До самой смерти

– Ну, как вы уже знаете, ваш дедушка недавно скончался. Я понимаю, вы помогали ему поддерживать бизнес на протяжении последних десяти лет.

– В одиночку, – уточняю я. – Этот старый кусок дерьма ничего не делал, кроме как сидел на своей сожалеющей заднице, и позволял всем остальным делать за него работу. Теперь он мёртв и единственное, что их заботит – это часть того, что он оставил или не оставил им после себя.

– В любом случае, он оставил чёткие указания для бизнеса в случае его смерти. Это то, почему я позвал вас.

– Давайте приступим, – я щёлкнул пальцами, смотря на него прищурившись.

– Очень хорошо. Ваш дедушка указал, чтобы его бизнес был передан вам. Вы единственный, кто остался из всех родственников после смерти вашего отца, поэтому он хотел, чтобы вы взяли его бизнес.

Ну, старик хоть для чего-то сгодился. Не то, чтобы я думал, что он не передаст мне что-нибудь: я был вовлечен во всё это слишком долго. Мои сводные братья ничего не значили для старика, как значил я.

– Отлично. Я уже занимаюсь работой.

– Здесь есть ещё кое-что, – говорит он, оттягивая галстук, словно он был затянут вокруг его горла слишком туго. – Он очень ясно указал, что есть одно условие, которое включает в себя его просьба. Вы не станете главой бизнеса, все документы не будут переписаны на ваше имя, пока вы…

– Пока я что? – рявкнул я.

– Не женитесь, сэр.

Стоп, что?

Я пялюсь на него, ожидая, что он засмеётся и скажет, что это шутка, но выражение его лица осталось невозмутимым.

– Вы, блять, должно быть, шутите, – говорю я с издёвкой. – Вы ошиблись.

– Здесь чётко прописано, что пока вы не женитесь, бизнес остаётся в руках его близкого друга Уолтера Джонсона. Вы сохраните свою должность, но вы не сможете взять на себя все финансы и руководство компании.

Ёбанный Уолтер, интриган херов. Он все разрушит еще до того, как я успею что-нибудь сделать. Он уже в кресле босса, заставляя меня работать в поте лица, и ублюдок убедится, что он останется там, если я ничего не предприму. И сейчас он купается в деньгах. Я единственный, у кого есть интерес к этой работе. Я, блять, единственный. Это мой образ жизни: я был в нём с тех пор, как мне стукнуло двенадцать, и большая часть моей жизни основана на всем этом. Я бормочу скрипучим тоном:

– Вы уверены, что он сказал, что я должен быть женат?

– Я уверен, сэр. У вас есть двенадцать месяцев, чтобы сделать это, прежде чем всё перейдет Уолтеру.

Блять.

Я люблю женщин. Всех женщин. Но я не люблю, когда они околачиваются вокруг. Если вы ищете преданность, это не ко мне. Я только один раз был с одной женщиной несколько ночей, и это было просто для удобства. Любовь не для мужчин, вроде меня. У меня нет на это времени или заинтересованности. Любовь для слабаков. Женщины слишком требовательные, а я по большей части полный мудак. Я не скрываю это, и точно не претендую на что-то другое. Я видел, когда отношения шли наперекосяк и не хочу принимать в этом участия.

– Что-нибудь еще, чем вы хотите добить меня? – я начинаю раздражаться. Его глаза блестят, и он сглатывает.

– Здесь еще условие. Вы не можете просто жениться и затем развестись. Вы должны быть женаты в течение двух лет. Если в это время вы разведетесь, компания автоматически перейдет к Уолтеру.

Да вы, должно быть, издеваетесь.

Этот больной сукин сын.

Он знал – он, блять,знал, это было единственное, что вызовет у меня затруднение. У него были чокнутые идеи даже, когда он был жив, и, похоже, они продолжаются после его смерти. Он проверяет меня, толкая до предела, как он всегда делал. Я уйду, и потеряю всё, над чем работал последние десять лет, или же я поборюсь и получу всё, что было моим с самого начала. Бизнес — это моя жизнь и грёбанный ублюдок знал это.

– Что-нибудь еще? – рычу я сквозь стиснутые зубы.

– Последнее. Если выясниться, что, э, – он сглотнул, – вы платите жене, этого будет достаточно, чтобы переписать бизнес обратно Уолтеру. Женщина должна выйти замуж по собственной воле и жить с вами всё это время.

Этот кусок дерьма.Он знал меня лучше, чем я думал. Он знал, что первым делом я пойду и куплю тупую бабу, от которой откупился бы. Моя челюсть напрягается, грудь расширяется от ярости. Я уже могу представить лицо Уолтера, если компанию перепишут на него. Он всегда ненавидел меня. Он не победит.

Чёртов старик. Он хотел, чтобы я остепенился в течение многих лет, ненавидя мой холостяцкий образ жизни. Он часто говорил мне, что даже если я этого не хочу, но чтобы управлять бизнесом и поддерживать уважаемое имя в обществе, тогда я должен мужественно принять это. Он был женат с двадцати лет на бешеной суке, которая умерла два года назад. Даже после её смерти он шел вперёд и заботился только о деньгах. Меня не удивило, почему он выбрал именно такой промежуток времени, чтобы убедиться, что я застрял с женщиной.

– Очень хорошо, – сказал я, поднимаясь. – Я обязательно займусь этим.

– И как вы думаете сделать это? – адвокат одаривает меня презрительным взглядом.

– Легко. Найду жену, – я ухмыляюсь ему.

Глава 2/Тода/Катя

Щёлк, щёлк, щёлк.

Стук каблуков от моих туфель – единственный звук на оживленной улице, пока я иду на вечеринку в честь дня рождения моего лучшего друга Дасти. Голоса шумно щебечут вокруг, возбужденно обсуждая маршрут на субботний вечер. Я не могу сдержать улыбки, когда прохожу мимо людей, взволнованная, что я наконец-то отойду от работы и окунусь в мир отдыха.

Я работаю персональным ассистентом у властного босса, который владеет судоходной компанией. Мои дни проходят в суете и время на отдых есть только на выходных. Но даже тогда мне не гарантированно полное спокойствие. Взять, например, сегодня, меня вызвали на работу, чтобы помочь боссу с презентацией, когда всё, чего я хотела это остаться в постели.

 - Девочка!

Я улыбаюсь, когда около бара встречаю Дасти. Он уже стоял у входа, одетый во всё чёрное, выглядя обходительно и супер привлекательно. Он ухмыляется и бросается вперед, чтобы обернуть свои руки вокруг меня. Я смеюсь, позволяя ему поднять и покрутить меня.

– С днем рождения, Даст, – я хихикаю, когда он ставит меня на ноги.

– Девочка, ты хорошо выглядишь!

Дасти – красивейший, добрейший и сексуальнейший мужчина-гей, которого я когда-либо встречала. Мы стали друзьями чуть меньше пяти лет назад и были близки с тех пор. Я встретила Дасти в баре, плачущего в свою выпивку, так сказать, потому что его отшили. Мы поболтали, напились, сформировалась дружба. Он позвонил мне на следующий день и вот мы здесь.