Дикий шелк

– И где же?

– Донна готовит очень вкусное мясное рагу.

Лия дернулась. А в глазах закипели другие эмоции - ревность и злость. О, да! Ему дико нравилось видеть в ней и это. Всегда нравилось. Уже который день он помогал сыну Донны примириться со своим зверем. Одинокая девушка с самого начала дала понять, что он ей нравится. И таких становилось все больше, заставляя Лию ревновать. Глупая, глупая девочка - его темпераментная девочка. Только все равно пусть ревнует. Это привносит в их отношения прежнюю пикантность. Вот как сейчас - Лия оттолкнула от себя его руку и встала.

– Тогда можешь отправляться спать, раз уже утолил свой голод в другом месте.

– Лишь один из.

Он снова потянулся к ней, но Лия отшвырнула его руку и одарила тяжелой пощечиной:

– Только посмей мне в этом врать!

Эрик рванул ее к себе за руку и сразу же толкнул спиной в холодильник, прижимаясь к горячему телу, упираясь носом в нос, заглядывая в глаза любимой.

– Хочешь знать правду? Донна было очень гостеприимна. И как обычно пыталась соблазнить. Не удивлюсь, если мне сегодня приснятся ее стройные ножки в короткой юбке, под которой надето то, что и бельем-то назвать сложно...

Лия рыкнула и оттолкнула его назад. В ее руке появился кухонный нож. Эрик рассмеялся, но видно рано. Ударив ногой в торс, Нейла оттолкнула его спиной к противоположной стене. Кухонный нож уперся в шею под подбородком, врезаясь в кожу.

– Если ты притронешься к ней хоть пальцем, - предупреждала Лия, - я отрежу тебе главное достоинство.

Эрик улыбнулся, пробежался языком по своим пересохшим губам. А его вожделение подскочило на сотню делений, опуская на глаза пелену. Схватив руку Лии, в которой находился нож, ликан резко надавил на кисть, пока в запястье не хрустнуло. Пыльцы разжались, выпуская рукоятку. Пинок, рывок, широкий жест, смахивающий с поверхности стола все, что на нем находилось. И под звук бьющейся посуды Эрик толкнул Лию лицом в стол. Суетливые движения рук, задирающих подол халата и ночной рубашки. И все это несмотря на ее сопротивления и попытки выпрямиться, пока коготки царапали деревянную поверхность. Да только, когда он не выходил победителем в их многочисленных схватках? И когда она его не желала, несмотря на все жесты протеста? Вот и сейчас Эрик с легкостью ворвался внутрь желанной женщины. Но прежде чем начать двигаться, он наклонился к ее уху и тихо сказал:

– Но знаешь что? Когда я смотрел на Донну, то думал только об одном - как вернусь домой и трахну свою любимую девочку.

– О, как приятно, что ты возвращаешься домой... уже будучи возбужденным кем-то другим!
– рычала она, и, надо признать, не без основательно - он мог бы сказать что-нибудь более гениальное, если бы только еще мозг не отказывался работать в такие моменты.

– Дура, - сказал он грубое слово самым ласковым тоном.

Прикрыв ладонью ядовитый рот, Эрик выбрал размеренный ритм толчков - для начала. Как он и ожидал, Лия укусила его. А спустя секунду потребовала:

– Дорогой, дай мне повернуться.

Он согласился не сразу, только когда почувствовал, что еще пара движений, и уже не сможет выполнить ее просьбу. Отстранился, хоть и пребывал уже в крайнем состоянии своего алчного плотского голода, который появился в нем при встрече в этой Нейлой. Лия повернулась к нему лицом. Но вместо побоев, набросилась на него с поцелуем: страстным, глубоким, хаотичным. И он снова оказался в ней, молящей стонами о самой тесной близости, о поцелуях и ласке, о разрядке, о его своеобразной любви. И чтобы дать ей все это, у него впереди была вся ночь и целая жизнь...

***

Вот уже несколько часов, как город настигли вечерние сумерки. Здесь свет далеких звезд заменяло рассеянное свечение холодных ламп: рекламных щитов, фонарей, вывесок модных магазинов и заведений, чьи названия были на слуху почти у каждого жителя. Город не спал, лишь дневную рутину сменила суета темного времени суток.

