Девочка Стального

Внутри нас уже поджидал мистер Ли – правая рука Юлдузова. При виде меня старый кореец поднялся и, удерживая холёными руками дорогой кожаный портфель, низко поклонился. Будто выказывал уважение. Но я давно знал, что этот хитрый человек уважал лишь одно – деньги. А точнее, очень большие деньги. И присутствие секретаря подтверждало мои подозрения.

– Я благодарен за вашу заботу, – попытался избежать открытого отказа. – И смею заверить, что решу проблему за пару дней. Как вы знаете, завершение сделки на следующей неделе…

– Ты поступишь умно, – Тарик улыбался так, как скалятся волки, – если будешь держать на счёте сумму, как минимум равную сумме сделки. А лучше в два раза превышающую её. Или ты наивно предполагаешь, что информация о твоей ситуации пройдёт мимо чужих ушей? Достаточно сомнения в твоей платёжеспособности!

К концу фразы он повысил голос, уголки губ мужчины опустились, а кулаки сжались. Я с усилием сдержался, чтобы не поступить так же. Ни Тарик, ни я не отличались чрезмерной сдержанностью, поэтому стоило быть ещё осторожнее.

Как нельзя кстати пиликнул телефон. Сообщение от брата было лаконичным, что выдавало его крайнее волнение.

– Прошу простить, – отступил я и принялся набирать ответ. – Это срочно.

«Юлдузов пытается наложить лапу на сделку, – ответил Кариму. – Пока держу оборону».

«Злится, что мы обошли его на торгах?»

«Уверен, всё ещё хуже».

Убрал телефон и, скрестив руки на груди, мрачно посмотрел на мужчину.

– Мой дорогой, – мгновенно сменил тон мой так называемый покровитель. – Боюсь, ты неверно понял моё предложение. Удели мне пару минут, и я объясню.

Он хлопнул в ладоши, и в гостиную тут же вбежали женщины. Столик мгновенно запестрел множеством закусок, засверкали хрустальные бокалы, а Тарик заботливо принял из рук слуги запотевшую бутылку.

– Я за рулём, – предупредил, не желая ничего принимать из рук Юлдузова.

– Я приготовил тебе подарок, – не обращая внимания на мои слова, протянул мужчина. Откупорив бутылку, он наполнил два бокала. – Сумма, в десять раз превышающая ту, что нужна для первого этапа сделки. С таким активом ты не только вырастешь из этого городишки, но и прикупишь себе новый… Где-нибудь в Европе.

Подхватив один из бокалов, он уселся на кожаном диване светлого оттенка и кивнул мистеру Ли. Секретарь тут же открыл чемоданчик и выудил документы. Я мазнул безразличным взглядом по сумме и уточнил:

– Подарок?

– На свадьбу. – Отпив, Тарик удовлетворённо цокнул языком. – Для меня не секрет, что Дина без ума от тебя, Сабур. И я не против ваших отношений… А я весьма разборчив!

– Какая честь, – невольно скривился я.

Худшие подозрения подтвердились. Дина ли рассказала о краже, или у Юлдузова и без неё длинные руки и уши в любой организации, но мне бросили наживку и теперь ожидали, что я с радостью проглочу крючок.

Вот только Стальным меня не за серые глазки прозвали.

Я тоже виртуозно играю на чужих слабостях.

– Достойный подарок. – Присев, я поднял бокал и отсалютовал «тестю», но не пригубил и капли. – Но боюсь, Дина может почувствовать себя проданной. Я слишком дорожу вашей дочерью, чтобы допустить такой удар по самолюбию девушки.

Судя по тому, как побелели пальцы Тарика, удар мой достиг цели. Спрятав усмешку, я поставил бокал на столик и продолжил деловым тоном:

– Предлагаю следующее. Вы размещаете данные средства на депозитном счёте, на который я могу ссылаться при сделке. А когда Дина ответит на мои чувства, то…

Намеренно не стал договаривать, не желая загонять себя в какие-либо рамки. Мой крючок был не столь изящным, а приманка не скрывала его полностью, но большая и опасная рыба с радостью щёлкнула зубами.

– Договорились!

Выходя из дома Юлдузова, я едва не насвистывал. Желание Тарика поскорее выдать замуж непокорную дочь сыграло мне на руку. Никто не посмеет вмешаться в нашу сделку…

Осталось только расколоть бухгалтершу и вернуть деньги.

Терять свободу в мои намерения не входило.

Глава 8

Ева

Когда Стальной ушёл, в офисе повисла напряжённая тишина. Я не выдержала первой.

– Карим, я не делала этого.

– Расскажи нам всё, – неожиданно сурово потребовала Дилара. Она присела на ручку кресла, в котором уместился её муж, и прищурилась. – Ничего не утаивая.

– Мне нечего таить! – вскрикнула я и тут же спрятала лицо в ладонях. – Простите… Всё навалилось. Моя жизнь рухнула за несколько часов.

Пока они слушали мою историю, в офис несколько раз заглядывали сотрудники Карима, но он отсылал всех движением руки. Босс ни разу не перебил меня, а вот его жена порой ахала. А когда речь зашла о малышке Злате, которую отобрали у меня, то и вовсе прижала ладони к губам. Глаза Дилары наполнились слезами.

Я знала, что у неё самой дочь и сын, которому нет и года, поэтому постаралась смягчить этот момент, но, кажется, её ранила горечь, которой были пропитаны мои слова. Женщина не выдержала, вскочив, подбежала ко мне и обняла.

– Бедняжка…

– Дилара, – осадил её муж и грозно посмотрел на меня. – Я склонен верить тебе, Ева. Но ты должна понимать, что твоя история звучит немного неправдоподобно. Почему квартира вдруг оказалась оформлена на мачеху Юрия? Насколько я понял, он терпеть не мог жену своего отца.

– Сама не знаю, – вздохнула я. Рассматривая свои грязные ладони, прошептала: – Но это страшная женщина. У меня нет доказательств, но она точно связана с наркотиками. Деньги, связи… Уверена, что документы она купила! Однушка маленькая, но дом расположен в центре города, на рынке недвижимости стоимость этой квартиры равна домику на окраине.

– Держи. – Дилара протянула мне пачку влажных салфеток. – А почему она раньше не отобрала квартиру?

– Если бы я знала, – оттирая грязь, вздохнула я. – Она так обрадовалась, когда я позвонила и спросила про Юру. Будто заранее приготовилась и долго ждала шанса…

– Хм. – Карим постучал пальцами по столу.

– Надо бы проверить эту даму, дорогой, – осторожно вставила Дилара.

– Уверен, ею уже занимаются, – хищно ухмыльнулся её муж и глянул на часы. – Что-то он долго…

Уткнулся в сотовый, а Дилара мягко пообещала мне:

– Мы во всём разберёмся. Не волнуйся. Если ты ни в чём не виновата, мой муж не даст тебя в обиду. Кстати, у меня есть знакомая в центре опеки и…

Я подалась к ней, забыв, как дышать, и боясь пропустить хоть одно слово, как Карим воскликнул в гневе: