Дочь авторитета

– Есть один человек, который может помочь, – выжал из себя он.

– Кому?

– Тебе.

– В чем?

– Ты же понимаешь, что Ставр не оставит тебя в покое.

– Понимаю.

– Тут он тебя или ты его.

– Короче.

– Есть человек, который может тебе помочь.

– Я это уже слышал.

– Я могу тебя с ним свести.

– Очень хорошо. – Байкалов усмехнулся себе под нос.

Он прошел суровую школу, в которой учили не быть лохом, знавал умников, которые любят загребать жар чужими руками. Видно, кто-то попытался воспользоваться ситуацией, в которую попал Захар. Это сам Горошин или тот человек, который стоит у него за спиной и продвигает Виталия на главный пост в городе. Идет игра против Ставра с целью навсегда избавиться от него. У Захара безвыходная ситуация, и он только рад будет убить Ставра. Тут два варианта. Либо Захар расправляется с врагом своими руками, либо это делает кто-то другой, а его подставляют под убийство. Второй вариант пугал парня больше всего.

– Ты должен с ним поговорить, – сказал Горошин.

– С кем? Кто он такой?

– Узнаешь. Всему свое время.

– Отлично. Как вернусь, так с ним и поговорю.

– Откуда вернешься?

– Я уезжаю. Куда – не скажу. А Лилию оставляю под вашу ответственность. Я не буду говорить, что сделаю с вами, если с ней что-то случится.

Горошин сглотнул от волнения слюну и кивнул. Не надо ничего говорить. Он и так все понимал, по себе знал, как Захар может брать за горло.

Молодым везде у нас дорога. Особенно в лесу и в горах. Куда захотел, туда и пошел. Было бы желание и умение выживать. Захар и Зойка легкие на подъем. Летний лес в горах для них за счастье.

Только вот Зойка что-то не вдохновляла парня на подвиги. Хотя начиналось все очень хорошо. Они разбили палатку, развели костер, нажарили сосисок, приняли на грудь для заводки. А в палатке вышел пшик. Так прогорает внутри, не выстреливая, бракованная хлопушка с конфетти.

Зойка не расстроилась. Она списала все на усталость, но Захар вдруг понял, в чем причина. Это из-за Жанны.

Нет, он не влюбился в эту диву. Ничего такого и в помине, тем не менее Жанна завладела его мыслями. Он все пытался выкинуть ее из головы, а она весь вечер стояла у него перед глазами. И к костру подсела, и водочки тяпнула вместе с ними.

– Почему ты меня с собой не взял? – спросила Зойка.

– Не взял, – эхом отозвался Захар.

Все хорошо, в палатке тихо, даже комары не жужжат. Вокруг все спокойно. Зойка под боком, ее голова у него на груди. Пора спать, и нет желания вспоминать прожитый день во всех его подробностях. Даже Жанна утихомирилась, перестала лезть в голову и отталкивать от него Зойку. Тут вдруг вопрос.

– Я могла бы тебе помочь.

– В чем?

– Если Ставр твой враг, значит, и мой.

– Будем с ним воевать?

– Но ты же пытаешься.

– Пытаюсь от него убежать. – Захар усмехнулся.

– Ты боишься не за меня, а за сестру.

– И за тебя.

– За меня бояться на надо. Ты же знаешь, я всегда была с вами во всем.

– Ты не была, а есть. Никого больше нет, только ты.

– Ты мог бы Рапса позвать на помощь, хотя он уже не пришей рукав ни к какому месту. Жак скоро вернется.

– Ты уверена?

– Я Тайку видела. Она сказала, что ждут.

– Чего так?

Захар нахмурился. В их давней компании Зойка была равной среди равных. По горам вместе со всеми лазила, дралась, когда случалось, не хуже других. К пацанам с любовью не лезла, но Захар все же видел ее интерес к Жаку. Она выделяла из всех его и Захара. Может, из армии Жака ждала так же, как и Захара из зоны. Или тот приезжал в отпуск, и у них что-то было. Она и не скрывала, что имелось у нее какое-то увлечение за эти четыре года. Что-то с кем-то крутила.

