Дина

– Что “Вадик”?! Я до сих пор “Вадик”, как будто мне три года. Я могу многое и достоин большего! Ясно вам!

Он выбежал из комнаты, хлопнув дверью.

– Не ясно, - ответил дед.
– Совершенно не ясно.

– Дед?
– вопрошающе взглянул Гриша.

– Я думаю, Гриш, думаю.

Тишину нарушила Аля:

– Что теперь?

Она сидела рядом с отцом, облокотившись о его руку. Тот по привычке гладил ее по волосам.

– Разберемся. Сначала приедем туда и уже на месте решим. Плюс я хочу сделать анализ, чтобы удостовериться.

– Вадик сделал, - отозвалась девочка.
– Он сравнил с твоими волосами, а у меня кровь брали. Пашка мой брат.

Она улыбнулась.

– Это хорошо.

Дед задумчиво проговорил:

– Езжай, заодно посмотришь работу филиала. Гриш, ты как?

– Что “как”?
– отозвался тот недоуменно.

– Поедешь с Олегом или останешься здесь?

– Поеду, наверное. Познакомлюсь с ними, если получится.

– Получится, - кивнул Олег.

У Олега не было недостижимых целей, главное - правильно оценить ситуацию.

Егора, младшего сына Дмитрия, промолчавшего все время беседы, никто не спрашивал. Он вообще редко высказывался, и его без острой необходимости не трогали. Просто не позволяли забыть, что он тоже часть семьи.

– Тогда тем более езжайте. Все вместе, - подвел итог дед.

Дина.

Дина смотрела на внимательно изучающих ее людей. Так и хотелось выругаться, но, во-первых, Аля рядом, во-вторых, Пашка поблизости. Играет в “принеси палку” с Жучкой, но та готова атаковать в любой момент, главное - дать команду. Заманчиво, конечно, но убивать людей при детях - непедагогично.

Напротив стоял мужчина лет сорока. Нескольких пальцев у него не хватало, а правая рука была обожжена, что было заметно сквозь тонкую рубашку. Понять, о чем он думает, было невозможно. Занятый индивид. Рядом застыла настороженная Аля и явно ожидала взбучки. Чуть поодаль на скамейке сидел парень лет двадцати и, судя по выражению лица, был готов к худшему. Типа “охрана”. Как мило…

Эти почти что родственники ее сына были ей совершенно не по нутру. Ничего кроме негатива они не вызывали. Нет, она, несомненно, ценила, что в этот раз они не пытались похитить ребенка или отсудить, наоборот, даже сочли возможным объяснить случившееся. Но…

Вот мало неприятностей доставила им Рита! Сводная сестра, дочь отца от любовницы, ставшей впоследствии второй женой, с детства была сама себе на уме. И ладно была бы умной, так ведь откровенная дура, правда, мнившая себя гением. Дина не так часто общалась с ней в детстве, несмотря на настойчивость отца. Смех сказать, родитель давал о себе знать только в случае необходимости - когда требовалась компании для Риты.

К тому моменту, как умерли отец и его вторая жена, Ритка, к счастью, уже была взрослой. Это в том плане, что окончила школу и махнула покорять Москву, а позже перебралась в Питер. Мама изредка вспоминала о родственнице, звонила, как правило, на Новый год и поздравляла с Днем рождения, тем самым успокаивая свою совесть. И все бы ничего - каждый жил своей жизнью, да случилось одно “но”: Ритка вернулась в родной город. Беременная. У нее здесь оставалась квартира, благополучно сдаваемая все это время. С выселением жильцов возникла какая-то проблема, но Дина в это не вникала - лишь бы ее не трогали.

Несколько месяцев тишины, пока не позвонили из роддома. Во время родов Ритка умерла, а ребенок выжил. Дина растерялась. Похоронить непутевую родственницу - это понятное дело, а с младенцем что делать? К счастью, вмешались братья, взяв на себя улаживание формальностей. У Славы оказались нужные связи, сын главврача роддома занимался вместе с ним в секции. К тому же разразившийся скандал и последовавший за ним уход отца из семьи в их маленьком городке не забыли, да и брат-юрист - это сила, так что некоторые полезные знакомства ускорили процесс.

Все решилось в тот день, когда они наконец смогли забрать маленького Пашу из роддома, где тот пролежал все это время под как бы необходимым медицинским наблюдением. Дине отдали странный сверток, из которого на мир смотрел огромными удивленными голубыми глазами страшненький человечек. Этот взгляд запал ей в душу.

Несмотря на последующую за этим суету с усыновлением, тонны бумаг, анализы, справки, беготню, оформление отпуска по уходу за ребенком и неопределенность, как вообще быть с этой крохой, Дина была счастлива.

Да, Паше не нравились смеси, пришлось перебрать десяток вариантов в поисках нужной. Да, он любил играть по ночам, радостно выпуская пузыри. Да, он не требовал, чтобы его укачивали, но обожал, когда его держали на руках. Да, это было нечто. Хотя, откровенно говоря, без помощи братьев она бы не справилась. Маленький ребенок свалился на нее, совершенно не подготовленную к такому, как снег на голову. Если бы не Славка, Дина бы спятила в этих очередях в детской поликлинике. Оказывается, даже если все хорошо, врачи - наше все. А у Паши было все хорошо, кроме непонятной мании быть все время рядом. Помог врач-педиатр, объяснивший:

– Такое бывает у нелюбимых детей. Женщина не решается сделать аборт и всю беременность думает о том, чтобы оставить ребенка. Малыши потом будто стремятся компенсировать недополученное. Со временем это проходит.

Дина настолько привыкла держать сына при себе, что даже работать умудрялась, посадив на колени. Действительно, через пару лет, когда Дина уже практически привыкла к постоянному присутствию Паши рядом, самостоятельность победила. Но в тот момент появился интернет-знакомый, тоже программист со своими проблемами, на фоне которых ее казались мелочью. Возникла, как говорят братья, интернет-влюбленность. Паша пошел в детский сад, а Дина вернулась на работу, и жизнь более-менее наладилась.

Все шло замечательно, пока полгода назад опять не начались проблемы. Пашка играл во дворе, когда его попытались похитить. Дина же сидела на скамеечке и грелась, она даже толком понять ничего не успела, благо Жучка сообразила мгновенно. Она-то и отбила ребенка у пары мужиков, умудрившись даже в наморднике причинить вред. После этого с молчаливого попустительства братьев Дина достала старый намордник - на кнопках, которые псина легко расстегивала. Потом, чтобы не было недоразумений, купили усиленный вариант - на застежках, но лучше Жучка кого-то покусает, чем Дина еще раз так испугается.

И вот снова. Чтоб тебе в аду нескучно было, Ритка!

– И что вы хотите услышать от меня? Ругаться не буду, хотя очень хочется. Паша мой сын, и делиться им с кем бы то ни было я не собираюсь. Вы спокойно жили раньше, не зная о нем, предлагаю остаться на том же уровне: вы сами по себе, мы сами по себе - все довольны.

– То, что я не знал о сыне, мое упущение, - негромко сказал мужчина.

Было в нем что-то такое, в его голосе, что заставляло слушать. Властность.

– Но теперь я знаю и просто взять и забыть не смогу.