Долг

Злой Фрик, холодно думаю я.

— Джо сказал кое-что еще, — отвечаю я, ощущая, как что-то под водой коснулось моей щеки. — Он сказал: «Чтобы хоть чего-до добиться, каждый должен задуматься». Может быть, твое время придет, Казимир. Может быть, это скоро случиться.

— Ах Женевьева, я буду наслаждаться тем, когда укажу тебе на твое место. Это действительно то, чего я жду от эмоций, которые, как я думал, никогда уже не испытаю, — говорит он с ангельской улыбкой, которая идет в разрез с его зловещим взглядом.

— И где же мое место? — чувствуя брезгливость, спрашиваю я.

— Подо мной, — улыбается он, и я знаю, что он имеет ввиду прямой смысл этих слов.

Его слова заставляют страх бежать по моим венам, словно ледяную воду, но я не могу позволить ему понять, что его слова пугают меня.

— Альтаир, ты планируешь помочь ему? — спрашиваю я, обращаясь к Воину, который не может скрыть тоски.

— Он пришел, чтобы сделать это.

Альтаир и я застываем, когда слышим мягкий смех Казимира. Это убедительный смех, глубокий и… чистый. По шоку на лице Альтаира я понимаю, что это вполне может быть первый раз, когда он слышит смех Казимира.

Казимир ухмыляется.

— Ты крутишь из меня веревки. Я не могу решить, что мне с тобой делать. Хочешь, я покажу тебе дикие стороны твоей натуры… подтвердишь ли ты то, кем являешься? — нежно спрашивает он, подняв брови. — Ты могла бы стать платформой, по которой я поднимаюсь. Но сначала мне придется приручить тебя, потому что сейчас ты прекрасный позор. Мне придется заставить тебя переключиться только на меня, — говорит он, он хитро прищуриваются.

— Альтаир, он всегда так говорит? — спрашиваю я, снова морща нос. — Мне нравится игра его слов — красивый позор, как будто знает, что сам является воплощением этого.

Альтаир улыбается мне.

— Он никогда не сможет удержать тебя, Серафим, — почти благоговейно отвечает Альтаир, снова протягивая ко мне руку. — Когда другие Серафимы увидят тебя, они будут бороться за тебя — ты вполне можешь стать единственной, — Альтаир замолкает, когда слышит грозный, низкий рык Казимира.

Когда он это делает, из воды в ванной появляется рука Бреннуса и хватает руку Альтаира, а затем медленно поднимается из воды, оказываясь в дюйме от угасающего лица Альтаира.

В то время как вода стекает с его подбородка и голой белой груди, он мне говорит:

— Хорошо, что я уже мертв и мне не нужно дышать, mo chro'i. Ты собиралась проговорить с ними весь вечер? — спрашивает он, глядя на Казимира, а не на Альтаира, у которого на лице туповатое выражение. Лицо Бреннуса темнеет от злости, — Убей его, — приказывает он Альтаиру.

Я вижу, как Альтаир выпрямляется, поворачивается к Казимиру и вытаскивает кинжалы, привязанные к его бедрам, как стрелок вытаскивающий пистолеты. Когда Альтаир бросается на него, я с трудом улавливаю движение Казимира, и он легко перехватывает запястье Альтаира, останавливая атаку. Казимир сжимает запястье Альтаира до тех пор, пока не ломает ее, эффективно поворачивая оружие в руке Альтаира. Он перенаправляет импульс и направляет оружие сквозь всю броню Альтаира. Затем Казимир вытаскивает кинжал и потрошит Воина на куски, которые падают на пол. Казимир не останавливается, берет нож и отрезает голову Воина, поднимая ее вверх.

