Дитя двух миров
Шрифт:
— Это ещё что за пакость? — пробормотал Сергей.
Я перегнулась через спинку правого переднего сидения и посмотрела вперёд и вверх — туда, куда смотрел Серёга.
Над дорогой карикатурной стрекозой завис вертолёт.
Глава 7
На фоне бледного вечернего неба вертолёт смотрелся зловеще. Его вращающиеся лопасти образовали чуть светящийся круг: ни дать, ни взять «летающая тарелка», прибывшая откуда-нибудь с планеты Тиу-Киу-Тау-Миу, где жил когда-то один мой знакомый кекс по фамилии Озаботтэс. Железная стрекоза
— Может, это наши? — спросила я (почему-то шепотом), сама не зная, кого именно я подразумеваю под словом «наши».
— Нет, — Сергей отрицательно покачал головой, — это не военный вертолёт, и вообще…
И не закончив, резко дал по газам.
Мы проскочили под брюхом стрекозы зайцем, уворачивающимся от хищных когтей.
— «Фольксваген-пассат» номер… — загремело с неба. — Приказываю остановиться!
Никогда не любила жесть-боевиков (в отличие от фэнтези) и меньше всего мечтала о том, чтобы стать действующим лицом детективного перформанса. Ну не умею я сбивать вертолёты из арбалета (тем более что арбалет мой остался в Эххленде).
— «Фольксваген-пассат», — надрывался металлический голос, — остановитесь, или мы будем стрелять!
Ой-ё… Стрелять… Я уже видела, что бывает, когда пули попадают в людей… Крыша у нашей тачки наверняка тоньше танковой брони — бах-бах, и готовый дуршлаг! По-моему, самое время вмешаться эххийским магам — Кагга, дрянь пернатая, где тебя черти давят?
Но выстрелов не последовало. Вертолёт прогрохотал над нашими головами и пошёл вперёд, быстро снижаясь.
— Хочет сесть и перекрыть дорогу, сволочь, — сквозь зубы процедил Сергей. — И ни свернуть, ни обогнуть, хоть разворачивайся…
И тут грохнуло.
Вместо злой стрекозы над дорогой вспыхнул яркий пламенный шар, плюющийся во все стороны длинными огнистыми струями. По машине, царапая стёкла, застучали мелкие обломки — вертолёт разлетелся на куски. А потом над самыми верхушками деревьев со свистом промелькнуло что-то угловато-стремительное, похожее на гранёный слиток серебра.
— Дела… — изумлённо произнёс Серёга. — Ну, Алина, ты и даёшь!
— Кому и как? — нервно пошутила я (напоминаю, если вы забыли: у меня в стрессовых ситуациях прорезается и обостряется своеобразное чувство юмора). — Даю, бывает, конечно, но редко.
Шепоток молчал, рассматривая дымную полосу, протянувшуюся над лесом.
— Это был истребитель-перехватчик, — пояснил Сергей, проигнорировав мой типа юмор, — и он сбил вертолёт ракетой класса «воздух-воздух».
Блин, у мужиков мозги точно набекрень, особенно если дело касается каких-нибудь боевых железяк. Ну самое время для лекций на военную тематику!
— И что дальше? Ждать удара лазером со спутника? — Сергей повернулся и посмотрел на Шепотка. — Что же это у тебя за парень такой, если за ним так гоняются, а?
— Я хороший мальчик, — невозмутимо ответил мой крошка-сын. — Я самостоятельный, но всегда слушаюсь маму, бабушку и дедушку, вот!
— Ты лучше на дорогу смотри, водила! — сердито бросила я, прижимая к себе Сашу. — Рули давай, пока на нас атомную бомбу не сбросили. Где этот ваш райский уголок? Едем, едем, и ни хрена!
— Уже скоро,
не переживай, — успокоил меня бывший участник ралли. — Сейчас будет перекрёсток, потом парочка поворотов, и мы на просёлке. А там уже рукой подать. Доедем — я ведь Петровичу слово дал.До перекрёстка мы долетели мухой и проскочили его под самым носом приземистой чёрной машины, зверем выскочившей с примыкавшей трассы. И этот зверь, словно учуяв добычу, помчался за нами.
«Опять бега начинаются… — с тоской подумала я. — И когда же всё это кончится — в Эххленде с его драконами да змеями, и то спокойней было! А если эти вместо уговоров сразу начнут стрелять?».
— Не будут они стрелять, — Серёга словно прочёл мои мысли, — вы им нужны живыми, а не дохлыми. И по колёсам стрелять не будут — если у нас на такой скорости лопнет колесо, мы тут же слетим с шоссе и пойдём считать ёлки. В итоге они получат только трупы.
«Про трупы — это очень оптимистично» — подумала я, закрывая собой Шепотка: кто его знает, что на уме у экипажа чёрной машины?
— Не бойся, мама, — очень серьёзно сказал Шепоток, в упор глядя на меня своими чуть зеленоватыми глазищами, — я с тобой.
Интересное кино… И кто тут кого успокаивать должен, спрашивается?
Стрелять в нас действительно не стали — вместо этого нас начали умело прижимать к обочине. Серёга молча и яростно боролся, раз за разом выкручиваясь из почти безнадёжных положений, но даже мне было понятно, что мы проигрываем: чёрная машина была куда мощнее нашего старенького «пассата». А бывший гонщик понял это ещё раньше меня.
— Ребёнка держи! Сожмитесь! — заорал он, когда мы входили в очередной крутой поворот, и вывернул руль.
Удар был таким, что я чуть не откусила себе язык. К счастью, других последствий не было — Сергей оказался профессионалом и таранил чёрного зверя мастерски. Наша боевая колесница, дребезжа, удержалась на шоссе, а преследователь снёс дорожный указатель и улетел в глубокий кювет. Через пару секунд бабахнуло, и оттуда выбросило сноп рыжего огня с чёрным дымом пополам — Голливуд от зависти давится транквилизаторами.
— Серый, это супер! — Я подалась вперёд, обняла парня за плечи и поцеловала его в щёку. — Как ты их!
— Тряпку дай… Там, между сиденьями, — ответил Серёга, морщась.
И тут я увидела, что наша левая передняя дверца глубоко вмята и даже разорвана — из-под лопнувшей обшивки торчали острые металлические края. А на левой брючине Сергея, возле колена, расплывалось тёмное мокрое пятно.
— Остановись на минутку, я перевяжу, — пробормотала я, нашарив тряпицу. — Кровью ведь изойдёшь, Серёжка!
Машина приткнулась к обочине, я выскочила, перебралась на переднее сидение и как могла, прямо поверх брюк наложила Серёге повязку, чувствуя себя фронтовой медсестрой. Получилось у меня не очень — справа неудобно, а покорёженную левую дверцу заклинило наглухо. «Видел бы кто со стороны, — подумала я, затягивая узёл зубами, — ну чисто порнуха: девочка мальчику прямо в авто…». И оборвала сама себя — ну что за мысли идиотские лезут в голову!
— Как ты? — я посмотрела на бледное лицо Сергея. — Вести сможешь? А то давай я — я умею.