Дочь Тьмы

Договаривать он не стал, всё было ясно без слов. Варколаки разорвали бы меня в мелкие клочья, если бы Георг не вмешался. Но сейчас думать о том, что бы случилось или не случилось, было, по меньшей мере, глупо.

— Как ты думаешь, что это за решение? — так же шёпотом поинтересовалась я у Даниэля, изо всех сил пытаясь прогнать тревогу и оставить только ощущение неземного спокойствия, которое охватывало меня всегда, когда я нежилась в объятиях любимого.

— Не знаю. — Просто ответил Стан, — Георг может принять любое решение, но, в любом случае, узнаем мы о нём только тогда, когда он нам его озвучит.

Я не стала отвечать, соглашаясь с тем, что мне говорил Даниэль. Но я знала одно: Старейшины примут верное и справедливое решение, при этом учитывая все нюансы. А их было немало: охота, жертвой которой стали мы с Дэном, нарушение договора и появление Варколаков. Всё это должно будет учитываться далее.

— Как ты нашёл меня? Да ещё и так быстро? — снова шёпотом спросила я у Дэна, который сейчас лениво поглаживал меня по волосам одной рукой, другой продолжая крепко прижимать к себе.

— Очевидно, Леонтий снял защиту с форта, чтобы я мог почувствовать тебя. В любом случае, я всегда знаю, где тебя искать. Но обычно на подобного рода местах стоит мощная защита. А сегодня я понял, что на форте её нет.

Я снова не ответила, вдруг вспомнив то, о чём мне рассказал Леонтий и решая, стоит ли рассказывать о том, что я узнала, Даниэлю.

— Вы готовы? Машина ждёт нас внизу, — раздался тихий голос Лайнуса, и я подскочила с места, так и не успев принять решение. Да и даже если бы принять я его успела, рассказывать о своих знаниях было некогда.

— Мы готовы, — Даниэль встал с кресла следом за мной и взял меня за руку, словно хотел подбодрить.

Меня действительно накрыло очередной волной беспокойства и растерянности. Были только я и Стан. И больше никого. И мы с ним не знали, на кого можно положиться и до каких пор можно называть того или иного друга этим гордым именем. Как и не знали, что именно решат о наших судьбах Старейшины.

— Тогда идёмте, — Лайнус отступил в сторону, давая нам возможность пройти, и мы с Даниэлем, так и держась за руки, шагнули в неизвестность…

Здесь всё было до боли родным и знакомым, каждая частичка моего дома была поистине моей, несмотря на то, что мой клан жил здесь всего около шестисот лет. Но именно Бран я всегда могла назвать так — дом. Как бы странно или пафосно это ни звучало для вампира.

Мы с Даниэлем шагали за Леонтием Георгом по внутреннему двору Брана, а по бокам от нас шли Лайнус и ещё один Старейшина. Кажется, его звали Кристофер, если мне не изменяла память. С обеих сторон мои вампиры выстроились в два ровных ряда, и сейчас, ловя на себе их взгляды, я чувствовала себя, мягко говоря, неуютно.

Для них я была предательницей, а сейчас, должно быть, вообще выглядела арестанткой, которая шла под конвоем к месту казни. А может, именно так оно и было, ведь я не знала, заинтересованы ли Старейшины в том, чтобы наш сын появился на свет, если уж ему суждено стать настолько сильным. При воспоминании о сыне, который уже существовал, моих губ коснулась лёгкая улыбка, а ещё я сожалела, что Даниэль пока ничего не знает о том, что скоро станет отцом.

Ближе всех к отцу стояли Анджеу, Матей и Флорин. И когда мы подошли к Стефану и Лоану, которые сейчас стояли бок о бок, я встретилась глазами с Флором, и тот едва заметно кивнул мне.

— Приветствуем вас, Великие Старейшины, в замке Бран! — раздался могучий голос отца, который отразился от каменных сводов замка и усилился многократно. Отец не смотрел на меня, ни словом, ни жестом не отметив моего присутствия здесь.

«Вот так вот, Отец…Сейчас для тебя стоящий рядом Вождь Охотников больший друг, чем собственная дочь…»

Я настолько глубоко ушла в свои размышления о том, почему отец так поступил со мной, и почему сейчас он готов был пригласить в наш дом главу Охотников, но так и продолжать не обращать на меня внимания, что пришла в себя только когда мы направились внутрь замка. Я сделала глубокий вдох, наслаждаясь такими знакомыми ароматами и горько улыбнулась, понимая, что здесь нахожусь, должно быть, в последний раз. Это будет своего рода прощание с Браном, это я понимала тоже…

— Заседание пройдёт в малой зале, — шепнул Флорин, идя позади нас с Дэном. То ли защищая, то ли подбадривая меня. Я чуть склонила голову, сворачивая за Леонтием вправо, где располагалась малая зала, в которой прошёл не один военный совет.

Прямо напротив входа располагались пять кресел с высокими спинками, в сторону которых и направились Лоан, Стефан и Старейшины, а меня и Даниэля препроводили к креслам стоящим справа.

Я чувствовала себя очень неуютно, будто меня привели на суд, который уже заранее свершился, и было ясно, каким именно приговором он окончится.

Рядом со мной сели Даниэль и Флорин, а с другой стороны от Стана расположился Анджеу. Остальные вампиры и несколько Охотников из свиты Лоана заняли свои места на стульях в зале. Я оглядела зал и увидела несколько незнакомых лиц. То, скорее всего, были представители других кланов вампиров и Охотников, которые тоже вели на нас охоту.

Установилась тишина, во время которой, казалось, никто из присутствующих не дышал, понимая важность того, что сейчас происходило, а потом раздался звучный голос Леонтия. О! Это был совсем не тот тихий голос, которым он рассказывал мне о тех мальчике и девочке, рождение которых было, мягко говоря, не совсем обычным для вампиров и Охотников. Это был властный, уверенный голос Верховного Старейшины, который рассыпался под сводами малого зала, доносясь до каждого его уголка.

— Мы не будем долго распространяться о том, почему собрались здесь сегодня. Это, как я думаю, понятно без слов и так. Так же я не буду объяснять причины нашего вмешательства в эту ситуацию, которая уже давно вышла из-под контроля. — Он быстро взглянул в сторону Лоана, и тот опустил голову. — Мы все здесь понимаем, что та травля, которой подверглись дети вождей двух кланов, в итоге бы окончилась их гибелью, если бы Охотники прошедшей ночью не привлекли к охоте Варколаков.

Флорин, сидящий рядом, дёрнулся и резко выдохнул, на лицах вампиров отражалось замешательство, отец вздёрнул брови, словно был не в силах поверить услышанному, Лоан опустил голову ещё ниже.

— В любом случае, решение принято, и каким бы несправедливым оно вам ни показалось, оно неизменно. И любой, кто пойдёт против него, будет уничтожен. Даже если таких «любых» наберётся целый клан.

Георг резко поднялся с места и вышел на середину залы, заложив руки за спину и глядя в нашу с Даниэлем сторону.

— Если бы не одно обстоятельство, мы бы приняли несколько иное решение, и сейчас бы разговаривали в замке Охотников, но Александра Константин обратила Даниэля Стана.