Ейочень нравились большие города. Сильнее, чем чащи леса, такие близкие ей по духу. Там, где много людей, всегда кипит бурная увлекательная жизнь, и можно примерить на себя чью-то роль, притвориться обычным человеком.Но для всех и всегда она оставалась загадочной незнакомкой, сегодня одетой в ботфорты, кожаные шортики и короткую куртку, капюшон которой скрывал ее лицо от излишне любопытных глаз. Так же надежноприпрятанои любимое оружие: четыре клинка и пистолет - девяти миллиметровый Браунинг. И имя ей - Роксана, ликан по своей природе, одна из Диких Псов, боец, вырвавший зубами эту роль в своей стае. Да-да, именно так. Женщина-воин среди Псов считалась непозволительной тратой ресурсов. Уже которое десятилетие их жены должны были лишь плодить ликанов, пополняя численность подвида. Так того требовал закон, принятый еще около пятидесяти лет назад жалкой кучкой выживших после неравной и нечестной войны с Ветхими.Эти сволочи сделали почти все возможное, чтобы истребить соперников в борьбе за власть над всей популяцией.Теперь же настало время для мести, для продолжения борьбы. Дикие Псы вернулись и намерены не только отвоевать свою территорию, но и захватить владения Ветхих.

Сейчас каждый из Псов был готов к действиям. Но их Альфы не спешили наступать. Открытая война нахрапом не даст ничего, кроме лишних проблем и ненужных потерь, когда каждый боецна счету. План был совсем другой, хотя не менее коварный, чем когда-то применили к ним. Правда,первое преимущество - эффект внезапности - было провалено группой Рокси около месяца назад. Этот промах стоил им времени и, возможно, изменений в самом плане. Но ждать и выжидать они учились не один год, прячась в холодных землях Аляски.

"Кто же знал, что эти Ветхие смогут выследить Питера там, где мы собирались с ним встретиться?" - оправдывалась про себя девушка, пожимая плечами. Тем более, в конечном итоге они получили свою информацию. Теперь вся территория Ветхих была у них как на ладони, а также стало известно, где держат Нифера. Фред, ее отец, говорил, что этот ликан один из них. За свою жизнь Рокси даже видела Ниферанесколько раз, потому слова отца не подвергались сомнению. Стальной взгляд этого Альфы обнажал истиннуюего сущность: беспощадного, дерзкого, дикого.

Вспоминая о серых глазах, Рокси поежилась и прогналанепрошенныемыслипрочь. Наблюдать за людьми, которые толпились у клуба, ей наскучило. Заходить внутрь сегодня небыло настроения. Ожидание порой убивало до такой степени, что рождало в ней уныние. Чтобы не поддаваться ему, после переезда из Аляски ближе к экватору, где было гораздо больше оживленных мест, Рокси нашла для себя новые развлечения - в этих шумных городах, среди людей. Иногда она устраивалась на работу, подбираяименно такую, какая предполагала выброс энергии: бармен или танцовщица. Когда же хотелось чего-то посерьезнее, то шла участвовать в подпольных боях без правил, выбирая в противники совсем не женщин, а крупных, натренированных мужчин. Честно ли было с ее стороны вступать в схватку со слабым видом? Наверное, нет, но ее это мало волновало. Каждый раз она шла туда не за победой, а за азартом, за запахом крови. Атмосфера таких боев всегда была необычайна. Она завораживала своим действием, происходящим на арене и вне ее. Но сегодня не хотелось даже этого.

Впрочем, у нее имелась довольно интересная идея, как развеять скуку: поиграть с одним мужчиной, а заодно и вернуть свой клинок.Тот самый, который оставила в горле ликанаВетхих. О да! Желание новой встречи приятно щекотало ее гормоны и нервы. Этот тип зацепил Рокси. Запахом ли, внешностью, огоньком в шоколадных глазах? Не имело значения. Важно было лишь то, что она хотела развеяться и получить обратно свою вещь, которуюи оставила как повод встретиться, как напоминание о себе. Оставалось узнать номер телефона этого ликана. Достав сотовый, Рокси набрала Питера. Но тот не ответил. Ничего, она позвонит позже.

Или завтра.

А пока...

Оттолкнувшись от стены кирпичного здания, которую подпирала последний час, Рокси поправила капюшон куртки и направилась вниз по улице. Может, прогулка ее успокоит? Размеренный шаг, хруст асфальта под ногами, гул машин на проезжей части, встречные взгляды озадаченных прохожих и... размеренные шаги,которые слышались за спиной вкупе с заговорщицким шепотом. Кто-то сел на хвост, не иначе. Подобное всегда вызывало на ее губах холодную улыбку. До чуткого слухаволчицы донеслись обрывки разговора. И оказалось, у кого-то этой ночью на нее наметились серьезные планы сексуального характера.