Доля секунды
Шрифт:
— А настоящий приз получили бы вы. Приз, который пытались получить тридцать лет назад, когда свалили на Рамзи убийство национального гвардейца. Однако та попытка провалилась, как и план, связанный с Риттером.
Морзе выглядел удивленным:
— Продолжайте. У вас хорошо получается. И чего же я не смог получить?
— Женщину, которую вы любили: Регину Рамзи, актрису с великим будущим. Готов поспорить, она блистала в ваших тогдашних спектаклях. И дело было не только в бизнесе. Вы любили ее. Да только она-то любила Арнольда Рамзи.
— Как это ни смешно, именно я их и познакомил. Я сошелся с
— А заодно сделать звездой и вас.
— Каждому импресарио необходима муза. А я пробудил лучшее, что в ней было. Остановить нас было невозможно. Но, когда она вышла за него замуж, я лишился творческих сил. Моя карьера погибла, а Арнольд впустую растрачивал ее жизнь, работая в жалком третьеразрядном университете.
— Так ведь это было ваших рук делом. Вы разрушили его карьеру.
— Позвольте задать вам вопрос. Что заставило вас направить внимание на меня?
— Кое-что из услышанного мной указывало в вашу сторону. И я занялся вашей семьей. Выяснил, что ваш отец был тем самым адвокатом, который снял в Вашингтоне обвинение в убийстве с Арнольда Рамзи. И понял — ваш план состоял в том, чтобы повесить на Рамзи убийство, после чего Регина разлюбит его. Потом появитесь вы, белый рыцарь, спасете его и получите в награду Регину. Киносценарий да и только.
Морзе поджал губы:
— Да только сценарий мой не сработал.
— Почему вы просто не убили своего романтического соперника?
— А что в этом забавного? Где тут драма? Я же вам говорю, у меня другой подход. Кроме того, убей я Арнольда, Регина лишь сильнее бы его полюбила. Убить Арнольда Рамзи было необходимо, однако я не хотел, чтобы она оплакивала его. Я хотел, чтобы она его возненавидела. Тогда мы смогли бы снова стать одной командой. Мы все еще могли совершить чудо.
— И потому следующей вашей большой постановкой стало убийство Риттера.
— На самом-то деле, уговорить Арнольда проделать это было проще простого. Он и Регина расстались, однако я знал, — она все еще любила его. Пришло время выставить его свихнувшимся убийцей, а не благородным борцом, за которого Регина вышла замуж. Я втайне множество раз встречался с Арнольдом. Он считал меня своим другом. Я напоминал ему о его молодости, о том, как он стремился изменить мир. И бросил ему вызов: снова стань героем. А когда я сказал, что готов присоединиться к нему, что Регина будет им гордиться, то понял — он у меня в кармане. И план мой сработал идеально.
— Если не считать того, что скорбная вдова вас снова отвергла. И на сей раз потому, что не любила вас.
— На самом деле это еще не конец истории, собственно говоря, потому вы и здесь.
Кинг вопросительно вгляделся в него:
— А после она покончила с собой. Или не покончила?
— Она вновь собралась замуж. За человека, удивительно схожего с Рамзи. Должно быть, у нее был какой-то дефектный ген. Однако если она не доставалась мне, то не должна была достаться и никому другому.
— И потому вы ее убили.
— Скажем
так, я дал ей возможность воссоединиться с ее жалким мужем.— Давайте-ка займемся Бруно.
— Понимаете, агент Кинг, каждая великая пьеса состоит по меньшей мере из трех актов. Первым был национальный гвардеец, вторым — Риттер.
— А мы с Бруно появляемся на сцене перед тем, как закроется занавес. Однако Регина мертва. Что вы пытаетесь выиграть, проделывая все это?
— Вы разве не видите, агент Кинг, что я здесь создал?
— Простите, Сид, я человек простой, вам не чета. К тому же я больше не состою в Секретной службе, так что «агента» можете оставить.
— Нет. Сегодня вы агент Секретной службы, — твердо сказал Морзе.
— Хорошо. А вы — психопат. Когда все закончится, я постараюсь, чтобы вы присоединились к брату.
Морзе наставил пистолет Кингу в лоб:
— Позвольте точно объяснить, что вам предстоит сделать. Когда часы покажут десять тридцать, вы займете ваше место за ограждением. В этой пьесе вам отведена очень важная роль. Желаю удачи. Вернее, неудачи.
Морзе скрылся в тени, а Кинг тяжело вздохнул. Он посмотрел на часы: все начнется через десять минут — повторный проигрыш события, о котором ему никогда не хотелось думать и уж тем более переживать его заново.
И тут ему ударило в голову: а кто же исполнит роль Арнольда Рамзи? Ответ пришел мгновенно. Где отец, там и дочь! Сукин сын. Он и вправду собирался проделать все еще раз.
Мишель перебегала от дерева к дереву, внимательно вглядываясь в ближайшие окрестности отеля. Вот она увидела, как Паркс уселся в машину и та унеслась, разбрызгивая грязь. Одним противником меньше, подумала Мишель. Уверившись, что ей ничто не грозит, она пригнулась и двинулась к изгороди. Здесь ее озадачило негромкое гудение, и, приглядевшись, Мишель увидела подведенный к изгороди провод. Отлично, теперь она под напряжением. Прореха в сетке была слишком мала, чтобы пролезть в нее, ни к чему не прикоснувшись.
Мишель принялась обдумывать варианты. И наконец вспомнила о том, что видела при первом посещении отеля. Она обежала здание с тыла, где подходивший к изгороди склон создавал подобие неплохой стартовой позиции. В школе Мишель была чемпионкой по прыжкам в высоту, однако с тех прошло немало времени. Мишель прикинула расстояние, высоту изгороди, мысленно прочитала молитву и взяла разбег. Она взвилась в воздух, ноги, руки и спина ее сработали в унисон, мышечная память возвратилась к ней, в полете Мишель перевернулась на спину, изогнулась и пролетела сантиметрах в пятнадцати над изгородью. Правда, падать пришлось не на мягкий пеноматериал, так что поднималась Мишель медленно.
13
Когда время приблизилось к 10.26, в дверях, через которые вошел сюда Кинг, появился новый человек. Вид у Джона Бруно был перепуганный. При приближении Кинга он отпрянул:
— Не бейте меня.
— Я и не собираюсь вас бить. Я здесь, чтобы помочь.
Бруно растерялся:
— Кто вы?
Кинг открыл рот, намереваясь ответить, но передумал.
— Я закрепленный за вами агент Секретной службы, — сказал он наконец. — Мы находимся в отеле. И вот-вот должно произойти нечто. Что именно, я пока не знаю.