Долг чести

***

Открыв глаза, я посмотрел на пальцы что были испачканы в пыли и в засохшей крови. Молодые пальцы, кажется я лежал на руке Ивана. Не мои те. Рука вытянута, тело я плохо чувствовал, решив пошевелиться, с удивлением увидел, как шевелятся пальцы на руке. Ну-ка средней палец покажем. Странно, показывает, хотя это не моя рука, я её не чувствую. Уже утро было, Солнышко показалось над горизонтом, сев я с удивлением бегло осмотрел себя и обе руки. Одну не чувствую. Это та на пальцы которой ранее смотрел, я её банально отлежал, вторая в порядке. Сам я был в пыли и засохшей крови, торс облегали ремни парашютной системы, купол лежал рядом. Сам я сидел на пыльной дороге, светало, и кажется... я попал.

То, что я оказался в теле Ивана, моего ординарца и денщика, всё в одном флаконе, это я уже смирился, а пока в памяти начало всплывать то что произошло ночью. М-да, плохо было ночью. Ладно, чуть позже расскажу, а сейчас нужно прятаться. Слышу приближающийся рёв машины, откуда-то с низины доноситься. Вскочив, всё точно, я был в теле Ивана, не ошибся. Быстро смотал купол в комок, сунув в парашютную сумку и быстрым шагом, на ходу осваивая своё новое тело, Ивану бы через два месяца четырнадцать исполнилось, стал уходить прочь. Метрах в ста от меня были низина, заросшая кустарником, оттуда рёв двигателя и доносился, туда же бежала и разбитая полевая дорога, а с трёх других сторон чистое поле, засеянное пшеницей. Хотя нет, это рожь. Вдалеке, на горизонте стоит чёрный столб от горевшей техники. Там упал мой личный самолёт, думаю вместе с моим прошлым телом. Отбежав от дороги подальше, я лёг во ржи, бросив рядом парашютную сумку. Не так и высоко та выросла, но всё же скрыть мой новое тело смогла. Выглядывать я не стал, иначе сразу заметят, так что лёжа стал пережидать пока рёв двигателя машины не станет удалятся и не стихнет вдали. По звуку это армейский грузовик. То, что это машина русской армии, я был уверен, да и по звуку опознал характерную работу двигателей московского автозавода братьев Игнатовых. Эту линейку двигателей на многие грузовики ставили, включая бронетранспортёры, так что какая машина прошла по дороге оставалось только гадать. А причины прятаться у меня были. Вполне возможно, что это группа зачистки. Думаю, стоит прояснить ситуацию, в которой я оказался и к которой пока сам не знал как относится.

Перевернувшись на спину, я оторвал зелёный стебель, и покусывая его, рассматривая ярко голубое небо, без единого облачка, размышлял. Два дня назад, после размолвки с Анной, ночью я сорвался с места, и мы направились к центральному аэропорту, где в арендованном ангаре стоял мой личный самолёт, 'Дуглас' американской постройки с отличным дорогой выделки салоном, представительского класса. Там и кухонька была, и санузел с душевой, и диван чтобы поспать. Летал я сам, корочки пилота имел. Смог с одной дозаправкой кружным путём через Финляндию, она Российской была, добраться до столицы, сев на центральном аэродроме города, кстати, с заметными следами бомбёжки, пожары были, самолёты Антанты бомбили город, хотя столицу прикрывали две истребительные авиадивизии и немало зенитных батарей. Дальше посетил императорский дворец, увидев кислую рожу Императора Алексея, мне его видеть тоже не доставляло удовольствия, и получил разрешение вернуться из отставки. Я тут имел авторитет немалый по прошлым делам, так что многие генералы и адмиралы поздравляли меня. Паркетные шаркуны. Я хоть тоже вроде как числюсь за лейб-гвардией, но получил направление в армейские части, начальником разведки Западного фронта. Дальше в Генштабе получил документы с назначением, успел выспаться в квартире старшего сына, с Ольгой пообщался, императрицей, получил полётные карты, и ночью вылетел к штабу Западного фронта, маршрут мне проложили. Ну и меня в пути атаковал истребитель-ночник. Ошибиться я не мог, силуэт характерный, новейший российский истребитель 'АРТ-8'. Их не поставляли на продажу, насыщали истребительные части. Название от создателя Андрей Романовича Туполева, отца основателя истребительного воздушного флота Российской Империи. Даже номер рассмотрел, '17'. Наши меня сбили. Я успел передать Ивану приказ прыгать, мы оба парашюты перед вылетом надели, оборонительного вооружения на самолёте не было, потом очередь крупнокалиберных пулемётов прошла по кабине и уже умирая я отпустил штурвал. А Иван похоже выпрыгнул. Вот такая история.

