Диалог в ходе эксперимента

— Вот именно. На нём первом тиран удовлетворил своё любопытство.

— Однако ты циник.

— Ну-ну! Я просто Чёрт. А потом — столько времени провести среди твоих сапиенсов и не стать циником…

— Бедняга! Тебе скоро предстоит с ними новое свидание. Не надоело?

— Нет, о чём ты! Каждый раз столько нового…

— Кстати, университет, о котором ты говорил, он где?

— В Болонье, на севере Италии.

— У тебя нет какого-нибудь атласа? Я хочу посмотреть на карту.

— Атласов сапиенсы ещё не создали. Руки не дошли. Заняты оружием и орудиями пыток.

— Ладно тебе. А храмы кто строит?

— Ну, храмы — это святое. Вера без них не может. Правда, некоторые говорят, что верить можно и без храмов.

— Это кто такие?

— Еретики. Их много. Манихеяне, например. Говорят: «Кто работает, тот молится».

— Мудрые слова.

— Конечно, иначе их не посылали бы на костёр.

— Я смотрю, без костров они не могyт.

— На кого ты гневаешься? Саморазвитие ведь…

«Слепые»

— Ну, здравствуй! Долго же ты отсутствовал…

— «На полпути земного бытия, утратив след, вступил я в лес дремучий»…

— Очередная цитата, полагаю. Или ты и в самом деле заблудился?

— Нет, это из Данте. Божественная комедия. Часть 1. Ад. Большой поэт. Они с Вергилием — это его чичероне — бродили по аду…

— Что ты несёшь! Где ты видел ад?

— На Земле. То, что там творится, иначе, как адом, не назовёшь. Но Данте придумал свой, и они решили обойти его, посмотреть, как мучаются грешники. Ну, я к ним присоединился — мне же интересно, всё-таки это моя епархия.

— Интересно, что он придумал для грешников? Что-нибудь новенькое, до чего люди ещё не дошли на практике?

— Практически нет. Просто все мучения, какие он знал, он сделал вечными!

— Да, у них это страшилка такая — вечность…

— Осторожно — сленг.

— Виноват… Но всё-таки, что изменилось на Земле?

— Очень многое. Два ключевых слова: Ренессанс и инквизиция. Целое созвездие поэтов, художников, скульпторов. учёных. Один Леонардо чего cтоит! Рафаэль, Микельанджело… А рядом с ними — Торквемада, глава Святой инквизиции.

— Это ещё что?

— Это такое Министерство страха. Его создал один ревностный доминиканец, бывший духовник испанской королевы Изабеллы. Все в ужасе, даже монархи. У Торквемады — целая армия инквизиторов, написаны трактаты по систематизации разных прегрешений и способов искоренения ересей…

— А ты говоришь — Данте…

— Данте — поэт. Зато Торквемада…

— Ладно, чёрт с ним, С Торквемадой…

— Нет уж, я не с ним…

— Не придирайся к словам. Но всё же науки, искусства процветают, как я понял?

— Конечно. Вот выяснилось, что Земля имеет форму шара и вертится вокруг Солнца…

— Слава богу!

— В том-то и дело, что не слава богу! Напротив, это всё козни дьявола — шарообразная земля и гелиоцентрическая система. За эти открытия многие уже поплатились…

— Инквизиция?

— Она самая. Галилей посидел в темнице и отрёкся. А Джордано Бруно отрекаться не стал, и его сожгли…

— Ах ты, боже мой! Опять костёр.

— Но вообще-то учёные — не главная забота инквизиции. Их, учёных умников, не так уж и много. Так что в основном инквизиция сейчас занята охотой на ведьм.

— Кто они, эти ведьмы?

— Женщины.

— Что ты городишь?

— В принципе каждая женщина может стать ведьмой. Если она причинила кому-нибудь вред: порчу навела или что-нибудь этакое…

— Темнота и невежество! Какую ещё порчу?

— Например, у соседской коровы испортилось молоко. И хозяйка коровы доносит, что это дело рук её соседки, которая общается с демонами, которые её подучили…

— Ничего не понимаю! Как можно доказать, что виновата соседка?

— Если за дело берётся инквизиция, доказать можно всё. У неё такой арсенал пыток..

— Ты рассказываешь ужасные вещи. Это трудно понять.

— Ничего, есть учебное пособие, называется «Молот ведьм». Написали два инквизитора. Я тебе эту книжицу привёз. Ты почитай — там всё написано: и как ведьм распознавать, и как с ними бороться.

— И как же с ними борются?

— Сжигают. Сейчас вся Европа полыхает кострами.

— Вот этого нигде не было!

— Ты о чём?

— Ни на одной планете.

— Брось, ты сам говорил, что были планеты, где людей сжигали.

— Да, но масштабы! И потом — почему только женщины?

— Я ж тебе говорил: они — ведьмы. Вообще-то попадают на костёр и мужчины, колдуны. Но меньше. Женщины привлекают инквизиторов больше.

— Прямо по Фрейду…

— Я такого имени не слыхал.

— Ещё услышишь.

— За несколько веков сапиенсы успели сжечь десятки, если уже не сотни тысяч женщин, обвинённых в ведовстве и связях с демонами… Саморазвитие!

— Оставь это слово в покое. Лучше скажи: больше никакого позитива ты не принёс?

— Отчего же? Вот изобрели книгопечатание!

— Наконец — то!

— Погоди радоваться. Специальная комиссия рассмотрела изобретение Гуттенберга и нашла его совершенно бесполезным.

— Как это бесполезным?!

— Комиссия решила, что людей, умеющих читать, так мало, что им хватит и рукописных книг.

— Какая глупость! И ужасно недальновидно!

— Не волнуйся, комиссии — они все такие: туда отбирают самых тупых. Сейчас уже книги печатают повсюду. И не только тексты…

— А что же ещё?

— Картинки. Порой занятные. Если хочешь — покажу… Вот, смотри! Это тоже книгопечатание…

— Несла… То есть я хотел сказать — срамота! Интересно, кто до этого додумался?

— Художник Джулио Романо, а «Сладострастные сонеты» к рисункам написал Пьетро Аретино. Все шестнадцать позиций… — Хватило бы и одной.

— Для продолжения рода — да. Но люди хотят получать удовольствие чаще, чем этого требуют законы сохранения популяции.

— В общем, бес не дремлет, так ты говоришь?

— Я тут только наблюдатель.

— Не верю я тебе…

— Тоже мне Станиславский! Прости, ты стал вроде инквизиции — во всём видишь козни дьявола.