Девушка с планеты Эффа

Хоррэл молчит, но я чувствую, что он не во всем со мною согласен. Чтобы заставить его высказать свою точку зрения безо всяких уверток, задаю ему лобовой вопрос:

– Ну, а сам-то ты веришь, что девушка с Эффы?

– Видишь ли...
– не очень уверенно начинает Хоррэл, но я перебиваю его с иронической улыбкой:

– Ладно, можешь не продолжать. Знаю, что скажешь. Подожди тогда, пока Рэшэд окончательно докажет это. Зачем тебе рисковать, высказывая собственное мнение в такой неопределенной ситуации?..

Сказав это, я торопливо ухожу, не ожидая возражения Хоррэла. Конечно, то, что я сказала ему, жестоко, но я ничего не могла с собой поделать. Чрезмерная рассудительность и осторожность моего брата вывели меня сегодня из терпения.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Рэшэд, обычно спокойно относившийся к выступлениям своих оппонентов, на этот раз, в связи с появлением статьи Джэхэндра, решает объяснить нам кое-что. Как только мы появляемся в лаборатории, он входит в центральный зал и спрашивает нас безо всяких предисловий:

– Читали?

Мы догадываемся, о чем идет речь, и угрюмо отвечаем:

– Читали...

– Ну и как? Поверили?

– Ни единому слову!
– горячо восклицает за всех наша молоденькая лаборантка.

– Вот и напрасно, - улыбается Рэшэд.
– Насчет увеличения углекислого газа в атмосфере Эффы - все правильно.

– А насчет вулканической деятельности?

– В этом сомневаюсь.

– Чем же тогда объяснить увеличение углекислоты?

– Войной.

– Войной?!
– удивленно восклицаем мы хором.

– Войной, - спокойно повторяет Рэшэд.
– Большой войной, охватившей все континенты Эффы. Такой войной, которая была когда-то и у нас, но, пожалуй, еще больших масштабов. У нас просто не было тогда такой военной техники, какой, видимо, обладают обитатели Эффы. Во время такой войны, какую они ведут или вели несколько лет назад, должны день и ночь грохотать сотни тысяч, если не миллионы, орудий, рваться мощные взрывчатые вещества, взлетать на воздух склады с боеприпасами и горючим, полыхать в гигантских пожарищах леса, города и села. Не сомневаюсь, что в результате этого атмосфера Эффы могла быть перенасыщена углекислым газом. Во всяком случае, выделение углекислоты в результате деятельности промышленных предприятий Эффы не может идти ни в какое сравнение с этим.

Мы молчим, потрясенные объяснением Рэшэда, Вез мы родились в мире, давно забывшем о войнах, и о подобных бедствиях знаем лишь по учебникам истории. Нам страшно даже подумать, что разумные существа могут убивать друг друга, жечь города, уничтожать плоды собственного труда.

– Как же они могли дойти до такого варварства?
– наивно спрашивает юная лаборантка.
– У них ведь такая высокая техника... Можно ли, обладая такой техникой, убивать друг друга?

Мы растерянно улыбаемся, вопросительно смотрим на Рэшэда. Нам тоже кажется это невероятным.

– Вас смущает то обстоятельство, что история Эффы не похожа на нашу?
– спрашивает Рэшэд.
– Но в таких случаях не следует искать аналогии. Это рискованно, ибо аналогия в развитии общественного строя разумных существ, по-моему, менее вероятна, чем сходство анатомического развития разумных существ Эффы и Джуммы. В первом случае движение вперед осуществляется ведь не столько за счет эволюции, сколько вследствие революции. Тогда как в развитии живых существ преобладает главным образом эволюция, проследить и даже предвидеть которую гораздо легче, чем социальную революцию.

– Но что же у них все-таки?
– нетерпеливо спрашивает кто-то из лаборантов.
– Разве не такое же справедливое общество, как у нас?

– Какая уж там справедливость, - безнадежно .машет рукой юная лаборантка, - когда они там все еще воюют...

Мы улыбаемся ее наивности, а Рэшэд замечает совершенно серьезно:

– Да, весьма возможно, что их основные социальные лагери все еще находятся в состоянии войны друг с другом. По мнению крупнейшего нашего антрополога, обитатели Эффы прошли в своем развитии значительно больший эволюционный путь, чем мы. Видимо, и история их общества сложнее нашей. Те исторические этапы, через которые у нас прошли лишь отдельные страны, у них, очевидно, не миновало подавляющее большинство стран.

– Может быть, у них совсем не было никаких революций?

– Без революций они вообще не смогли бы развиваться. Думаю даже, что в некоторых их странах произошла уже и такая революция, которая установила общественный строй, подобный нашему.

– При котором каждый удовлетворяет все свои потребности?

– Ну, пока, может быть, и не все. Вряд ли могли они добиться такого благосостояния, тратя огромные средства на оборону.

– На оборону? ..
– недоуменно вопрошает кто-то. Нам не легко представить себе такое существование, при котором нужно от кого-то обороняться.

– А может быть, в результате последней войны на Эффе победила наконец наиболее передовая часть их общества?
– с наивной надеждой смотрит на Рэшэда наша юная лаборантка, будто он в состоянии ответить на этот вопрос.
– Может быть, у них уже всеобщий мир на всей планете?

– Да, может быть, - соглашается Рэшэд.
– Мы будем теперь еще внимательнее наблюдать за их планетой, и я не сомневаюсь, что вскоре кое-что нам удастся уточнить. Теперь, когда известно, что на Эффе обитают не динозавры, а разумные существа, мы уже не имеем права оставлять ее без внимания.

– Значит, на Эффу пошлют наконец Первую Звездную?

– Вопрос этот окончательно не решен пока, - отвечает Рэшэд, - но я надеюсь, что пошлют.

Всю остальную часть дня я провожу под впечатлением этого разговора с Рэшэдом. Мне все еще не верится в его версию истории Эффы. Может быть, увеличение углекислого газа в ее атмосфере было все-таки результатом не войны, а вулканической деятельности?..

Захожу к брату, чтобы узнать его мнение. Хоррэл, как всегда, тянет с ответом. Не тороплю его - знаю, вопрос не из легких.

– Пожалуй, Рэшэд прав, - задумчиво произносит он.
– Я тут тоже произвел кое-какие расчеты... Такое увеличение углекислоты, какое было зафиксировано на Эффе десять с лишним лет назад, вполне может быть результатом большой войны, охватившей всю их планету.

– Выходит, что приведенные Джэхэндром факты не сработали против Рэшэда?

– Видимо, Джэхэндр просто не потрудился сделать всех необходимых расчетов, прежде чем опубликовать свою статью, хмурится Хоррэл.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