Хотя стоит помянуть, что пока на аэродроме Цюриха готовили мой самолёт, я успел написать письмо своему адвокату, чтобы тот готовил документы к разводу. Отправил курьером. Утром должен был получить. Не люблю дела откладывать на потом, сразу всё делаю. А сейчас уже плевать. Это всё отголоски прошлой жизни. Я теперь - Иван Медведев. Забавно, раньше Волковым был, теперь Медведевым стал. Рёв двигателя уже стих, но стал нарастать другой, более мощный гул. Это уже авиация. Вскоре в зону моей видимости начали вползать высотные дальние бомбардировщики Антанты. Раньше я думал, что в прошлом теле сохранил хорошее зрение, но сейчас в новом теле понял, что зрение у Ивана куда лучше. Самолёты шли на десяти тысячах примерно, и я спокойно их сосчитал. Сорок две боевые единицы. Судя по маршруту, а штурман я неплохой, как и лётчик, шли те на Минск, скорее всего бомбить транспортный железнодорожный узел. Я его уже пролетел, конечным маршрутом у меня была Варшава, где и располагался штаб фронта. После того как мы сломили Советский союз, мы и их вернули под власть Императора Российского. Вот так задумчиво изучая бомбардировщики, я размышлял. Обидно, знаете обидно. Сбил меня свой, это точно, и думаю не случайно, скорее всего по приказу. Знаете, мне уже на всё плевать, и я решил, сделаю всё, но найду виновников и отомщу. Пусть я переселенец, раз занял тело Ивана, но это решение для меня твёрдое. Долг чести. Куда делось сознание и душа мальчишки не знаю, надеюсь в Раю ему будет хорошо, но я был доволен что мне именно это тело досталось. Сам тренировал его и знаю, чего от него ждать.

Сев, и осмотревшись, вокруг пустота, лишь вражеские бомбардировщики удалялись, я решил выбираться к людям. Да и переодеться намешало. Форма была заскорузлой от грязи и крови. Раньше не до этого было, кровотечения не обнаружил, а сейчас задумчиво проведя ладонью по форме на груди, я замер, после чего быстро расстегнув гимнастёрку, стянув через голову, и изучил полевые отверстия на груди и спине. Вот оно как? Лётчик расстрелял Ивана в воздухе. Ночь лунная была, тот его видел. Скорее всего купол рассмотрел и расстрелял в воздухе. Быстро стянув окровавленную рубаху, кровь уже засохла и с хрустом отлипала от тела, я осмотрел торс. Несмотря на то что тело было испачкано кровью, ран я не обнаружил, даже следов.

– Вот оно как, - тихо прошептал я, и с яростью, вскинув голову, заорал в пустоту.
– Я!!! Отомщу!!!

Тут точно работали свои, значит кому-то было невыгодно чтобы генерал граф Волков участвовал в этой войне. Что не удивительно, если вспомнить мои методы работы. Как многие говорили, хотя и за спиной, 'бесчестные'. Даже Алексей в одну из встреч намекнул об этом. Я же ответил ему, что мне важен результат, а как он был проведён, уже неважно. Мы тогда сильно с Алексеем поссорились, я прямо сказал, что, если бы не мои такие 'бесчестные' методы ведения войн, он свой трон бы не получил. С тех пор Россию я больше не посещал, больше пятнадцати лет. Да, не самые приятные воспоминания. Но ладно, это всё прошлое. Война России с Антантой меня не волновала, Алексей сам затянул гайки и довлел ситуацию до войны, а вот месть... я только на одной злости и ненависти держался. Отомщу, клянусь! Для меня это действительно стало долгом чести. Пусть в моём понимании, но всё же.

Я уже всё морально принял, мысленно всё осознал, цель всей душой и сознанием принял, так что будем работать. Пусть предатели содрогнуться, услышав только имя графа Волкова. Уж я-то им напомню. Встав на ноги, я снова осмотрелся, пока всё тихо, хотя дым на горизонте и не думал спадать, догорал мой эксклюзивный самолёт. Три года мне служил, как же я его любил. Дом на крыльях. Там и диван, поспать можно, и санузел с душевой, и кухня с холодильником. Дальность полёта благодаря увеличенный бакам больше на треть чем у обычных машин этой марки. Я хотел гидросамолёт взять, но всё же на этой модели остановился, из-за большой дальности, хотя на борту тоже удочки были, рыбачить я любил и люблю. А летал в разные страны часто, без самолёта тут никуда. Вот так размышляя и горюя по-своему 'Дугласу', я снова надел нательную рубаху и тёмно-синюю гимнастёрку, застегнул поясной ремень, сдвинув небольшой кинжал, мой подарок, на живот, так удобнее, и стали изучать карманы. Не густо. Сорок семь швейцарских франков с мелочью, стоит напомнить откуда мы прилетели, и семь рублей двенадцать копеек российскими деньгами, всё монетами. Откуда рубли взялись, это я помню, сам отправлял Ивана в магазин за патронами к своему револьверу, выдав червонец. А чтобы ему продали записку написал с просьбой к продавцу. Проблем не возникло. Тот две пачки купил, остальное сдача. Что ещё в карманах было? На удивление пусто, только монеты, две банкноты швейцарских франков и зажигалка, сделанная из патрона. Разбитые наручные часы, мой подарок на десятилетие, видимо пулей зацепило, иголка с ниткой за воротником, учил Ивана не только я, но и охрана имения, старые казаки. А форма новой была, мелочёвку Иван видимо не разложил, а старая в стирке. На ногах отличные яловые сапоги. Всё остальное в самолёте осталось. Рюкзак и баул с моими и его вещами тоже.

Сапоги я оставлю, индивидуальный пошив, а остальное нужно менять. Купол парашюта из шёлка, продам, остальную одежду, постирав, несмотря на дыры, тоже. Из оружия только кинжал с лезвием в двадцать сантиметров, и всё. Пока хватит, а там отобью, продам, куплю одежду обычного паренька, думаю горожанина, и начну искать. А в глобальном смысле, то есть в дальнейшей жизни мне есть на что жить и существовать, несколько счетов в разных банках о которых моя бывшая семья не знала, там почти половина активов семьи расположены, всё в золотом эквиваленте. То есть, не потеряю, если какая валюта исчезнет. Это я заберу, номера счетов, и коды к ним помню, остального им итак лет на пять хватит проматывать. А вот сейчас денег не так и много, но как я уже говорил, мне вполне хватит. Закинув ремни парашютной сумки на плечо я бегом выбрался на дорогу, мельком смотревшись. Шапки-кубанки Ивана как не было, так и нет, видимо потерял во время прыжка, и побежал к кустарнику. Кстати, осмотрел следы колёс на пыльной дороге. Вездеход трёхосный проехал, покрышки большие с грунтозацепами, как у 'Уралов' в первой моей жизни. Это или армейский грузовик 'БИ-5' или бронетранспортёр созданный на базе этого грузовика, 'Б-4'. То есть, четвёртая модель. Я не то чтобы специалист в российской военной технике, но думаю грузовик, больно легко проскочил мимо и уехал дальше, тяжелый бронетранспортёр, там десантный отсек на десять солдат, на подъёмах слабоват, мотором ревёт, а тут ничего подобного не было. И грузовик, и бронетранспортёр в войска год назад начали поставлять, не думаю, что их много. Бронетранспортёров вряд ли больше пары сотен, а грузовиков с тысячу, так что последних встретить шанса куда больше.

