До колыбельной

– Да-да, – Паркер, увлеченная поиском нужных документов в ящике своего стола, поманила собеседницу рукой. – Ты…?

– Это Сабрина Роджерс, – Стив присел на подоконник, – новенькая.

– А, точно, – Гвен склонила голову. – Один из моих ребят пытался сфотографировать тебя для странички с новостями.

– Да, извини, – Роджерс состроила на лице виноватое выражение, проходя вглубь помещения, – я не очень люблю фотографироваться.

– Не извиняйся, это пустяки, – Гвендолин улыбнулась, приглашая гостью за стул напротив нее.

Это было не единственное рабочее место в кабинете – он был буквально похож на маленький офис с множеством столов и книжных полок. Просто сейчас его занимал лишь главный редактор.

– На самом деле, я хотела поинтересоваться, есть ли у вас свободные места, – решительно промолвила Роджерс, окидывая взглядом вырезки из газет на стенах, помещенные в фоторамки.

– Свободные места? – несколько озадаченно переспросила Паркер, нахмурившись.

– Я бы могла вести какую-то колонку, – уточнила Сабрина, закидывая ногу на ногу.

Купер принялся заинтересованно слушать этот диалог.

– А, – Гвен наконец-то осенило, – ты про место в нашем редакторском отделе… Только я сразу тебя предупреждаю – за это не дают много поблажек по учебе, – она потянулась к нижнему ящику.

– О нет, меня это не интересует, – Роджерс оперлась локтями о стол, складывая ладони под подбородок.

– Отлично, – Паркер положила перед своей собеседницей лист бумаги, – тогда заполни эту анкету и занеси мне ее в ближайшие пару дней. О чем ты хочешь писать?

– Ну, знаешь, о каких-нибудь новостях… – таинственно пояснила Сабрина, прибирая к рукам бумажку.

– У нас уже есть новостная колонка, ее ведет…

– Да, я в курсе, – перебила ее Роджерс. – Но я имею в виду что-то более глобальное.

Гвендолин вскинула бровь:

– У тебя уже есть что-то на уме, не так ли?

– Слышала об инициативе сибаритов?

– А кто не слышал, – Стивен ухмыльнулся.

Паркер бросила на него сощуренный взгляд через плечо.

– Хочу писать об этом, – твердо заявила Сабрина.

– Серьезно? – Гвен смотрела на нее с толикой недоумения.

– Ты только представь, – с энтузиазмом продолжила она, – в скором времени это будет самой обсуждаемой темой. Люди все еще не верят, что это происходит наяву. Нас же хотят переделать в андроидов…

– Это совсем не то же самое, что андроиды, – поправила свою спутницу Гвен.

– Вот именно! Ты это знаешь, я это знаю. Но многие понятия не имеют, как все это будет выглядеть по итогу. И я буду рассказывать им об этом.

– Думаешь, люди не смогут просто взять и включить телевизор?

– Им будет лень, – вновь заговорил Купер.

– К тому же… – Сабрина согласно кивнула. – В новостях всегда показывают только то, что выгодно правительству. А мы будем обсуждать всякого рода сплетни и спекуляции вокруг этой темы.

– Звучит интересно, – Гвендолин откинулась на спинку своего кресла, сжимая в руке карандаш. Ее мечтательный взор был направлен куда-то в потолок, пока она раздумывала о перспективах данной задумки.

– А я о чем, – Роджерс заискивающе улыбнулась, поднимаясь со своего места. – Ладно, босс, – она выдержала недолгую паузу, – ты пока подумай об этом… А я завтра занесу анкету.

– Договорились, – Гвен усмехнулась.

Когда дверь за Сабриной закрылась, Купер наконец-то спрыгнул с подоконника и расположился по другую сторону стола Паркер:

– Интересное развитие событий.

– Соглашусь, – Гвендолин встала, протягивая ему папку с фотографиями. – Вся эта затея выглядит очень интригующе.

– Ты же знаешь, что Анна устраивает на выходных вечеринку в честь начала учебного года? – выхватив документы, Стивен зашагал в сторону выхода, сопровождаемый своей спутницей.

– Как я могу об этом не знать – это одна из тех вещей, что она заставила меня добавить на первую страницу, – Паркер утомленно покачала головой.

– Ты придешь? – двое вновь оказались в коридоре.

– Не думаю, – она нахмурилась. – Знаешь, вечеринки… Это все-таки не мое.

– Там будут все, – от безысходности Купер даже немного приподнял плечи. – Неужели тебе, как журналисту, не интересно взглянуть даже одним глазком?

Гвендолин легонько рассмеялась. Они остановились прямо перед дверью, повернувшись друг к другу.

– Ну, не знаю, Стив… Я подумаю.

Юноша многозначительно выгнул бровь.

– Правда, подумаю, – настаивала на своем Паркер.

– Ладно, подумай, – он хитро улыбнулся, покидая здание школы. – И не перетрудись! Иди уже домой!

– Как раз собираюсь.

Напоследок они оба помахали друг другу рукой на прощание.

– Папочка, поторопись, иначе мама сравняет это здание с землей, – Анна постучалась, прежде чем зайти в кабинет отца.

Это было большое светлое помещение, заставленное мебелью из красного дерева. Элегантные книжные полки до самого потолка и огромный рабочий стол у самого окна – все это не только радовало глаз хозяина, но также было крайне практично.

Мужчина средних лет носил очки в дорогой оправе, а в темно-русых волосах уже виднелось немного седины. На нем красовался свободный бежевый свитер, заправленный в брюки. Все его движения были необычайно плавными и завораживающими.

– Прости, солнышко, мне нужно было отправить в фирму кое-какие данные, – Оскар сделал пару щелчков по клавиатуре ноутбука, стоя над столом.

– Меня это совершенно не беспокоит, – будничным тоном сообщила его дочь, доставая книжку из застекленной витрины. – Мама нервничает так, словно это она приготовила весь этот ужин.

Мужчина добродушно ухмыльнулся, захлопывая крышку лэптопа. Аннабелль уже успела усесться на небольшом диванчике, перелистывая страницы. На ней был уютный вязаный кардиган, почти полностью скрывающий какую-то растянутую домашнюю футболку и шорты.

– Тебе нужно быть менее строгой к своей матери, – Оскар опустился рядом с дочерью, приобнимая ее за плечо. – Мне кажется, что ей очень одиноко, когда я уезжаю в командировки.

– Я ни капли не строга к ней, – Анна оскалилась, отрывая взгляд от чтива. – Ты знаешь маму. Вся эта рутина ей неинтересна. Ей неинтересны мои успехи в группе чирлидинга. Городские мероприятия. Она терпеть не может это место. Счастливой бы ее сделала только возможность уехать отсюда навсегда, но разговоры со мной ей уж точно в этом не помогут.