Девочка сталкера. Часть 2

Из губ Демида вырываются хриплый стон, затем еще один и еще.

— Ульяна, — выдыхает он мое имя, но вместо ответа я продолжаю начатое. И чувствую, как сильно мокро у меня между ног.

Я нереально возбуждена.

От одной только мысли, что я делаю это ему. Что мои ладони лежат на его бедрах, и я бесстыдно сосу ему. Своему врагу, которого еще утром ненавидела. Но который нереально возбуждает и которого так сильно хочу. И, что самое шокирующее, мне нравится это делать.

Но тут Демид тянет мои волосы наверх, заставляя подняться с колен.

Я тяжело дышу. Мои глаза затуманены, а рот полуоткрыт. Он тоже тяжело дышит. Целует меня, проникая языком так глубоко, как только можно, а потом снова усаживает меня на столешницу и разводит мои колени в стороны.

— Демид, нет, — ахаю я, когда понимаю, что он задумал.

— Мне надо в душ, мне…

Но его ладони властно и уверенно сжимают мои бедра, не давая свести колени, его лицо уже между моих ног. Он начинает…

Я не могу говорить или хоть как-то соображать…

Мне жутко неудобно, но также нереально восхитительно одновременно. Я бормочу что-то бессвязное, цепляюсь за его спину, и тут же, почти в тот же момент бесстыдно кончаю.

— Это работает в обе стороны, Ульяна, — шепчет Демид мне на ухо.

— Да, но ты не… — возражаю я, не открывая глаз, только чувствуя его губы на своем подбородке, щеке, возле уха.

Меня все еще пронзают волны удовольствия, и я никак не могу прийти в себя.

— Сейчас ты выпьешь свой чай, он, должно быть уже остыл, а потом мы поднимемся в мою спальню. Предлагаю принять ванну вместе.

Я послушно киваю.

— Знаешь, мне однажды приснилось, как мы вместе принимаем ванну, и это было…

Я на секунду запинаюсь, подбирая слово.

— Чувственно, — говорю, наконец, и открываю глаза.

Демид усмехается.

— Что ж, постараюсь, чтобы реальность тебя не разочаровала.

Я сглатываю.

А Демид уже передает мне в руки чашку.

— Выпей все.

— Спасибо.

Я начинаю пить отвар мелкими глотками.

— Мне, кстати, тоже такое снилось, — говорит вдруг Демид, и я чуть не давлюсь чаем.

— Да?

— Ты сидела расслабленно, облокотившись на меня и была очень соблазнительной. Я с ума сходил от желания зайти дальше и оттрахать тебя. Жестко. Чтобы ты кричала и извивалась подо мной, чтобы просила еще.

Я вспыхиваю.

И замираю, вспоминая как во сне бесстыдно подставляла свою грудь под его прикосновения. Он был чувственен, но сдержан, а на самом деле вот о чем думал.

— Это ведь был только сон? — уточняю я.

— Это был сон, который очень хочется довести до конца. Идем?

Демид забирает у меня пустую чашку, отставляет куда-то в сторону и, едва касаясь, проводит рукой по моим волосам. Убирает за ухо сбившуюся прядь.

Я приглядываюсь к нему.

Если бы он снова заговорил о любви или чем-то подобном, я бы, наверное, отказалась и сбежала. Но он предлагает только секс. Это то, от чего сложно отказаться, когда речь заходит о том, чтобы делать это с ним.

Поэтому я киваю.

Тогда он берет меня за руку, переплетая свои пальцы с моими, и тянет за собой наверх, в свою спальню.

Глава 19

Я открываю глаза и обнаруживаю себя в постели Демида.

Вспоминаю вчерашний вечер, как я пришла к нему в кухню и все, что последовало за этим. Как у меня сорвало крышу, и как Демид без лишних слов поддержал мое безумство.

В первый раз в жизни я просыпаюсь с утра в постели мужчины, да и в принципе в первый раз теряю голову настолько, что нарушаю все моральные устои. Не считая той близости между нами в квартире Демида и с ним же, у меня никогда не было подобного опыта.

Я закрываю глаза и вновь окунаюсь в водоворот волнительных впечатлений.

Мы занимались этим всю ночь. Демид был неутомим, а я… стыдно признаться, но я не отставала от него. Отключила мысли и полностью отдалась тому чувственному удовольствию, что опаляло меня от любого его слова или прикосновения.

Я снова открываю глаза и анализирую обстановку.

Под одеялом я полностью без одежды. Демид, по всей видимости тоже. По крайней мере, до пояса точно. Он спит, лежа на животе и я могу без стеснения рассматривать его мускулистую спину и красиво очерченные рельефные бицепсы. Не понаслышке знаю, что все, что находится ниже, и сейчас скрыто одеялом, у него тоже очень привлекательное и возбуждающее.

Я снова краснею при воспоминании о том, что делала вчера и чем мы с ним занимались всю ночь.

Сначала в мыслях проносятся картины того, что происходило внизу на кухне. Затем перед глазами предстают горячие образы, как мы вместе принимали ванну. Демид был настолько чувственен и нежен, что не передать словами.

А в довершение всего мы переместились сюда, и я как ненормальная стонала и кричала под ним на этой самой кровати.

Демид слегка шевелит рукой, и я сейчас же отворачиваюсь на другой бок, делая вид, что не разглядывала его только что.

И чувствую, как его ладонь ложится мне на бедро.

Я замираю, едва дыша.

— Я знаю, что ты уже проснулась, Ульяна, — произносит Демид и пододвигается ко мне сзади. Быстро, одним рывком.

Я сглатываю, когда понимаю, что угадала, он и правда без одежды. И снова заинтересован во мне.

— Демид, я… Я сейчас пойду к себе, — поспешно произношу я. — Если ты думал, что я… что мы…

— Да ничего я не думал, — перебивает меня Демид. — Мы хотели друг друга, и мы получили то, что хотели. О чем тут думать.

Его ладонь начинает поглаживать мои ягодицы, а щетина щекочет шею сзади.

— Сейчас я снова хочу тебя. Ты можешь уйти, а можешь остаться, позволить мне снова осуществить твои желания и просто наслаждаться моментом.

Его предложение наслаждаться моментом более, чем заманчивое, но…

— Демид, я так не могу, — говорю я.

Разворачиваюсь к нему и это является моей большой ошибкой. Потому что он тут же ложится на меня. Вжимает в матрас, накрыв своим тренированным телом, которым я только что любовалась, и прожигает своим взглядом. Когда он так делает, я абсолютно теряю всю силу воли.

— Демид, — жалобно шепчу я, но уже понимаю, что проиграла.

И мы снова занимаемся с ним сексом. Неторопливо, до дрожи чувственно, неистово.

Когда мы спускаемся на кухню, чтобы позавтракать, на мне надета одна из футболок Демида.

Потому что она просторная и длинная, а моя затерялась где-то в ванной комнате. И мне оказалось слишком лень идти ее искать или тащиться к себе в спальню за новой.

К тому же он сказал, что ему будет приятно, если на мне будет его вещь. А мне захотелось узнать, что я сама почувствую при этом.