– Да что-то не заладилось у него там со службой.

– Ждешь его?

– Кого? – Зойка приподнялась на локте, удивленно глянула на него.

– Ты прекрасно все поняла.

– Не нужен он мне.

– Я же знаю, он тебе нравился.

– Ты должен знать, что я выбрала тебя.

– Я очень рад. Давай спать! – Захар чуть ли не силой уложил Зойку на бок, спиной к себе, прижался к ней и затих.

– Не нужен он мне, – прошептала она. – Вообще никто, только ты.

Не вопрос, Зойка – хорошая девчонка. Захар даже рад был тому, что она выбрала его. Но разве он расстроился бы, если бы ее место вдруг заняла бы Жанна?.. Обрадовался-то вряд ли, но и слезы лить не стал бы.

Первый подъем без страховки, а второй уже как по маслу, по тросу, с подъемником. Они затащили на гору все, что у них было – палатку, вещи, продукты, воду, – чтобы больше не суетиться.

Погода отличная, видимость прекрасная, ветер в лицо, адреналин в кровь.

– Красиво! – глядя на далекий город, сказал Захар и вдруг понял, что ему нужно.

Он подхватил Зойку на руки, отнес к самому краю скалы, на то место, где они занимались любовью в первый раз.

– Если ты хочешь меня сбросить, то я не буду держаться, – сказала Зойка, ослабила хватку и посмотрела ему в глаза.

Если он решил ее бросить, то и умереть не страшно. Об этом она ему и говорила. Причем со всей серьезностью.

– И не надо.

Рискуя свалиться вниз вместе с Зойкой, он осторожно уложил ее на спину, раздел догола.

– Это заводит, – заявила она, с лукавым интересом глядя на него.

– Это взрывает. – Он улыбнулся, все так же осторожно подстраиваясь под положение вещей.

– Высота, высота… – закрывая глаза, пробормотала она.

– Нет, не так. – Захар вдруг рывком развернул Зойку и уложил ее за живот, так, чтобы она смотрела вниз.

Земля из-под них посыпалась в пропасть, выступающие корни опасно прогнулись. Они оба прекрасно понимали, что зашли за край. Но Захар не собирался останавливаться, а Зойка отважилась его подгонять. Вставляло само движение – тугое, распирающее, высоко над землей. А финиш так и вовсе ослепил их.

Но слишком резкий рывок сдернул тела в пропасть. Корни деревьев, на которых они лежали, не выдержали тяжести, распрямились. Захар устремился вниз, но быстрота реакции спасла и его, и Зойку. Одной рукой он зацепился за корень, а другой поймал подружку, которая не успела еще оправиться после встряски.

Зойка смотрела на него снизу вверх шальными от страха глазами.

– Спокойствие. Только спокойствие, – проговорил он, нащупывая ногой выступ, о который можно было опереться.

Зойка взяла себя в руки, окинула его взглядом и прыснула. Вот уж действительно картина, достойная кисти Репина. Он голый, она тоже без ничего, оба на волосок от гибели. Зато у них был невероятный, безумный секс.

Захар обрел опору, приготовился тянуть Зойку на себя.

– Давай!

Она не смогла сдержаться и захохотала. Это был истерический смех, дурной, тот самый, который заразительный. Захар тоже прыснул, но это не помешало ему подтянуть к себе Зойку. Она зацепилась за корни, обезьяной перелезла через его голову. Он глянул на нее снизу вверх, расхохотался, выбрался на камни и упал.

– Скажи, это был полный улет? – спросил парень.

– До полного чуть-чуть не хватило, – ответила девчонка.

– Плохо. Нужно повторить.

Он вдруг понял, что сможет снова. Более того, этого хотел. Зойка запрыгнула на него как ведьма на метлу. Им нужен был полный улет, и они его получили.

Трусость и смелость – понятия, казалось бы, несовместимые. Но Леонид Шантанов так не думал. Он всерьез считал себя трусом. У него чуть сердце не остановилось, когда их полк в срочном порядке был переброшен в Афган. Давно это было, лет десять назад. С тех пор каждый его прожитый день – это борьба с самим собой.