Добрыня

Через пятнадцать минут он был на месте, оставил машину на обочине и запустил на планшете программу, которую писал последний год и сегодня её нужно протестировать. На экране планшета появилась карта города, GPS быстро определил местонахождение и стрелка, символизирующая машину, появилась на карте. Ещё одно нажатие и карта уехала вправо, освободив место для множества цифр и кнопок. Практически все они были на нуле.

Максим открыл коробку и достал оттуда маленький квадрокоптер. С первого взгляда и непосвящённому человеку он показался бы простой игрушкой. Собственно, это и была когда-то игрушка, но очень дорогая по тем временам. На нем стояли четыре двигателя по триста ватт каждый, два аккумулятора Pulsar на двадцать тысяч миллиампер-часов. От игрушки осталась только рама и модуль управление камерами, их на аппарате было две – на переднюю и заднюю полусферы. Труднее всего было подобрать винты под мощные двигатели – на это ушло почти три месяца.

Макс щёлкнул тумблером и взглянул на планшет – изменились цифры и внизу экрана побежали строчки загрузки информации. Как только выскочила последняя строчка «Device is ready», Максим открыл окно и выставил квадрокоптер на улицу. Ещё одна кнопка на планшете и винты завертелись, аппарат взмыл в воздух. Экран на планшете теперь разделился на три части: слева окно с цифрами и кнопками, занимает примерно одну треть по ширине. Справа сверху появилось изображение с камер, под ним – карта со стрелкой. Максим ввёл в поле «test» цифру один и нажал «submit» – квадрокоптер взмыл вверх на десять метров, это подтверждалось цифрами слева и изображениями с камер, затем ввёл цифру два и снова «submit» – квадрокоптер опустился чуть ли не на крышу гольфа, на экране появилось изображение капота, которое занимало больше половины окна. Макс поменял пару параметров, и капот перестал заслонять вид перед машиной. Затем достал из коробки небольшой джойстик на присосках и прикрепил его у рычага стояночного тормоза. Нажав на кнопку джойстика, Макс убедился, что он соединился с программой на планшете. Пару лёгких движений джойстиком и изображение капота машины и дороги на планшете то удалялось, показывая большое пространство вокруг машины, то приближалось так, что видны были отдельные камушки и трещины на асфальте. Ещё одно нажатие на планшете и изображение с камеры стало занимать весь экран планшета.

С замиранием сердца Максим сделал паузу, выдохнул и медленно тронулся с места. Изображение на планшете синхронно изменялось вместе с картинкой перед лобовым стеклом. Было явно видно, что квадрокоптер двигается вместе с машиной на высоте примерно метр над крышей автомобиля. Максим нажал сильнее на педаль газа, и изображение синхронно ускорилось, слегка притормозил, и изображение без задержек плавно замедлилось. Легким движением джойстика можно было отодвинуть камеру и наблюдать пейзаж с высоты двадцати метров. Выше Максим не рисковал, могла потеряться связь. Впрочем, на этот счёт была заложена специальная программа на борту дрона: как только терялся сигнал от планшета, аппарат переходил в режим поиска, причём искал и в радиочастотном диапазоне и визуально, т.е. искал изображение автомобиля, которое он заснял при запуске тестов. Найдя цель, летательный аппарат приближался к автомобилю, пока не появлялась связь.

На поворотах Макс снова обратил внимание на картинку, она его порадовала – никакой рассинхронизации.

Теперь нужно проверить тест на препятствия. Это самый опасный тест, так как столкновение даже с простым проводом, который трудно заметить на скорости, могло привести к крушению летательного аппарата.

Максим осторожно, посматривая одним глазом на планшет, выехал на кольцевую. Набрав скорость до ста километров в час, он радостно отметил, что квадрокоптер не отстаёт и, главное, всё происходит синхронно – при увеличении скорости, аппарат сам подымается выше, чтобы больше видеть, при снижении скорости – опускается. Увидев мост, Максим слегка занервничал. Ещё бы, сейчас он может уничтожить своё творение…

Программой на борту заложены два алгоритма облёта препятствия: либо сверху, либо снизу. Это зависит от многих параметров: скорости цели, за которой следит аппарат, от высоты препятствия над машиной, от размеров препятствия и даже от скорости ветра. Квадрокоптер сам рассчитывает, что будет удобнее: подняться или пролететь низко над машиной. Например, если препятствие туннель, то программа должна выбрать алгоритм снижения вплоть до нескольких сантиметров над крышей. Если мост, да ещё и скорость автомобиля высокая, то лучше подняться, чтобы не потерять картинку. Но тут важно, чтобы перелетая мост не врезаться в машины или другие объекты на мосту.

С замиранием сердца Макс следил за параметрами на планшете, увидев, что программа сделала правильное решение, Макс с облегчением проскочил под мостом, не сбавляя скорости. Квадрокоптер быстро набрал высоту на десять метров выше моста и, перелетев через него, снизился на прежнюю высоту – ещё один тест пройден успешно.

