Дочь Хранителя
Шрифт:
— Нужно уходить отсюда, Галчонок, — сказал он, когда я уже собиралась закрыть за собой дверь. — Ты сейчас отдыхай, набирайся сил, а потом…
— Давай, действительно, потом, — перебила я его.
Потом. Так как сейчас мне очень не хочется спорить и доказывать что-либо уже принявшему решение карду. Отдохну, отосплюсь, тогда и поговорим. Может быть, даже покричим, поспорим. А может, и поссоримся.
Потому что я тоже приняла решение…
Разбудил меня шум в гостиной. За окнами темно: значит, уже поздний вечер или даже ночь, а у нас, судя по радостным голосам, один из которых
Перед гостем я предстала заспанная и растрепанная, но эффекта это не ослабило. Крупный круглолицый мужик лет пятидесяти в такой же, как у наших утренних сопровождающих, зеленой куртке, выглядел более чем удивленным. Я позволила ему с минуту рассматривать меня с раскрытым ртом, прежде чем стандартной фразой окончательно развеять все сомнения:
— Здравствуй, идущий.
— Здравствуй, открывающая. Эвон как у вас все закручено!
Лайс с улыбкой развел руками: да, мол, закручено.
— Брайт Клари, — назвался человек.
— Галла Эн-Ферро.
Ну не Галиной Ивановой, в самом же деле, представляться?
— Точно, — усмехнулся он, а простодушное лицо на мгновение приобрело хитрющее выражение. — Сестра бесхвостая.
— Могу отрастить, если очень надо, — пожала я плечами.
— Не надо, — ответил за тэра Клари Лайс. — Лучше глянь, что у нас из еды готового есть.
— Угу. — Как распоследняя Золушка я поплелась на кухню.
— А правда может? — с любопытством поинтересовался гость за моей спиной.
— А кто ее знает? — с опаской произнес Эн-Ферро.
Нужно будет попробовать при случае.
Брайт приехал не на следующий день, как обещал, а в тот же вечер.
Ил был ему рад, хоть в первые минуты испытывал некоторую неловкость. Лайс понимал его: нелегко видеть, как стареют те, кого ты помнишь совсем юными, в то время как сам ты не меняешься. Мальчику еще предстоит научиться с этим жить. Хотя когда-нибудь, может, уже через пару лет, он вернется на Эльмар, и там, в окружении вечно молодых эльфов этот опыт ему не пригодится.
Галле Брайт, кажется, понравился. Она с улыбкой принимала его неловкие комплименты, смеялась над нехитрыми шутками и живо интересовалась охотниками Марега.
— Алез этот отряд собрал, — объяснял полусотенный. — Официально у герцога нашего на жалованье, а так, бывает, и другие вотчинники обращаются. Занимаемся чем прикажут. Бежим, куда пошлют. Преступников сбежавших ловим, браконьеров в лесу гоняем. Разбойничьи банды, если где появляются, тоже нас зовут… Разные дела попадаются. Гвардии не с руки. Стража только внутри городских стен действует. А мы — везде!
— Интересная, наверное, работа, — улыбнулась Галла.
— Нескучная, — признал Брайт. — Риск, конечно, есть, но за него неплохо платят. Братцу твоему, думаю, подошло бы, если б вы не уходили…
— А мы никуда не уходим, — заявила девушка.
— Гал, я же тебе сказал, — начал Эн-Ферро.
— Вот именно, Лайс. — Она посмотрела ему в глаза. — Ты сказал. А я ничего подобного не говорила.
И уходить с Тара не собиралась.Повисла неловкая тишина. Ил выжидающе смотрел на друга, Брайт, чувствуя себя виноватым, что завел эту тему, вилкой гонял по тарелке одинокую горошину, оставшуюся от рагу.
— Не собиралась? — Кард старался не повышать голос. — А что ты собиралась? Ходить в школу как ни в чем не бывало и дожидаться, пока более удачливый колдун закончит то, что не удалось магистру Феасту?
— Послушай, Лайс, — произнесла она твердо, — не трать время. Есть тысяча причин, по которым нам стоит уйти отсюда. И не нужно перечислять их все.
— Да, — все же вскипел он, — причин немало. Так почему бы не упаковать свою злосчастную чашку, а завтра поутру не двинуть отсюда куда подальше?
— Потому что я остаюсь. Я так решила. А ты, если хочешь, уходи.
У нее глаза отца, подумал вдруг Эн-Ферро. И когда она смеется, они светятся серебряными искорками. И когда она так вот серьезна и уверена, во взгляде сверкает сталь. Кир бы ею гордился. Но вряд ли друг хотел бы, чтобы девочка подвергала жизнь опасности.
Не найдя нужных слов, обернулся за поддержкой к эльфу:
— Ил, ты же там был. Скажи ей.
Парень на мгновение задумался.
— Ты прав, Лайс. Я там был, — произнес он раздельно. — И я считаю, что мы не должны уходить. Трусы бегут. А мы не трусы.
— Ясно, свободен. Речи о доблести и чести в другом месте произносить будешь.
— А ты ему рот не затыкай! — взвилась девушка.
— Засиделся я у вас, — пробормотал, вставая, охотник. — Пойду уже.
— И я пойду, — вскочил кард. — А вы двое можете пока поговорить на возвышенные темы героизма и даже придумать несколько планов великого возмездия колдуну, от которого вас спасло лишь чудо! А когда поймете, что все это полная ерунда, начинайте собирать вещи! Потому что я так сказал!
Он вышел вместе с Брайтом на крыльцо и, захлопнув дверь, от всей души выругался на старом килойском — весьма богатом на бранные слова языке Тиопы.
— Не переспоришь ты их, Лайс, — сказал прослушавший этот монолог охотник. — Ила я неплохо знаю, и сестренка твоя ему под стать. Не уйдут. А силком через врата не протащишь, сам знаешь.
— Знаю, — вздохнул Эн-Ферро. — И про врата. И про этих двоих.
— Возвращайся уже к ним. А то, глядишь, и впрямь планов настроят, не расхлебаешь потом. А я тебе адрес оставлю, по которому в городе квартирую. Может, действительно к нам пойдешь, ты подумай. Маги сейчас сеть раскинут на пять парсо от города, не исключено, что и за Галлой твоей особый присмотр будет. Не рискуй понапрасну.
— А зачем я тогда вообще тут нужен? Я же за упрямицей этой вроде бы присматриваю!
— Как знаешь. Но адресок все же возьми…
Когда Эн-Ферро выскочил за дверь, Галла поднялась из-за стола и, ни слова не говоря, ушла в свою комнату. Иоллар посидел немного, собираясь с духом, выпил вина для храбрости и пошел за девушкой. Момент был подходящий.
Пока он раздумывал, стоит ли стучать или просто войти, дверь распахнулась, и Галла удивленно воззрилась на мнущегося на пороге ее спальни эльфа.