Диалоги
Шрифт:
d
– Нетрудно припомнить. Ты закончил свое рассуждение об устройстве государства примерно теми же словами, что и сейчас: а именно, что ты считаешь хорошим рассмотренное нами тогда государство и соответствующего ему человека, хотя мог бы указать на государство еще более прекрасное и соответственно на такого человека [1]. Раз подобное государственное устройство правильно, сказал ты, все остальные порочны. Четыре вида государственного устройства
544
Насколько помню, ты говорил, что имеется четыре вида порочного государственного устройства и что стоило бы в них разобраться,
b
– Ты совершенно верно припомнил.
– Так вот ты снова и займи подобно борцу то же самое положение [2]и на тот же самый мой вопрос постарайся ответить так, как ты тогда собирался.
– Если только это в моих силах.
– А мне и в самом деле не терпится услышать, о каких это четырех видах государственного устройства ты говорил.
c
– Услышишь, это нетрудно. Я говорю как раз о тех видах, которые пользуются известностью. Большинство одобряет критско-лакедемонское устройство [3]. На втором месте, менее одобряемая, стоит олигархия [4]: это государственное устройство, преисполненное множества зол. Из нее возникает отличная от нее демократия [5]. Прославленная тирания [6]отлична от них всех – это четвертое и крайнее заболевание государства.
d
Может быть, у тебя есть какая-нибудь иная идея государственного устройства, которая ясно проявлялась бы в каком-либо виде? Ведь наследственная власть [7]и приобретаемая за деньги царская власть [8], а также разные другие, подобные этим государственные устройства занимают среди указанных устройств какое-то промежуточное положение [9]и у варваров встречаются не реже, чем у эллинов.
– Много странного рассказывают об этом.
– Итак, ты знаешь, что у различных людей непременно бывает столько же видов духовного склада, сколько существует видов государственного устройства [10].
e
Или ты думаешь, что государственные устройства рождаются невесть откуда – от дуба либо от скалы [11], а не от тех нравов, что наблюдаются в государствах и влекут за собой все остальное, так как на их стороне перевес?
– Ни в коем случае, но только от этого. Еше о соответствии пяти складов характера пяти видам государственного устройства
– Значит, раз видов государств пять, то и у различных людей должно быть пять различных устройств души.
– И что же?
– Человека, соответствующего правлению лучших – аристократическому, мы уже разобрали и правильно признали его хорошим и справедливым.
545
– Да, его мы уже разобрали.
– Теперь нам надо описать и худших, иначе говоря, людей, соперничающих между собой и честолюбивых – соответственно лакедемонскому строю, затем – человека олигархического, демократического и тиранического, чтобы, указав на самого
несправедливого, противопоставить его самому справедливому и этим завершить наше рассмотрение вопроса,b
как относится чистая справедливость к чистой несправедливости с точки зрения счастья или несчастья для ее обладателя. И тогда мы либо поверим Фрасимаху и устремимся к несправедливости, либо придем к тому выводу, который теперь становится уже ясен, и будем соблюдать справедливость.
– Безусловно, надо так сделать.
– Раз мы начали с рассмотрения государственных нравов, а не отдельных лиц, потому что там они более четки, то и теперь возьмем сперва государственный строй, основывающийся на честолюбии (не могу подобрать другого выражения, все равно назовем ли мы его «тимократией» [12]или «тимархией»), и соответственно рассмотрим подобного же рода человека; затем – олигархию и олигархического человека;
c
далее бросим взгляд на демократию и понаблюдаем человека демократического; наконец, отправимся в государство, управляемое тиранически, и посмотрим, что там делается, опять-таки обращая внимание на тиранический склад души. Таким образом, мы постараемся стать достаточно сведущими судьями в намеченных нами вопросах.
– Такое рассмотрение было бы последовательным и основательным. Тимократия
d
– Ну так давай попытаемся указать, каким способом из аристократического правления может получиться тимократическое. Может быть, это совсем просто, и изменения в государстве обязаны своим происхождением той его части, которая обладает властью, когда внутри нее возникают раздоры? Если же в ней царит согласие, то, хотя бы она была и очень мала, строй остается незыблемым.
– Да, это так.
– Что же именно может, Главкон, пошатнуть наше государство и о чем могут там спорить между собой попечители и правители? Или хочешь, мы с e тобой, как Гомер, обратимся с мольбой к Музам [13],
e
чтобы они нам поведали, как впервые вторгся раздор, и вообразим, что они станут отвечать нам высокопарно, на трагический лад и как будто всерьез, на самом же деле это будет с их стороны лишь шутка, и они будут поддразнивать нас, как детей.
– Что же они нам скажут?
546
– Что-нибудь в таком роде: «Трудно пошатнуть государство, устроенное подобным образом. Однако раз всему, что возникло, бывает конец, то даже и такой строй не сохранится вечно, но подвергнется разрушению. Означать же это будет следующее: урожай и неурожай бывает не только на то, что произрастает из земли, но и на то, что на ней обитает, – на души и на тела, всякий раз как круговращение приводит к полному завершению определенного цикла: у недолговечных существ этот цикл краток, у долговечных – наоборот.
b
Хотя и мудры те, кого вы воспитали как руководителей государства, однако и они ничуть не больше других людей будут способны установить путем рассуждения, основанного на ощущении, наилучшую пору плодоношения и, напротив, время бесплодия для вашего рода: этого им не постичь, и они станут рожать детей в неурочное время. Для божественного потомства существует кругооборот, охватываемый совершенным числом, а для человеческого есть число [14], в котором – первом из всех – возведение в квадратные и кубические степени, содержащие три промежутка и четыре предела (уподобление, неуподобление, рост и убыль) делает все соизмеримым и выразимым.