Дочь моего врага

Анна сделала всего несколько шагов по лесу, когда из тени вышел какой-то человек и загородил ей дорогу.

Сердце ее отчаянно забилось, и она едва не закричала от страха, но крик замер, потому что она узнала Артура.

— Зачем вы за мной следите? — спросила она с возмущением. — Вы напугали меня до смерти!

— Вам нельзя ходить одной! — ответил он так же резко.

— Но я не была одна, — сказала Анна с натянутой улыбкой. — За мной шпионили вы.

Она испытала подлинное удовлетворение, когда увидела, что губы его сжались в недовольной гримасе. Было ужасно приятно осознавать, что она смогла хоть как-то задеть его.

Артур бросил на нее долгий проницательный взгляд.

— Я уверен, что вы хорошо разбираетесь в этом деле.

Теперь настал ее черед сжать губы.

Артур стоял слишком близко. Хотя брат и остальные мужчины были совсем рядом, в его обществе Анна чувствовала их обоюдное уединение гораздо сильнее, чем хотелось бы. Наедине с ним она не чувствовала себя в безопасности.

Она многое вспоминала — его поцелуи и привкус гвоздики на губах. Или то, как рябью перекатывались его мускулы в мерцании свечи, или как его влажные волосы ниспадали волнами на шею и вились вокруг лица, или как от него пахло…

Он не брился, и щетина на подбородке придавала ему грубоватый и опасный вид, который — черт бы его побрал! — только добавлял ему привлекательности.

Разозлившись на себя зато, что после всего произошедшего он все еще привлекает ее, Анна попыталась проскользнуть мимо него, однако он загородил ей дорогу.

— Вам нет причин беспокоиться, — сказала она. — Я уже собиралась вернуться.

Артур схватил ее за руку, чтобы удержать.

— Когда в следующий раз соберетесь покинуть лагерь, не делайте этого в одиночку.

Щеки Анны вспыхнули от гнева, вызванного его повелительным тоном. Сэр Артур Кемпбелл, рыцарь в услужении у ее отца, перешел все границы дозволенного!

— Не смейте давать мне указания! Если я не ошибаюсь, во главе нашего отряда мой брат, а не вы.

Его глаза сверкнули, а пальцы крепче сжали руку. Когда он заговорил, голос его был очень тихим, а от его рта Анна не могла оторвать глаз.

— Не перечьте мне, Анна. Если хотите, чтобы я привлек к этому вашего брата, я это сделаю. У меня нет желания обращаться с вами, как с неразумным ребенком, но я сделаю все, что потребуется, чтобы обеспечить вам безопасность.

В его голосе было что-то, от чего она почувствовала тревогу, и по коже ее побежали мурашки.

— В чем дело? Где-то поблизости мятежники? Вы что-то видели?

Сэр Артур покачал головой:

— Пока что нет.

— Но что-то почувствовали?

Взгляд Артура, полный мрачных подозрений, метнулся к Анне. Неужели она пытается завлечь его в ловушку, заставив признаться, что догадывается о его особых способностях? Но нет, кажется, она ничего не знает.

Артур пожал плечами и убрал руку с ее плеча.

— Я чувствую опасность. И вы должны быть осторожны. Не стоит впадать в заблуждение и полагать, что здесь никого нет, раз вы никого не увидели.

Смущенная тем, что в его словах чувствовалось подлинное беспокойство, Анна кивнула:

— Я буду поступать, как вы просите.

Они оба знали, что он не просил, но похоже было, что его удовлетворило ее согласие, и не было смысла придираться к тому, в какой форме это согласие было выражено.

Анна знала, что ей следует уйти, но все же помедлила и задала вопрос, который мучил ее всю дорогу:

— Почему вы здесь, сэр Артур? Почему настояли на том, чтобы сопровождать нас?

Он отвел глаза. Ее вопрос смутил его.

Артур сжал зубы и выпятил подбородок:

— Я подумал, что смогу пригодиться вашему брату.

— Это единственная причина?

Он посмотрел на нее сверху вниз, и его взгляд словно пронзил ее насквозь.

— Раз вы не послушались моего предостережения, у меня не было иного выбора, кроме как поехать самому и удостовериться, что вы доберетесь до места назначения благополучно.

Так он хочет благополучно доставить ее в объятия другого мужчины?

— О, я уверена, сэр Хью оценит ваши услуги.

Артур напрягся от ее слов, и глаза его засверкали, как огонь лесного пожара. На мгновение Анне показалось, что он прижмет ее к стволу дерева и поцелует, но он этого не сделал. Вместо этого он сжал кулаки и с яростью посмотрел на нее.

— Не испытывайте моего терпения, Анна.

Однако на нее больше не действовали увещевания.

— Не испытывать вашего терпения? А разве вам не все равно? В ту ночь в казарме вы высказались с полной ясностью. Вы приказали мне держаться подальше от вас. Не помните?

— Помню, — сказал Артур.

То, как вдруг охрип его голос, показало ей, что он помнил не только это.

Воспоминания, возникшие у обоих, будто наэлектризовали воздух между ними.

Анна не понимала, зачем она это делает, однако решилась задать очередной вопрос:

— Вы передумали?

В другое время Артура восхитила бы ее дерзость. Анне были присущи искренность и откровенность, и эти качества делали ее непохожей на других женщин. Но сейчас эти качества не казались Артуру привлекательными. Почему она не была застенчивой и робкой? Тогда бы он легче справился со своими чувствами.

Он знал, что ведет себя, как идиот, однако два дня пребывания рядом с Анной, два дня, когда он мог наблюдать за ней и видеть, что она отворачивается, встречая его взгляд, и вообще ведет себя с ним, как с наемным воином, довели его терпение до предела. Он не мог вынести еще одного вечера, не мог смотреть, как она порхает по лагерю, смеется, разговаривает с телохранителями… А ему она явно намеренно не улыбнулась ни разу.

Ему, черт возьми, нравилось оставаться в тени, но находясь вдалеке от Анны, он испытывал томление и голод по ее улыбке и смеху, по исходящему от нее свету. Он хотел, чтобы Анна обратила на него внимание, но он только еще больше раздразнил себя. Ему хотелось прижать ее к стволу дерева и овладеть ею. Он почти чувствовал, как ее руки обвиваются вокруг его шеи, как ее ноги обхватывают его бедра и как он входит в нее медленно и глубоко. Он чувствовал, как ее тело прижимается к нему, как ее возбужденные соски прижимаются к его груди, как они оба сливаются в экстазе.

Проклятие!

Артур заерзал, стараясь прийти в себя, но его возбужденное мужское естество не поддавалось уговорам.

«Соберись с силами. Думай о своей миссии. Стой достаточно близко, чтобы видеть ее, но не настолько близко, чтобы дотронуться».

На него рассчитывали слишком многие. Он должен думать о том, что для него важнее всего. А важным для него было увидеть Брюса на троне, позаботиться о том, чтобы он смог одолеть своих врагов. И Джона Лорна в том числе.

Это был шанс Артура увидеть своего врага поверженным, увидеть, как он расплачивается за то, что сделал с отцом.