятся мои крики, а мне не жалко покричать.

— На краю рощи? — задумался Ки Шо. — Такой высокий, с длинными усами, в броне?

— Ага! — обрадовалась Минь. — У него еще меч цзянь на боку! Ихэтуань — мастер меча цзянь!

— Нет, не видел, — качнул головой Ки Шо. — Так, значит, вы бунтовщики?

Минь похлопала длинными ресницами, помолчала в затруднении. Задумчиво посмотрела на валявшихся помощников Ихэтуаня. И явно пришла в уме к какому-то выводу.

— Они бунтовщики. А я с ними увязалась.

— Зачем?! — поразился Ки Шо.

— А что я в деревне забыла? — рассердилась Минь. — Мы бедные, в горах живем, у нас неурожай! Все равно с голоду зимой все умрем! Вот Ихэтуаню и удалось мужчин на бунт поднять! Нам в любом случае не жить! А так я хотя бы наелась, нагулялась, налюбилась всласть!

— Это да! — вырвалось у Ки Шо. — А вы против чего бунтуете? Против погоды?

— Смеешься? — обиделась девушка. — Мы против равнинных бунтуем, против сытых и богатых! Вы тракты бережете — мы на них грабим у убиваем. А мосты ломаем! Вы рис садите, а мы его топчем! Вы…

— Понятно, — невежливо перебил Ки Шо. — Ты бы оделась. Нам уходить пора.

— Зачем? Скоро Ихэтуань вернется, его дождусь. А тебе точно надо бежать, Ихэтуань разозлится на то, что его помощников побил, и как махнет мечом! А он мечом буковый ствол толщиной в мою ладонь с одного раза перерубает!

— Я его не видел, — ровным голосом сказал Ки Шо. — И потому не боюсь.

— Сбежал! — расстроилась Минь. — Так и знала! Как услышал, что сюда идет корпус лучников, так и сбежал, нас бросил! Ихэтуань, он такой подлый, он уже третий раз бунт устраивает, а потом сбегает! Он и меня бросил, неверный!

Минь хлюпнула носом и побрела одеваться. А Ки Шо подумал и принялся проверять пояса и всякие секретные места в одежде помощников главаря бунтовщиков. Помощники — они на то и помощники, чтоб часть награбленного прикарманить, не так ли?

Догадка оказалась верной, и Ки Шо обогатился на несколько монет. Золотых, не нефритовых, но для любого крестьянина и одна золотая монета — неслыханное богатство.

Ки Шо припрятал найденное, поднялся и с сожалением признал, что он как-то быстро стал убийцей. Убийцей, дорожной шлюхой… и кем станет еще? С другой стороны, профессия убийцы оказалась очень денежной, таких богачей, каким являлся сейчас Ки Шо, у них в деревне никогда не бывало.

Внезапно Ки Шо вздрогнул, его словно холодной водой окатило. Уличная проститутка, убийца… напоминает начало одного невероятного списка, не так ли? Ки Шо очумело потряс головой и выкинул сомнения прочь. Он — и храмовая танцовщица? Или тем более демон?! Ну быть такого не может! Демонов не бывает!

— Мальчик, — раздался за его спиной неуверенный голосок Минь. — А почему помощники не приходят в сознание? Ты чем-то их ударил?

Ки Шо развернулся. Одетая в нарядное платье горожанки, Минь выглядела волшебно красивой. Хотя и голая смотрелась вполне себе ничего. Даже, пожалуй, эффектнее, чем одетая.

— Чем-то ударил, — оторвался от созерцания Ки Шо. — А где твои вещи? Сумка, корзина?

Девушка потупилась и стеснительно сложила ладошки на животе.

— Зачем мне уходить? — пролепетала она. — Я Ихэтуаня подожду. Это тебе надо идти, незнакомый мальчик.

— Ихэтуань сбежал, сама говорила! — напомнил Ки Шо.

— Он вернется за мной! — убежденно сказала девушка. — Живой или мертвый вернется! Потому что без ума от меня!

И Ки Шо ей сразу поверил. Значит, следовало уходить и искать по темноте другую буковую рощу. Наблюдать, как возвращается мертвый Ихэтуань, Ки Шо решительно не хотелось.

— Прощай, красотка Минь! — улыбнулся он. — Встреча с тобой — драгоценный огонь в серой мгле жизни!

Девушка польщенно улыбнулась, абсолютно правильно поняв его. Ки Шо тут же почувствовал себя дурачком-мужчиной, так что торопливо махнул ей рукой и зашагал сквозь наступающие сумерки подальше от соблазнов навстречу своей судьбе. Проститутка, убийца… кто еще?

Глава 10

Вбокквеллик для понимания общей ситуации

Инспектор Хай работал — сидел на террасе в резном кресле слонового дерева и задумчиво разглядывал краски закатного неба. Но вряд ли их видел — отряды бунтовщиков на окраине провинции не располагали к благодушию. Горожане жалуются — перекрыта торговля с соседями, без нее бедной горной провинции придется несладко. Земледельцы жалуются — уничтожается на корню урожай, и без него горной провинции тоже придется несладко! Даже «ночные работники» жалуются! Им, видите ли, взбесившиеся бунтовщики мешают поставлять дурманные травы для борделей столицы! Курьеров убивают, травы топчут! Кстати, столица… И император в ней.

Мастер Пинг вошел и почтительно склонился. Инспектор рассеянно кивнул ему на второе кресло. Не место и не время демонстрировать чинопочитание. Если не справятся с проблемой, головы им срубят обоим. В столице, при большом стечении праздного народа, а они в столице все праздные.

Причем проблема — не бунтовщики.

— «Оно» уходит по Южному тракту, — убежденно сказал мастер Пинг.

— Уверен? — поднял вопросительно бровь инспектор.

— Да, почтеннейший. Оно расправилось с главарем бунтовщиков Ихэтуанем особо жестоким и сверхъестественным способом. Это еще дальше по Южному тракту.

— А мои люди сообщили, что главаря бунтовщиков убили свои же, — равнодушно сказал инспектор. — Передрались из-за бабы. Выглядело именно так.

Мастер Пинг задавил гнев. Его люди?! В поездке принимали участие только бригадиры «ночных работников»! Ух, найдет он предателя! И ведь успел как-то доложиться первым!

— Но ты тоже мой человек, — так же равнодушно продолжил инспектор. — Я тебе верю. Докладывай.

— Да, выглядело, как результат обычной драки. Но мы воспользовались вашим методом, почтеннейший — вскрыли труп.

Инспектор Хай мгновенно утратил вид ленивого царедворца и теперь походил на тигра перед прыжком — такой же собранный, сосредоточенный на цели.

— У мастера Ихэтуаня оказался раздроблен позвоночник, — еле заметно усмехнулся мастер Пинг. — С такой силой его приложили об ствол. И это не могли совершить крестьяне-бунтовщики, никто не смог бы. Сил не хватило бы, главарь бунтовщиков был в броне. И еще Ихэтуань — не самый худший выпускник одной из наших боевых школ, мастер меча цзянь. У бунтовщиков он пользовался непререкаемым авторитетом. Никто не посмел бы предъявить права на его очередную любовницу, это полностью исключено. Но он сам иногда отдавал их подельникам для развлечения, когда надоедали. Так докладывают мои люди.