Меня пронзает шок, пока комната заполняется запахом крови, а тело Альтаира без головы падает на колени. Именно тогда я понимаю, что знание плана и его выполнение — две абсолютно разные вещи. Видя жестокость смерти Альтаира, я на секунду задумываюсь. Когда я выхожу из оцепенения, я вытаскиваю руки из воды и поднимаю со дна ванны мокрый, готовый к бою, полностью автоматический пулемет в комплекте с полным комплектом боеприпасов. Подношу его к плечу, прицеливаюсь в Казимира и нажимаю на курок. Из него вырывается череда пуль, врезаясь в него. Когда первая пуля врезается в его бедро, забрызгивая кровью стены ванной, на моих губах появляется улыбка.

Но когда Казимир разлетается на рой маленьких насекомых, моя улыбка угасает.

— Нет, — выдыхаю я, когда мои пули проскальзывают между его частями.

Я бросаю пистолет в воду и выкарабкиваюсь из ванной. Пока я бегу прямо в рой летающих насекомых, с моего оттягивающего костюма капала вода. Но меня отбрасывает назад ангельский образ Казимира из саранчи. Я врезаюсь в трюмо. роняя флаконы духов и вдребезги разбивая зеркало. На мгновение ошеломленная, все что я слышу, это шуршание маленьких, бумажных крыльев, порхающих в воздухе. Затем саранча издает пронзительный шум. Я в агонии прикрываю уши, этот шум мне напоминает оркестр, который играет с ошибками, но очень громко. Я отнимаю одну руку от уха и хватаю длинный зазубренный осколок, поднимаясь на ноги. Смотрю на ванну и вижу, что Бреннус тоже согнулся, пытаясь прикрыться от громкого шума. Рядом с ним на краю ванной по-прежнему лежит приоткрытый портал.

— ЧЕРТ! — кричу я, наблюдая за тем, как рой саранчи проникает в портал, который я по неосторожности оставила открытым.

Когда последняя саранча исчезает в портале, шум мгновенно прекращается. Выпрямляясь, я хочу закричать от отчаяния. Я позволяю осколку выскользнуть из моих пальцев. Он падает на пол и с громким звоном разбивается.

Бреннус вылезает из ванной, и смотрит на мое бледное лицо, в то время как я, оперившись руками о колени, пытаюсь восстановить свое учащенное дыхание.

Я потерпела неудачу, с тоской думаю я.

— Это была не единственная возможность убить его, mo chro'i, - пытаясь утешить меня, говорит Бреннус. — В ближайшее время он не собирается никуда уходить.

— Я знаю, — тяжело дышу я. — Но возможно, это был лучший шанс, который нам представился.

— Разве ты не получила ответы, как хотела? — спрашивает Бреннус, видя боль на моем лице.

— Может быть… я не знаю, — пожимаю плечами я. — Он лжец, и действительно хороший врач, так что… я не знаю.

Дверь ванной комнаты открывается, и в ванную входит Дэлан за которым покорно следуют два Архангела…

— Он сбежал, — говорит Дэклан, оглядывая комнату и видя на полу Альтаира. Он слегка толкает расчлененное тело Альтаира, убеждаясь, что ангел мертв. — Он вернется, — успокаивающе говорит мне Дэклан, словно я только что потеряла своего любимого питомца. — Может быть, я могу помочь.

— Уничтожьте Казимира и принесите мне его тело, — говорит Дэклан, обращаясь к Архангелам.

Архангелы мгновенно превращаются в жуков и кузнечиков. Они влетают в портал, а я выдыхаю.

— Думаешь это сработает? — со слабой надеждой в голосе, спрашиваю я Дэклана.

— Не думаю, но стоит попробовать, — пожимает плечами он.

Выпрямившись, я собираюсь сказать Дэклану, что в таких ситуациях он не должен приукрашивать свои ответы, когда воздух в комнате начинает меняться. Это не затемнение, а всего лишь колебания вокруг меня. Через секунду осколки стекла на полу начинают кружится и двигаться, в то время как шпильки вылетают из моих волос и мои волосы двигаются в сторону портала. Через мгновение мои ноги отрываются от пола, но я успеваю схватиться за кран. Все в комнате начинает кружиться и двигаться в сторону портала.