До края земли

Когда Кэт привезла Джейсона назад, к берегу под своим домом, солнце уже опустилось. Ветер Святой Анны дул в течение всего дня и принес с собой на берег Лагуны, где все лето бушевали тропические штормы, сухое тепло пустыни Мойяви. Он сменил знойный ветер Эль-Ниньо, приносящий сильные штормы и огромные волны.

Когда с “настоящей” фотографией было покончено, Джейсон разделся и в одних джинсах шнырял, как маленькая пантера, между оставшимися после прилива лужами, зачерпывая нагретую солнцем воду.

Кэт снимала теперь только для собственного удовольствия, пытаясь запечатлеть живость и ум, любопытство и смех Джейсона, восхищавшегося запахами звуками и всеми впечатлениями окружающего мира. Она забыла об усталости, о том, что обещала Трэвису подремать перед обедом, – обо всем. Фотоаппарат сейчас был для нее единственной реальностью, мистическим окном, позволявшим увидеть Вселенную в улыбке ребенка.

Джейсон приносил Кэт раковину за раковиной, складывая их горкой к ее ногам, но эти раковины были всего лишь жалкими дарами в сравнении с его сияющей улыбкой. Она снимала, пока яркий свет не померк. Потом убрала фотоаппараты, подняла счастливого рыжего мальчика на руки и обняла его.

– Что за замечательный бойскаут! – сказала Кэт. – Ты заработал гамбургер, жаркое и молочный коктейль.

– И молочный коктейль? – Джейсон обхватил ее шею загорелыми руками. – Шоколадный?

– А разве бывает другой?

Кэт переместила мальчика, потому что у нее очень болели спина и плечи, но это не помогло. Она опустила Джейсона на песок.

– Если ты потяжелеешь хоть на сто граммов, мне понадобится подъемный кран, чтобы поднять тебя.

– Это потому, что мне уже семь лет, – гордо ответил Джейсон. – А мама говорит, что я все еще маленький.

Присев на корточки, Кэт пригладила рыжие вихры и заглянула в задумчивую глубину его голубых глаз: ему нравилось считать себя взрослым, но он все еще оставался маминым ребенком. Впрочем, появление близнецов заставило его повзрослеть.

Кэт понимала: Джейсон хочет вырасти, но с болью сознает, что он уже не ребенок. Она испытывала то же самое в его возрасте и по той же причине. Кэт полюбила брата и сестру, но далеко не сразу, а лишь через несколько лет.

– Вот что я скажу тебе. – Она поцеловала Джейсона. – Ты – маленький мужчина для своей мамы и маленький мальчик для меня. Идет?

– Идет. – Мальчик серьезно взглянул на нее. – Твой пират похож на шоколадный молочный коктейль?

Кэт удивилась. Она привыкла к неожиданным поворотам в разговорах с Джейсоном, но этот был самым необычным из всех.

– Мой пират?

– Он похож на пирата. – Джейсон пристально смотрел поверх ее плеча. – У тебя действительно есть черный корабль?

– Этот мальчик узнает пирата, когда увидит его, – раздался низкий голос позади Кэт. Она быстро обернулась.

– Трэвис! – восторженно воскликнула Кэт. Ей казалось, что она уже очень давно не видела его. – Ты любишь шоколадные молочные коктейли?

Он присел на корточки рядом с ней.

– Люблю. – Трэвис протянул руку Джейсону. – Меня зовут Трэвис. А ты тот мальчик, который подарил Кэт такие классные раковины?

– Да. – Джейсон пожал руку, как маленький мужчина большому. Это одобрила бы его мать. – Кэти слишком занята, ей некогда искать раковины, поэтому я делаю это для нее.

– Жаль, что никто не может спать за нее. – Трэвис искоса посмотрел на Кэт. – По-моему, ты собиралась вздремнуть.

– Эшкрофт отменил съемки, пришел Джейсон, было удачное освещение. – Она улыбнулась и пожала плечами. – Ну не подремала, зато сделала кучу хороших снимков.

Трэвис заметил нетерпение Джейсона.

– Я не ослышался – здесь говорили про ужин?

Кэт сконфуженно улыбнулась, надеясь, что Трэвис согласится поужинать в обществе одинокого мальчика.

– Я угощаю Джейсона за то, что он работает моделью, – объяснила она.

– Гм-м, – задумался Трэвис. – Значит, он ужинает с нами?

Кэт умоляюще коснулась его руки.

– Всегда найдется место для третьего.

– Место найдется только для Джейсона. Я позвоню в ресторан и изменю предварительный заказ.

– Просто отмени его, – быстро сказала Кэт, вспомнив, во что обошелся вчерашний ужин. – Любимая тошниловка Джейсона всего в нескольких кварталах отсюда.

Трэвис поморщился, но, посмотрев на мальчика, уступил.

– Надеюсь, там не так плохо, как ты говоришь.

– Не так. – Кэт улыбнулась. – Еще хуже.

* * *

Обнаженная, расслабленная, прогретая до самых костей, Кэт сидела в ванне, погрузившись в воду по подбородок и пытаясь не заснуть. Стиснув зубы, она подавила зевок, но это не обмануло Трэвиса.

– Шэрон была очень благодарна тебе, что ты на вечер сняла Джейсона с ее шеи, – заметил он.

– У нее и без него хлопот полон рот. Близняшки – огромная нагрузка, а тут еще и муж быстро продвигается по служебной лестнице в своей бухгалтерской фирме, поэтому вынужден работать по восемьдесят часов в неделю. Продвижение по службе, а за ним переезд, конечно, они всегда находятся в неопределенном положении. Шэрон просто сходит с ума. Разве им до Джейсона! Он был основательно избалованным единственным ребенком, а потом – бах! У него появляются целых два кричащих конкурента.

– Ты часто берешь Джейсона под свое крылышко?

– Да. Он замечательный ребенок, яркий, энергичный и озорной. Я бы хотела… – Голос Кэт прервался, и она так и не высказала мучительную правду. Ей хотелось бы иметь ребенка, такого, как Джейсон. – Во всяком случае, ему и мне хорошо вместе.

– Я видел, с каким неудовольствием он делил тебя.

– Джейсон примирился с этим, когда ты купил ему добавочную порцию жаркого. Не многие мальчишки могут похвастать тем, что знакомы с самым настоящим пиратом.

Трэвис рассмеялся.

– А он хитер. Когда мы ходили в туалет, он спрашивал меня, похищаю ли я младенцев.

– Он имеет в виду своих конкурентов – близнецов.

– Я догадался. Это так же очевидно, как и то, что ты засыпаешь.

– Я просто расслабилась.

– Это так называется?

Сильными пальцами Трэвис начал растирать ее плечи и спину, успокаивая боль в мышцах, напряженных от сумки с фотоаппаратами и многочасового сидения в неудобных положениях. Кэт покорно расслабилась и снова зевнула.