Девушка с пистолетом "ТТ"

– Конечно. Но я не вправе обсуждать их с вами.

– Меня не интересуют детали. Только основные направления. Вам известны представительства «Мидаса» в нашем регионе?

Ворохов вздохнул, поискал глазами, где бы присесть, и опустился в коричневое кресло с широкой дугообразной спинкой. Он кивнул Рачеку, предлагая садиться, но тот отрицательно качнул головой и остался стоять, облокотившись на отделанный серым шлифованным камнем край камина.

– Известны, - согласился Дмитрий Александрович, доставая плоскую пачку «Собрания».

– Как они ведут себя сейчас?

– Подтверждают свои претензии и полностью отрицают причастность к происходящему.

– Этого и следовало ожидать. Но, насколько они активны в легальной сфере?

Ворохов закатил глаза.

– Более чем. Они атакуют нас со всех сторон.

– Вы надёжно защищены?

– Пока да. Но, кто знает, что будет через сутки.

– Так используйте эти сутки.

Дмитрий Александрович усмехнулся, задвигался в кресле, озираясь по сторонам, хотя, кроме них и застывшего Ромы, в комнате никого не было, и сказал, понизив голос:

– А вы думаете, господин… э-э…

– Рачек. Вадим Петрович.

– Вы думаете, Вадим Петрович, мы сидим, сложа руки? Наши лучшие специалисты направлены на выявление их связей и делают всё возможное, чтобы нарушить их. Мы пытаемся проникнуть в сферу влияния «Мидаса», и я надеюсь, что нам удастся это сделать, хотя бы частично. Полностью дезорганизовать их процессы мы не сможем, но крови попьём изрядно.

– Вот на это и нацеливайте всех, - тихо произнёс Рачек. – Чем больше вашим конкурентам придётся обороняться, тем меньше сил останется у них для нападения.

Ворохов стряхнул пепел в очаг камина. Кожа на его щеках была такой же серой, как этот пепел, и, глядя на него, Рачек вдруг понял, что за показной бодростью и деловитостью этот человек скрывает смертельную усталость от груза, лежащего на его плечах уже второй день.

– Вы что же думаете, Вадим Петрович, - так же тихо ответил он, - мы не знаем, что нужно делать в первую очередь? Мы же не вчера пришли в этот бизнес. Будьте спокойны, всё, что можно сделать, мы делаем. Но, если они примутся за наших людей, я имею в виду рядовых исполнителей, и начнут убивать их одного за другим, вы представляете, что тогда начнётся? И Алина тоже. Если её… В общем, это такой рычаг, который перевернёт всё. Поэтому я и забочусь о безопасности. И считаю, что нужно усилить охрану.

– Усиление охраны – это всего лишь защита. Полумеры. Вам следует собрать всех своих специалистов в одном здании на ближайшие несколько суток, чтобы не распылять людей Соломина на несколько объектов. Тогда свои основные силы он сможет направить на поиск и нейтрализацию активного противника.

Дмитрий Александрович выпустил бледно-голубую струю ароматного дыма.

– Ну, вы – специалист. Если вы так считаете, и Артём Константинович согласен с вами… Но, учтите, они начали весьма серьёзно. Лапикуро и Порхун уже на их счету. Если они начнут двигаться выше…

Ворохов замолчал, не уточняя, кого он имел в виду под словом «выше».

– …В общем, если к возвращению Владимира Фёдоровича ещё что-нибудь произойдёт, он будет очень недоволен. И последствия этого будут неприятными. Крайне неприятными.

Дмитрий Александрович остро взглянул на Рачека и добавил:

– И, заметьте, я не угрожаю, а просто предупреждаю вас. Вы не знаете Владимира Фёдоровича.

– Судя по вашим словам, я немногое потерял, - сказал Рачек.

Ворохов вздёрнул подбородок, но тут в зале появился Соломин с раскрасневшимся лицом, на котором кое-где виднелись следы сажи.

– Два заряда, - сообщил он. – Средней мощности. Ущерб небольшой, скорее предупреждение, чем боевая акция. На психику давят, сволочи.

– Где люди? – спросил его Рачек.

– Все на местах. Каждый на взводе после происшедшего, сами понимаете. Так что, напоминать о бдительности никому не нужно. Сейчас сюда и муха не залетит.

– Я вот говорил сейчас с Вадимом Петровичем по поводу того, чтобы нам взять ещё людей, - подал голос Дмитрий Александрович. – Как вы смотрите на это? Лишняя охрана нам, я думаю, не помешает?

Рачек промолчал, но лицо его ясно выражало отношение к этому. Он всегда старался опираться только на свои силы, прибегая к посторонней помощи лишь в исключительных случаях, когда без этого нельзя было обойтись. Новые люди подчас могли создавать проблемы, порой самые неожиданные, в самые неподходящие моменты.

– Не думаю, что они нам понадобятся, Дмитрий Александрович, - ответил Соломин.

У него были свои причины для отказа. Последние события выбили почву из-под ног Соломина и изрядно пошатнули его положение. Теперь ему предстояло заново доказывать свои профессионализм и компетентность, а привлекать дополнительных людей – всё равно, что расписаться в собственной несостоятельности.

Глаза Ворохова застыли, лёд отчуждённости заблестел в его взгляде.

– Смотри, Артём Константинович, - переходя на «ты», процедил он. – Моё дело предложить. Теперь вся ответственность на тебе. Послезавтра будешь отчитываться перед хозяином.

И без того красный Соломин побагровел ещё больше.

– Буду, - буркнул он, понимая, что в случае плохого расклада, через два дня ему предстоит стать козлом отпущения.

– Вот и ладно, - подвёл итог Ворохов, поднимаясь с кресла. – Я - в банк, а оттуда - в контору. Дай мне ещё человека. На всякий случай.

Соломин кивнул.

– Там Полурад внизу. Скажете ему, пусть едет с вами.

Ворохов сделал знак Роману следовать за ним. Соломин проводил их хмурым взглядом.

– У вас сажа на виске, - сказал ему Рачек и протянул платок.

– А-а… Спасибо, - отказался Соломин и, вынув из кармана свой, принялся яростно тереть щеку, будто сгоняя на ней злость.

– Артём Константинович, - мягко произнёс Рачек, - мы с Алиной уйдём отсюда. Сейчас нам в «Ягуаре» подыщут квартиру, и мы отправимся туда. Но, для этого я съезжу в агентство, отчитаюсь перед шефом. Это на час-полтора, не больше. Пусть это время она побудет здесь, присмотрите, чтобы всё было в порядке.

– Ладно, - ответил Соломин. – Людей вам дать?

– Не нужно. Я возьму двух человек из наших, они будут прикрывать улицу. А вас я попрошу о другом.

Соломин вопросительно посмотрел на него.

– Как нам с Алиной выбраться отсюда, чтобы не привлекать к себе внимания? Моя машина отпадает, они её уже знают.

– Вы хотите выехать отсюда вдвоём с нею? Без охраны?

– Именно.

По выражению лица Соломина Рачек догадался, о чём он хочет сейчас сказать, поэтому поспешно добавил: