Дежавю

– - Наконец то, у нас появилась возможность выжить. – прошептала я , и выдохнула.

– - Держись девочка моя, все будет хорошо. – Алекс подхватил меня на руки и побежал к машине.

Я пыталась сдержать крики боли, но не могла. Мой живот встал комом, такой тонус мышц, казалось он просто лопнет сейчас. Слезы, пот, волосы все перемешалось на моем лице. Алекс мчался на своем внедорожнике, обгоняя все машины по трассе. Видя меня в таком состоянии, пытался говорить, успокоить. Руку положил на живот и стал гладить. Я ужасно хотела пить, утомилась от всех этих схваток. Мне показалось, что боль уже не чувствую. Состояние было предобморочное, все расплывалось в глазах, шум в ушах, и ужасно хочется спать.

– - Хлоя, ты меня слышишь? Держись, говори со мной. – Алекс, волнительно говорил, глядя на меня.

– - Это настоящий дьявол, внутри меня. – я пыталась смеяться облизывая пересохшие губы.

Волна боли опять начинала подниматься, но сейчас все тело напряглось и ощущение тысячи ножевых ударов в одно место, накрыло с головой. Я закричала, и обхватила живот руками. Слезы полились новым потоком. Чувство тепла между ног привлекло мое внимание. Руку прислонила к промежности, подняла и увидела кровь.

– - Алекс! – я прокричала и замерла в шоке.

– - Все хорошо, будет все хорошо. Доверься мне.- сказал он. Пытаясь скрыть страх, который отобразился на лице.

 Меня всю начало знобить, руки тряслись. Боль отпустила, теперь только тепло распространялось подомной.

– - Обещай мне, что сделаешь все, что бы спасти ребенка. – я тихо шептала, проглатывая комок в горле.

– - Прекрати, что за мысли. Я не подпущу к тебе смерть. – твердо ответил Алекс.

– - Елена отдала свою жизнь, ради меня. И я хочу что бы мой сын жил. Его зовут, Девил. Позаботься о нем. Расскажи про меня все, как я любила его, как ждала встречи нашей. Пообещай мне. – я шептала и плакала, сжимая его руку.

– - Ты сама все ему это скажешь, мы почти на месте. – он тихо говорил.

– - Алекс! Я не шучу, пообещай мне! – я кричала и плакала.

– - Обещаю. – тихо ответил он.

 Дышать все труднее, мало воздуха. Но боли нет, она исчезла. Кости не тянут, все тело как вата, которое я не чувствую. И шевеление ребенка тоже. Страх за своего сына , вырывался всхлипами. Молилась только о нем, просила всех богов не забирать его. Он еще совсем маленький, и беспомощный, вся жизнь впереди. Холодно, очень холодно. Хочется спать, я понимаю что проваливаюсь в какой то сон. Где то далеко, слышны крики Алекса, он постоянно кому то звонит. Первый раз вижу страх в его глазах, он никогда не нервничал так. Его руку я уже не могу сжимать, нет сил. Он меня постоянно окрикивает, но я не реагирую. Глаза закрыла, как хорошо. Я ничего не чувствую, не вижу, не слышу. Только где то стук сердца, эхом пробивается по всему телу. Крепкие руки Алекса подхватывают меня и несут куда- то, что то он мне говорит, не могу разобрать. Голова тяжелая, свисает с его плеча, руки и ноги как плети тянутся к земле. Только бы мой ребенок жил, я не боюсь смерти, готова уйти, но мне нужны гарантии .

Глава 38.

Сколько прошло времени неизвестно, только когда открыла глаза увидела белый свет. Вернее все белое, потолок, стены, свет в палате из окон со шторами, тоже такого же цвета. Голова болела ужасно, шум в ушах какой то. Я не понимала где реальность, а где сон, который как мне казался был ужасным. Спутанность сознания, напрягала . Тошнило, мутило, так было у меня после отравления. Во рту все пересохло, казалось что язык прилип к небу. Дрожь и озноб всего тела, мне хотелось свернуться комочком и обхватить себя руками. В голове пронеслись все последние события, и я «ахнула», это все не кошмар. Широко распахнув глаза, и вздохнув полной грудью, я в красках вспомнила свое утро. Руки положила на живот, и ужаснулась, он плоский. Неприятные ощущения при прикосновении, что то приклеено. Подняла голову и увидела, свежий шов, вдоль линии живота просвечивающий сквозь бинт. Чувство опустошения, паника, внутри меня пусто. Что с ним? Ужасные мысли одна за другой, проникали в сознание. Есле я тут, где мой сын. Слезы покатились из глаз. Еще недавно мы были вместе, одним целым, я его чувствовала, разговаривала с ним, мечтала о нашей встрече. Где он, мне нужно срочно его увидеть. Задыхалась от паники, в ужасе металась взглядом по палате. Часть меня оторвали и не сказали, что с этим делать. Тревога нарастала, я пыталась встать, только не чувствовала ног. Плакала от беспомощности, но карабкалась сквозь боль.

– - Алекс!- пыталась кричать, но в горле все пересушено, и получалось глухо. – Кто нибудь, помогите. – продолжала я.

Тишина. Никого и ничего. Мои крики продолжались уже более уверенней и громче.

– - Все хорошо, Хлоя, не вставай. – Алекс, забежал в палату, и опустил мою голову на подушку.

Я посмотрела на него, в глазах больше не было того страха и тревоги. Алекс, улыбнулся мне, своей мягкой легкой улыбкой. Рукой убрал локоны с моего лица, и посмотрел на дверь. Я не понимала, что происходит. Почему он молчит, сердце вырывалось из груди. Последовав его примеру перевела взгляд на дверь. В проеме показался Хардин, на руках у него был маленький сверток, замотанный в белое махровое полотенце. Детский крик, вернее неумелый плач, звонко окутал всю палату. Я замерла, умиление, восторг, и конечно же облегчение пронеслось по всему телу, все хорошо, мой малыш в порядке. Расслабилась, посмотрела на Хардина с улыбкой и слезами радости. Он держал сына на руках, и рассматривал его каждую черточку. Я протянула к нему руки, не терпелось обнять и прижать к себе этот комочек счастья.

– - Дай мне его.- прошептала я.

Хардин подошел ближе и передал ребенка мне. Все внутри трепетало, сердце билось. Какой он маленький, беззащитный, теплый и такой родной. Темные волосики, бровки и реснички, глазки закрыты. Носик кнопочкой, двигался так мило, ему что то не нравилось явно. Губки бантиком приоткрыты, которые издавали звуки, приятные для моих ушей. Нежная белая кожа, уже на вид я понимала какая она гладкая. Смотря на самое дорогое и долгожданное чудо, я поняла, что сделаю все для него и даже больше. Моя жизнь теперь нечто, ничего не значит, и я бы отдала ее не задумываясь, ради этого человечка. Слезы радости катились по моим щекам. Я счастлива, безумно. Вроде бы, готовилась к встречи с ним, ждала, переживала, не спала ночами, но сейчас в минуту все началось с чистого листа. Эти новые чувства и ощущения, волнение, миллион мыслей. Что будет дальше? Как стать лучшей мамой? Как его защитить от суровой реальности. Нас теперь трое, мы семья. Я поцеловала легонько его в лобик, и ощутила такую эйфорию. Нежность ангела, запах непередаваемый, что то новое, то чего мне нахватало. Запах моего ребенка.

– - Привет, Девил, мой мальчик! Я твоя мама, все хорошо. Теперь мы всегда будем вместе. – нежно шептала я сыну, и гладила его по голове и телу.

Он словно понимал меня, стал открывать глазки и шевелить губами, кряхтя при этом. Синий цвет, проскользнул в его мимолетном взгляде. Наследственность цвета глаз перешла к нему от меня, от Артура. Моя улыбка не сходила с лица, все так трогательно и мило. В этот момент, я поняла почему мой биологический отец поступил так со мной. Он хотел защитить меня, любым способом, даже есле это стоило ему разлукой длинною в жизнь. Я попросила всех выйти из палаты, мои груди наполнились и ныли от прилива молока. Да и мой малыш, рефлекторно открывал ротик в поисках еды. Прикладывание к груди, это очень эмоциональный процесс. Контакт дитя со мной, прошел успешно. Столько тепла и счастья происходит в этот момент. Я и представить не могла, что можно быть такой счастливой. Нежно гладя сына по голове, успокаивающе говорила нежные слова, он при этом кушал молочко. Мне казалось, что в таком положении и состоянии, я могла просидеть вечно. Девил уснул, сладко двигая губами.

– - Он прекрасен, я так тебе благодарен. – голос Хардина ,вырвал меня из мыслей. – Как ты себя чувствуешь? – продолжил он.

– - Я? Да все хорошо вроде. Держа на руках сына, забывается все плохое. Мы справились с самым сложным. – улыбнулась ему.

Он подошел и начал забирать ребенка у меня.

– - Нет! Пусть он спит у меня на руках. – волнительно сказала я, и прижала сильнее к себе.

– - Милая, ему необходимо поспать. От тебя жарко и некомфортно. Кроватка стоять рядом будет. Все хорошо, успокойся. – Хардин говорил со мной, как то странно.

Передав ребенка ему, я посмотрела на свое тело. Онемение прошло, ногами могу двигать. Дискомфорт в животе отступил. Проведя рукой, шов уже не кровоточил и почти зажил. Хардин увидел мои исследования по телу, взял за руку и сел на край кровати.

– - Ты нас всех напугала. Столько крови, я не видел никогда. Алекс привез тебя в больницу, уже без сознания. И спасибо огромное, ему, он не раздумывая и не удивляясь ничему, заставил всех начать оперировать. Мы боялись, что твоя способность быстрой регенерации тканей , помешает кесареву сечению. Страх потерять тебя и малыша, нависал над нами. – он тихо говорил, смотря на меня.

– - Но все же обошлось , без последствий? – неуверенно спросила его.

– - Я оказался слабым, признаюсь, что есле бы не Алекс, то все могло быть хуже. – он отвел глаза и отпустил мою руку. – Он не согласился с явным исходом положения, либо ребенок либо мама. Угрозами и запугиванием, оставил медиков без права выбора. А я походу согласился бы. – его голос затих.

– - Ты плачешь? – спросила я.

– - Да, я жалок. Как можно быть в ответе за чью то жизнь, есле я не могу за себя решить. Когда приехал в больницу, то просто стоял и смотрел на всю эту панику. Ты умирала, мой ребенок не мог родиться. А я просто закован в страхе, нахожусь в ступоре. Даже не за вас, а за себя. Как я буду один, как справлюсь с такой потерей. – он ходил нервно по комнате с бешенными глазами.