Дикари
Шрифт:
Стараюсь не думать о том, что только что ласкала губами член почти незнакомого мужчины. На них всё ещё чувствуется его чуть солоноватый привкус… То ли из-за бешеного возбуждения, то ли из-за того, что я старалась не быть собой в те минуты, когда Ник трахал мой ротик, но всё это оказалось совсем не так ужасно, как я себе представляла… Больно или неприятно совсем не было… и, если, конечно, отбросить в сторону моральный аспект всего того, что Дикари делали со мной, то… Наверное, я смогу это выдержать!
Мне просто нужно не обращать внимание на противное ощущение использованности. Просто
Арс и Ник отходят от кровати, давая мне передышку, в которой я сейчас так остро нуждаюсь. Пользуюсь этим и закрываю глаза, позволяя телу немного отдохнуть. Уже совсем было расслабляюсь, как вдруг вздрагиваю, слыша грохот графина о пол.
Ледяные градины паники заставляют меня подскочить на кровати. О, боже… Нет!
В пылу наших игр, я успела напрочь позабыть о том, что всё происходящее снимает… СКРЫТАЯ КАМЕРА! Та сама, что была спрятана мною всего полчаса назад… А теперь…
Из лёгких вышибает кислород. Перед глазами пляшут тёмные точки. Нет… как они узнали… нет…
– Ник! – звериный рёв Арса оглушает грозными раскатами. – Посмотри сюда!
Закрываю глаза, чувствуя, как ноги слабеют. Он… увидел… Нет никаких сомнений… Арс увидел камеру!
– Какого хрена?! – его друг идёт в угол комнаты и опускается на корточки.
– Она нас снимала! – ошеломлённо цедит сквозь зубы Арс. – Эта сука хотела заснять наш тройничок!
От парализующего страха я не чувствую конечностей. Мне вдруг становится жутко холодно, и начинает тошнить.
Резко подскакиваю на ноги и хватаю с кровати простынь. А дальше… делаю то, на что единственно способен загнанный в угол разум – бегу!
Мчусь к входной двери на негнущихся ногах, задеваю стены, наталкиваюсь на мебель.
– Стой, сука! – не своим от гнева голосом кричит мне в след Ник, бросаясь в погоню.
Бегать я умею! А сейчас, ведомая диким, почти первобытным ужасом, вообще словно не бегу, а лечу над полом!
Рванувшись вперёд по коридору, каким-то немыслимым чудом успеваю добежать до двери. Изображение перед глазами сливается в одно яркое пятно. Дотягиваюсь кончиками пальцев до ручки и резко дёргаю её вниз, но… в этот момент перед глазами темнеет от жуткой боли в затылке.
Чьи-то пальцы с силой сдавливают волосы и резко тянут их вниз.
– А-а-а-а-а! – кричу, что есть силы, надеясь на то, что хоть кто-то услышит мои крики.
– Куда пошла?! – гневный голос заставляет замереть на месте.
Сильные пальцы перехватывают волосы и теперь уже полностью контролируют моё тело, заставляя опуститься на колени.
От страха я даже плакать не могу. Лишь смотрю вверх на нависающих надо мной мужчин и мелко-мелко дрожу, складывая перед собой руки в защитном жесте.
– Не смей бежать! – Свободной рукой Ник сдавливает мои щёки, заставляя запрокинуть голову вверх. – Слышишь меня, сучка?!
Из глаз градом текут слёзы, я почти ничего не вижу, пока мужчина тащит меня по коридору за руки. Обратно в спальню…
Меня без церемоний толкают обратно на кровать, а сами встают рядом, скрещивая на груди руки.
Арс и Ник молча переглядываются. Такого мрачного выражения ещё не видела на их лицах… Теперь, видя их ненаигранную
суровость, начинаю понимать, что всё время до этого момента Дикари просто играли со мной. В то время как сейчас… Они не просто злы! Они в бешенстве!– Кто тебя подослал? – цедит сквозь зубы Арс, не мигая глядя мне в глаза.
– Н-н-никто… - шепчу пересохшими от паники губами. – Я-я-я… сама…
– Зачем? – прищуривается Ник. Выражение его лица становится холодным совершенно безжалостным.
Зубы стучат друг об друга. Дрожащими руками натягиваю на себя простынь, чтобы хоть как-то прикрыться.
– Я просто хотела… - нервно сглатываю, опуская отчаянный взгляд. – Я… я…
– Мы знаем, что «ты», - резко обрывает меня Арс. – Давай к сути!
– Я хотела, чтобы вы… - не могу сдержать всхлипы. – Вы отстали от меня… я не… я боялась, что вы будете преследовать, и…
– То есть я правильно понял?
– голос Ника прокатывается по комнате ужасающими раскатами грома. – Сперва ты украла у нас деньги. А потом решила ещё и на шантаже заработать?
Распахиваю глаза, отчаянно мотая головой.
– Нет! – взвизгиваю. – Прошу поверьте мне! У меня в мыслях не было вас шантажировать!
Мой взгляд, словно у сумасшедшей, мечется от одного жесткого лица к другому, не находя ни в одном из них и доли сочувствия.
– Ну конечно, - зло усмехается Арс. – Не было! И весь этот план не ты придумала, да? А камеру нам подбросил твой клон? Или как там её?
Губы Ника складываются в улыбку. Но только веселья в ней совсем нет. Напротив, от этой улыбки кровь стынет в венах!
– Что… - язык еле ворочается в пересохшем рту. – Что вы со мной сделаете? Прошу… не убивайте…
– Убить? – брови Арса приподнимаются. Кажется, мои слова его забавляют.
– Что ты, малышка! – Ник медленно расстёгивает толстый кожаный ремень на своих джинсах. – Это было бы слишком просто! Нет… должников не убивают. Должников сперва заставляют отрабатывать их долги.
– Мы и правда готовы были простить твой долг, в обмен на несколько ночей грязного секса. Но, - Арс пожимает плечами. – Ты избрала иной путь.
– Нет! – в отчаянии кричу я. – Я сделаю всё, что вы скажете! Прошу! Только не…
Осекаюсь, понимая, что Дикари ещё даже не успели озвучить свои угрозы. Эта неизвестность сейчас пугает меня больше всего!
– Знаешь, зачем нам были нужны эти деньги, Пташка? – Ник склоняется к самому моему лицу.
– З-з-зачем?
– Они были ставкой на финал подпольных боёв без правил, - спокойно отвечает Ник. – Её делает каждый участник. Призовой фонд – двадцать миллионов. И его получит победитель уже сегодня.
Нервно моргаю, не понимая, как это всё касается меня…
– Думаю, что мы можем поднять свою ставку, что скажешь, Ник? – равнодушно пожимает плечами Арс. – Скажем, в финале победителю достанутся не только бабки, но и… - он переводит на меня холодный хищный взгляд. – Кое-что интересное…
У меня открывается рот от немого шока… Так они хотят… сделать меня ставкой?
Все внутренности сжимаются от холодного ужаса… Если они победят, то жёстко отымеют меня сегодня же ночью… Но что, если… победят не они?!