Добежав до кустарника, выругался. Овраг сухим оказался и пыльным. Пыль была даже на листьях и траве, видимо осела после проезда разной техники. А помыться очень хотелось, кожа, покрытая кровью, что высохла на теле, неприятно зудела и чесалась. Остановившись в овраге, прямо в дорожной колее, даже луж не было, я припомнил где нас 'ночник' нагнал. А ведь до Буга мы не долетели, на подходе сбили, я припомнил сребристую ленту воды вдали. Значит Буг рядом. Только в его сторону я не побежал, туда укатили те неизвестные, я наоборот стал уходить от реки подальше. Тут Белоруссия, водоёмов много, найду. Да и с дороги ушёл, неизвестно где расположена та воинская часть из которого тот грузовик. Хотя тот гражданским может быть, подобные двигатели и на гражданские модели машин ставились, которые расхватывали фермеры. Они были в почёте за надёжность и долгую эксплуатацию. Заводу двадцать лет, а грузовики первых годов выпуска до сих пор ездят. Хотя тут тоже всё зависит от водителя.

Бежал я долго, за это время окончательно освоившись в теле Ивана. Однако через час всё же водоём нашёл, речушка, перепрыгнуть можно, однако для меня та подходила. Скинул сапоги, ремень поясной, всё из карманов выгреб и рухнул в воду. Глубина мне по пояс. Стирался я долго, почти час. Потом выжав одежду, повесил сушится, а сам ещё с полчаса купался. Отмыл ремень и ножны кинжала от крови, они тоже испачканы были, и лежал загорая. Это требовалось, после недавней зимы в Альпах, тело у Ивана было бледным, только лицо вполне загоревшим. Когда одежда подсохла, я оделся, натянул обувь, портянки тоже постираны были, и закинув парашют снова на плечо, побрёл к крупному селу, которое виднелось вдали. Что примечательно, через него проходила железнодорожная ветка. То, что она тут рядом меня не удивило, я летел, используя железную дорогу как ориентир. Кстати, вдали снова завывания мотора послышались, бомбардировщики Антанты если и бомбили Минск, то возвращаясь пролетели в другом месте. А по дороге проехал армейский грузовик полный солдат, тот самый 'БИ-5'. Название от фамилии владельцев завода, Братья Игнатовых. Грузовик двигался в сторону села. Хм, село маловато чтобы там комендатура была, значит грузовика вряд ли отсюда. Где-то военный городок должен быть. Надо узнать. И сделать это довольно просто, расспросив ребятню из села. Грузовик скрылся, а я бегом добежал до окраин. Глядя на фруктовые сады, я только вздыхал, плодов ещё месяц ждать, а есть уже сейчас сильно хотелось. Ладно жажду в речке утолил, а как с едой быть? Так что придётся тут размен делать.

С этим, как ни странно, действительно было не трудно. Найдя ватажку ребятишек моих лет, что блестя глазами рассматривали мою рваную казачью форму и кинжал, я легко договорился об обмене. Отдал форму, даже нательное бельё, и получил полный комплект справной крестьянской одежды, как раз под меня размером. Сапоги оставил, кепку мне принесли. Парашют сменял на вещевой заплечный мешок и продовольствие. Ремень застегнул, но кинжал убрал в вещмешок. Еда была обычной, деревенской, запас на три дня. Половина пирога, капустного, шмат солёного сала, две краюхи хлеба, пять крупных луковиц, чеснок, шесть варёных яиц и колбасы копчёной круг. Зажиточное село. А попить принесли бутыль свежего молока. Бутыль на литр, полная. Это всё мне остаётся, пробка из кочерыжки капустной, выпью молоко и воды буду заливать, как фляжка. Вот после этого размена поев, тут меня девчат покормили отдельно, тарелкой щей, кашей, и чаем что принесли из дома, точно зажиточное село, да и вообще крестьяне сейчас в России вполне справно живут, довольны, я распрощался с парнями и девчатами, и направился к железнодорожной станции. А то что так удалось уговорить их легко, то тут без проблем, о сбитом самолёте те знали, сообщил полицейский, в селе он один был, вот я и описал им как дело было. Всю правду. Кто погиб и кто его сбил. Нужно так было. Информация от них быстро уйдёт, что генерал Волков погиб, и это хорошо, пусть расслабятся.