Следующий тест на прохождение малозаметных препятствий – проводов. Такие препятствия есть на проспекте. Проехав по развязке, ещё раз убедившись в правильной работе софта, Макс вырулил на главный проспект. В принципе, проспект приведёт его домой, этот маршрут был выбран не случайно – до дома даже со всеми красными светофорами оставалось полчаса лёта (во всех смыслах). Заряда аккумуляторов хватит минут на сорок. На проспекте скорость пришлось сбросить по двум причинам: ПДД не разрешают здесь ехать быстрее шестидесяти и ещё нужно убедиться, что высокоскоростные камеры с высоким разрешением распознают провода и рекламные растяжки над проезжей частью. И на первом же перекрёстке светофоры висели на растяжке. Программа определила, что высота препятствия ниже траектории полёта и картинка на экране не изменилась. Светофор был зелёный и, не останавливаясь, Макс проехал очередной тест. Дальше полет проходил без изменений, все провода висели на той же высоте. Макс ехал в правой полосе, т.к. в случае столкновения с проводами, была вероятность, что квадрокоптер упадёт. В таком случае лучше на обочину, а не под колёса машин. Прошлый раз ему повезло – аппарат упал на кусты, которые были высажены вдоль дороги, и менять пришлось только пару винтов. Как раз сейчас он проезжал около этого места. Быстрый взгляд на планшет, картинка чуть дёрнулась – это дрон скорректировал траекторию, чтобы не задеть провод. Ещё один тест пройден. Дальше Макса уже ничего не волновало. Всё, что он хотел проверить, прошло успешно, оставалось нарабатывать статистику, сохранять её и использовать в будущем, проезжая по этим же местам…

Проезжая через центр города, планшет вдруг издал писк, изображение с камер пропало и все параметры стали красными. Это означало, что связь с квадрокоптером потеряна. Странно, ведь высота не изменилась…

И, практически, сразу он увидел «гаишника», который указывал на него «палкой-полосаткой» – приглашал остановиться. Два нервных события подряд отрезвили Максима, и он быстро взял себя в руки, остановился у тротуара. Пока гаишник шёл к его машине, Максим услышал, как что-то стукнуло по крыше гольфа. Макс облегчённо вздохнул – дрон цел, автономная программа на борту отработала, как и положено, обеспечила приземление аппарата на крышу автомобиля.

Максим приготовил документы, за них он не волновался. Странно только, что его остановили, ведь он ничего не нарушал, да и на проспекте не принято останавливать. Если гаишник заметил квадрокоптер, то с девайсом можно будет расстаться.

«Старший лейтенант Гаврилов, проверка документов, – представился офицер и объяснил причину остановки. Максим передал документы в открытое окно, гаишник бегло просмотрел документы, – Поставьте автомобиль на тротуар и пройдите к инспектору в машину».

«Я что-то нарушил?» – спросил Максим, но гаишник уже уходил с документами в сторону патрульной машины на тротуаре.

Припарковал гольф, Макс быстрым движением снял своё детище с крыши, быстро отсоединил самое ценное – блок памяти и процессор, квадрокоптер бросил на сиденье, остальное сунул в карман. Закрыл машину с пульта, убедился, что стекла поднялись автоматически, Макс побрёл к автомобилю ГАИ.

Уже подходя к открытой двери гаишной машины, из неё вышел инспектор и, уходя в сторону проезжей части, ещё раз, пригласил присесть в пассажирское кресло. Заглянув внутрь, Максим с удивлением заметил, что в машине никого не было за исключением человека в штатском на заднем сиденье. Макс послушно сел спереди и стал ждать возвращения гаишника, но тот демонстративно стоял на обочине и наблюдал за потоком на проспекте.

– Здравствуйте, Максим Александрович, – послышался тихий, спокойный голос сзади. Максим оглянулся, человек в штатском рассматривал его документы.

– Здравствуйте, – ответил Макс, поняв, что разговаривать придётся с этим типом. Это открытие его несколько озадачило и напрягло – нестандартная выходит ситуация.

– Вы знаете, почему Вас остановили? – вежливо спросил незнакомец.

– Нет, – удивлённо ответил Макс, – Наверное, что-то нарушил, раз остановили…

– И Вы не догадываетесь? – ещё раз предоставил шанс сознаться странный человек в штатском.

– Нет… Может, скорость превысил? – включил «дурака» Максим без всякой надежды понять, что происходит.

– Можно, я на «ты» перейду? Разница в возрасте знаете ли…

– Да, конечно. Так за что меня остановили? – осмелел Макс.

– Ты знаешь, что все летательные аппараты должны регистрироваться?

Максим, конечно, знал. Знал, что есть определённые ограничения, типа можно не регистрировать беспилотники легче 225 грамм. Но его девайс весил больше полкило. Макс даже не взвешивал его, просто сложил веса всех компонент.